Отчаянные - Дикинсон Мэтт - Страница 26

Альпинист с трудом разомкнул губы; вокруг них треснула корочка льда.

— Помогите.

— Того? — воскликнул Хэл. — Это ты?

Альпинист молча раскачивался из стороны в сторону.

— Шерпы пришли? — обеспокоенно спросила Джози.

— Нет, не шерпы. Это Того. Он всю ночь пробродил в урагане. И сейчас в ужасном состоянии.

— Так мы идем?

Хэл быстро принял решение.

— Того мы идем в лагерь. Я постараюсь помочь тебе. Сам я буду страховать Джози, но если ты в силах спускаться с нами, я прослежу, чтобы ты не сбился с пути. Ясно?

— Нет! — Гого полез в убежище.

Хэл взял Васева за плечи, преграждая ему дорогу:

— Гого, нельзя терять время.

— Заткнись!

Гого со всей силы отпихнул Хэла и просунул в углубление голову и плечи. Хэл попытался вытолкнуть его, но противник оказался сильнее. Он набросился на Хэла с кулаками.

Подтянувшись, Гого рухнул на дно, придавив Джози.

— Он меня задавит. — Джози пыталась сбросить его с себя.

Хэл столкнул с нее Гого.

— Ну что, идем? — Голос Джози дрожал от страха.

Гого мгновенно среагировал на ее слова.

— Не уходите! — яростно закричал он. — Помогите мне!

— Хэл, пойдем. Препарат не будет действовать вечно. Я уже достаточно окрепла.

Хэл почувствовал головокружение. Короткая схватка истощила его.

— Дай подумать.

— О чем?

— Не гони, Джози! — вспылил Хэл. — Я должен решить, как мне действовать, хорошо?

— Ничего хорошего. — Джози попробовала подобраться к выходу. — Мы уходим. Я не собираюсь здесь погибать.

— А как же Гого?

Джози неуклюже занесла ноги над Гого Васевым, но протиснуться мимо него не смогла — было слишком тесно.

— Эй! Прочь с дороги. Подвинься!

С досады она принялась бить его по ногам. Гого не шевелился. Джози ударила его еще раз и повалилась на спину, хватая ртом воздух.

— Мы же почти ушли. Зачем ты его впустил?

— Я не смог его остановить.

— И что теперь? Что ты предлагаешь? Будем сидеть, пока совсем не замерзнем?

— Вариант первый: мы вдвоем уходим, и тогда он, — Хэл показал на Гого, — погибнет. Вариант второй: мы остаемся и поддерживаем в нем жизнь до прихода шерпов. Они доберутся к нам часа через четыре, принесут кислород. Потом все вместе благополучно спустимся вниз.

— Ну при чем тут он? Он сам загнал себя в это дерьмо. Мы за него не отвечаем.

— А если бы это был Себастьян?

— Как ты можешь сравнивать?

— А иначе ты не хочешь понимать. У этого человека тоже есть близкие, и они сейчас мучаются у телефона, не зная, жив он или нет. Точно так же, как ты когда-то.

Джози чувствовала, что возбуждение в ней угасает — действие препарата прекращалось. Хэл смотрел на проем.

— И что же ты решил? — безучастно спросила она.

— Я не могу его бросить, — наконец произнес он. — Сообщу Тодду, что наши планы изменились.

У Джози не осталось сил спорить. Она устало протиснулась на свое место у стены и легла.

— Моя смерть будет на твоей совести. Этого я тебе никогда не прощу.

Хэл похлопал Джози по колену.

— Мы все вернемся домой, — пробормотал он. — Это наша главная цель.

Он заставил себя сосредоточиться на стоявшей перед ним задаче — вызвать по рации Тодда. Хотел поднять руку, но она будто свинцом налилась. Его одолевала дремота.

— Все вернемся домой… — пробормотал он и провалился в забытье.

* * *

Нима на чем свет стоит честил Лхакпу, глядя, как медленно тот переставляет ноги. Так они шли от самого лагеря: Нима прокладывал дорогу по рыхлому снегу, а потом нестерпимо долго ждал, пока Лхакпа нагонит его. Близился полдень.

Нима посмотрел на склон, ожидая увидеть спускавшихся к ним навстречу альпинистов. Может, они каким-то образом разминулись с Джози и Хэлом в темноте, промелькнуло у него в голове. Но и ниже по склону он не заметил никакого движения.

Несколько минут спустя Лхакпа, кашляя и давясь рвотой, наконец-то достиг небольшого заснеженного уступа, на котором остановился Нима.

— Где они? Мы уже должны бы их встретить.

— Не знаю. Может, женщина не в состоянии идти.

Нима вытащил из рюкзака термос и налил в крышку сладкий чай. Лхакпа дрожащими пальцами взял у него крышку.

— Дальше я не пойду, — заявил он. — Кислород оставлю здесь. Больше нет сил. — Лхакпа отвернулся, стыдясь встретиться взглядом с Нимой.

Юноша сердито смотрел на напарника. Его душила ярость, хотелось изо всех сил встряхнуть Лхакпу. Но вместо этого он смахнул снег со щеки друга.

— Я понимаю, — сказал он. — Тебе нечего стыдиться. Ты сделал все, что мог.

Лхакпа благодарным взглядом посмотрел ему в лицо:

— Будь у меня побольше сил, я бы полез и выше. Но я уже не молод.

Нима стянул с Лхакпы рюкзак и выложил из него два полных кислородных баллона.

— Возвращайся, — сказал он. — А я пойду дальше.

* * *

— Хэл, отзовись! Отвечай. Это Тодд.

Хэл медленно очнулся и большим пальцем надавил на кнопку приемопередачи.

— Привет, — прохрипел он.

— Хэл, я не слышу твоего голоса — только щелчок. Наверное, в твоей рации садится аккумулятор. Если слышишь меня, щелкни один раз.

Хэл вновь надавил на кнопку приемопередачи.

— Отлично. Вы покинули укрытие? Если да, подтверди.

Хэл не ответил.

— Я не слышал щелчка, — сказал Тодд. — Значит, вы все еще там?

Щелчок.

— Черт! Джози жива?

Хэл попытался поднять голову, чтобы удостовериться в этом, но она очень кстати кашлянула, избавив его от необходимости напрягать силы.

Щелчок.

— Слава богу. Слушай, Хэл: Лхакпа возвращается, но Нима идет к вам. Джози сможет идти?

Щелчок.

— Отлично. Теперь вот что. Когда Нима поднимется к вам, выйди из убежища, а то он вас не найдет. Ты сможешь это сделать?

Щелчок.

— Тогда все, конец связи.

Динамик смолк. Хэл долго лежал и смотрел на рацию. Он понимал, что фактически остался без связи. Нужно было что-то предпринимать. Но что мог он предпринять?

Его взгляд упал на рюкзак Гого, и он вздрогнул, сообразив, что даже не догадался заглянуть в него.

Рюкзак оказался тяжелее, чем ожидал Хэл. Сняв перчатку с левой руки, он почти бесчувственными пальцами расцепил зажимы на туго затянутых ремнях.

Внутри лежал оранжевый кислородный баллон. На баллоне черным маркером было выведено имя Джози. Баллон был полный.

Хэл взял свой клапан и с трудом, мучительно медленно, принялся привинчивать его к баллону, потом прижал к лицу маску и вдохнул живительный газ. Кислород быстро вернул ему силы.

Он пнул Васева:

— Ты — вор. Скажи спасибо, что ты почти труп, иначе своими руками убил бы тебя. — Хэл тряхнул Джози за плечо: — Джози, проснись. Проснись, подыши.

Она дышала десять минут, потом Хэл приложил маску к лицу Гого. Еще через десять минут вновь настала его очередь. Хэл глянул на часы. Одиннадцать. С кислородом они продержатся еще несколько часов. Где же шерпы, черт побери?

* * *

Нима пробирался по рыхлым сугробам. Ступая, он каждый раз проламывал тонкую корку наста и увязал по пояс. Это очень затрудняло продвижение, и он быстро уставал. А при мысли о Лхакпе, возвращающемся в лагерь, он и вовсе падал духом. От тяжелого рюкзака ныла спина. Нима потянулся и окинул взглядом тянущийся вверх склон. Подъем займет несколько часов. Он был готов сдаться, но все же, с неимоверным усилием передвигая ноги, продолжил мучительное восхождение.

* * *

Кислород кончился. Хэл смотрел на струящиеся в проем лучи света. Еще несколько часов, и наступит ночь. А что потом?

Он не хотел думать о том, что станет с ними к рассвету после второй ночевки на Южной вершине. Они и так уже балансировали на грани жизни и смерти. Зажужжала рация. Сигнал шел слабый — аккумулятор почти сел.

— Хэл? На связи Тодд. Если слышишь, щелкни кнопкой.

Щелчок.

— Отлично. Мы видим Ниму в бинокль. Он от вас в нескольких минутах ходьбы. Встречай.

Щелчок.

— Мы молимся за вас, — произнес Тодд сквозь слезы. — Конец связи.