Выбрать книгу по жанру
Фантастика и фэнтези
- Боевая фантастика
- Героическая фантастика
- Городское фэнтези
- Готический роман
- Детективная фантастика
- Ироническая фантастика
- Ироническое фэнтези
- Историческое фэнтези
- Киберпанк
- Космическая фантастика
- Космоопера
- ЛитРПГ
- Мистика
- Научная фантастика
- Ненаучная фантастика
- Попаданцы
- Постапокалипсис
- Сказочная фантастика
- Социально-философская фантастика
- Стимпанк
- Технофэнтези
- Ужасы и мистика
- Фантастика: прочее
- Фэнтези
- Эпическая фантастика
- Юмористическая фантастика
- Юмористическое фэнтези
- Альтернативная история
Детективы и триллеры
- Боевики
- Дамский детективный роман
- Иронические детективы
- Исторические детективы
- Классические детективы
- Криминальные детективы
- Крутой детектив
- Маньяки
- Медицинский триллер
- Политические детективы
- Полицейские детективы
- Прочие Детективы
- Триллеры
- Шпионские детективы
Проза
- Афоризмы
- Военная проза
- Историческая проза
- Классическая проза
- Контркультура
- Магический реализм
- Новелла
- Повесть
- Проза прочее
- Рассказ
- Роман
- Русская классическая проза
- Семейный роман/Семейная сага
- Сентиментальная проза
- Советская классическая проза
- Современная проза
- Эпистолярная проза
- Эссе, очерк, этюд, набросок
- Феерия
Любовные романы
- Исторические любовные романы
- Короткие любовные романы
- Любовно-фантастические романы
- Остросюжетные любовные романы
- Порно
- Прочие любовные романы
- Слеш
- Современные любовные романы
- Эротика
- Фемслеш
Приключения
- Вестерны
- Исторические приключения
- Морские приключения
- Приключения про индейцев
- Природа и животные
- Прочие приключения
- Путешествия и география
Детские
- Детская образовательная литература
- Детская проза
- Детская фантастика
- Детские остросюжетные
- Детские приключения
- Детские стихи
- Детский фольклор
- Книга-игра
- Прочая детская литература
- Сказки
Поэзия и драматургия
- Басни
- Верлибры
- Визуальная поэзия
- В стихах
- Драматургия
- Лирика
- Палиндромы
- Песенная поэзия
- Поэзия
- Экспериментальная поэзия
- Эпическая поэзия
Старинная литература
- Античная литература
- Древневосточная литература
- Древнерусская литература
- Европейская старинная литература
- Мифы. Легенды. Эпос
- Прочая старинная литература
Научно-образовательная
- Альтернативная медицина
- Астрономия и космос
- Биология
- Биофизика
- Биохимия
- Ботаника
- Ветеринария
- Военная история
- Геология и география
- Государство и право
- Детская психология
- Зоология
- Иностранные языки
- История
- Культурология
- Литературоведение
- Математика
- Медицина
- Обществознание
- Органическая химия
- Педагогика
- Политика
- Прочая научная литература
- Психология
- Психотерапия и консультирование
- Религиоведение
- Рефераты
- Секс и семейная психология
- Технические науки
- Учебники
- Физика
- Физическая химия
- Философия
- Химия
- Шпаргалки
- Экология
- Юриспруденция
- Языкознание
- Аналитическая химия
Компьютеры и интернет
- Базы данных
- Интернет
- Компьютерное «железо»
- ОС и сети
- Программирование
- Программное обеспечение
- Прочая компьютерная литература
Справочная литература
Документальная литература
- Биографии и мемуары
- Военная документалистика
- Искусство и Дизайн
- Критика
- Научпоп
- Прочая документальная литература
- Публицистика
Религия и духовность
- Астрология
- Индуизм
- Православие
- Протестантизм
- Прочая религиозная литература
- Религия
- Самосовершенствование
- Христианство
- Эзотерика
- Язычество
- Хиромантия
Юмор
Дом и семья
- Домашние животные
- Здоровье и красота
- Кулинария
- Прочее домоводство
- Развлечения
- Сад и огород
- Сделай сам
- Спорт
- Хобби и ремесла
- Эротика и секс
Деловая литература
- Банковское дело
- Внешнеэкономическая деятельность
- Деловая литература
- Делопроизводство
- Корпоративная культура
- Личные финансы
- Малый бизнес
- Маркетинг, PR, реклама
- О бизнесе популярно
- Поиск работы, карьера
- Торговля
- Управление, подбор персонала
- Ценные бумаги, инвестиции
- Экономика
Жанр не определен
Техника
Прочее
Драматургия
Фольклор
Военное дело
Красный кролик - Клэнси Том - Страница 53
Черт возьми, что он позволил себе в вагоне метро? О чем он думал? Если честно, в тот момент Зайцев не думал ни о чем. Он действовал, повинуясь глупому минутному порыву… разве не так?
Покачав головой, Олег Иванович отпил маленький глоток водки. Он человек умный, образованный. У него есть университетский диплом. Он великолепно играет в шахматы. У него работа, требующая наивысшей формы допуска к секретным документам, за которую он получает неплохое вознаграждение и которая поставила его на самую нижнюю ступень номенклатуры. Он пользуется определенным влиянием — небольшим, но все же пользуется. Комитет государственной безопасности доверил ему многие свои тайны. КГБ верит в него… однако…
«Однако что?» — спрашивал себя Зайцев. Что следует за этим «однако»? Он не представлял себе, куда могут завести его подобные размышления…
Священник. В конечном счете, все сводится к нему, ведь так? Или нет? Зайцев тщетно старался допытаться у себя самого, о чем он думал в тот момент, когда засовывал руку в карман американца. Неизвестно, думал ли он вообще о чем-нибудь. Казалось, его рука словно обзавелась собственным рассудком и начала действовать, не получая команд от головного мозга, уводя своего обладателя неизвестно в каком направлении.
Да, всему виной этот проклятый священник. Неужели чертов поляк околдовал его? Посредством каких-то внешних сил захватил контроль над его телом?
«Нет, это невозможно!» — решительно оборвал себя Зайцев. Такое бывает только в сказках и старинных преданиях, о которых судачат на кухне женщины.
«В таком случае, почему я сунул руку в карман этому американцу?» — настойчиво требовал мозг, однако ответа не было.
«Хочешь ли ты стать соучастником убийства? — вдруг произнес тихий голос. — Хочешь ли ты содействовать расправе над невинным человеком?»
«Но разве папа ни в чем не виновен?» — спросил себя Зайцев, делая еще один глоток водки. Ни одно сообщение, прошедшее через него, не свидетельствовало об обратном. Больше того, Олег Иванович не помнил, чтобы отец Кароль вообще упоминался в донесениях КГБ в течение последних двух лет. Да, прошло краткое сообщение о том, что Кароль Войтыла вскоре после избрания на папский престол совершил поездку в Польшу, но какой человек, занявший новое место в жизни, не отправится домой, чтобы заручиться поддержкой своих друзей?
Коммунистическая партия также состоит из людей. А людям свойственно совершать ошибки. Олег Иванович сталкивался с этим ежедневно; ошибались даже самые опытные, самые подготовленные сотрудники КГБ, получавшие за это от начальства наказание, выговор или замечание. Ошибался Леонид Ильич. Над престарелым Брежневым частенько посмеивались за обедом в кругу близких друзей — а еще чаще перешептывались о фортелях, которые выкидывали его неуемно алчные дети, особенно дочь. Однако это все были мелочи, но даже и о них говорили только вполголоса. А сейчас Зайцеву пришлось столкнуться с чем-то многократно более серьезным и опасным.
На чем основывается легитимность государства? Теоретически на воле народа, однако к мнению народа никто не прислушивается. Решающий голос принадлежит коммунистической партии, но в ней состоит лишь небольшая доля населения Советского Союза, из которой, в свою очередь, незначительное меньшинство добилось чего-то, хоть отдаленно напоминающего власть. Следовательно, легитимность государства основывается, если мыслить логически, на… на фикции…
И это был очень серьезный вывод. В других странах заправляют диктаторы, как правило, крайне правого толка, фашисты. Гораздо меньше государств, в которых власть принадлежит левым. Гитлер олицетворял собой самую могущественную и опасную диктатуру правых, но его власть свергли Советский Союз во главе со Сталиным с одной стороны и Западные страны с другой. Два самых непримиримых противника, примирившись, объединились, чтобы уничтожить германский фашизм. Но кто они, бывшие союзники? Они называют себя демократиями, и хотя это утверждение постоянно оспаривается советской пропагандой, выборы в этих странах настоящие — об этом неоспоримо свидетельствует то, сколько времени и сил тратит КГБ, пытаясь повлиять на них. Следовательно, там воля народа все-таки является хотя бы отчасти реальностью, иначе зачем КГБ старался бы оказать на нее хоть какое-то влияние? Насколько демократическими являются западные страны в действительности, Зайцев не знал. Определить это по информации, доступной в Советском Союзе, было невозможно. А слушать «Голос Америки» и другие западные радиостанции, которые вели откровенно антисоветскую пропаганду, Олег Иванович не хотел.
Итак, смерти польского священника желает не народ. Определенно, этого хочет Андропов и, возможно, Политбюро. Даже коллеги Зайцева по работе в центральном управлении не держат зла на Кароля Войтылу. Никто и никогда не говорил о том, что папа римский плохо относится к Советскому Союзу. Государственные радио и телевидение, упоминая о нем, не призывали к классовой ненависти, как это бывало, когда речь заходила о других зарубежных врагах. Зайцеву ни разу не попадались в «Правде» уничижительные статьи, посвященные отцу Каролю. Да, в последнее время появились короткие заметки о проблемах рабочего движения в Польше, но и они напоминали скорее замечания, которые высказываются по поводу расшалившихся соседских детей.
Однако ключ ко всему находится именно здесь. Кароль Войтыла поляк, им гордится вся Польша, а в настоящее время страну сотрясают профсоюзные волнения. И Кароль захотел воспользоваться своей политической или духовной силой, чтобы защитить свой народ. Это ведь понятно, не так ли?
Но как можно понять желание расправиться с ним?
Кто встанет и скажет во весь голос: «Нет, нельзя убивать этого человека только потому, что кому-то не нравятся его политические взгляды»? Политбюро? Нет, его члены поддержат Андропова. Он очевидный преемник. После смерти Леонида Ильича именно Андропов займет место во главе стола. Юрий Владимирович — человек партии. Ну а разве может быть иначе? Как говорится, коммунистическая партия является душой народа. Наверное, это единственное упоминание про «душу», дозволенное в Советском Союзе.
Остается ли какая-то частица человека жить после его смерти? Именно этим и должна была бы быть душа, однако в этой стране душой является коммунистическая партия, а партия состоит из людей, и не больше того. К тому же, людей порочных.
И вот сейчас эти люди хотят убить священника.
Он пересылает сообщения, посвященные этому готовящемуся преступлению. То есть, тем самым он, Олег Иванович Зайцев, помогает убийцам. И эта мысль затронула что-то у него внутри. Совесть? Но есть ли у него совесть? Совесть — это некое мерило, которое сопоставляет один набор фактов и идей с другим и остается удовлетворенным. Или нет. В этом случае, обнаружив какой-то изъян, совесть начинает жаловаться. Она вынуждает человека искать и искать до тех пор, пока проблема не будет решена, пока несправедливое деяние не будет остановлено или исправлено… или за него не будет принесено покаяние.
Но как остановить Политбюро или КГБ? Как не дать им совершить преступление?
Зайцев сознавал, что для этого надо было по меньшей мере показать, что предполагаемое действие противоречит политической теории или может привести к нежелательным политическим последствиям, потому что политика является мерилом добра и зла. Но не слишком ли ненадежный этот инструмент? Не должны ли понятия «добро» и «зло» определяться чем-то более прочным, чем политика? Нет ли какой-либо высшей системы ценностей? В конце концов, политика является всего лишь тактикой, разве не так? И хотя тактика, разумеется, важна, гораздо важнее стратегия, потому что именно стратегией измеряется то, для чего используется тактика, а стратегия в данном случае заключается в том, чтобы определить, что же является добром — причем в транцендентальном смысле. Не определенном сиюминутными интересами, а непреходящим, вечным — чем-то таким, что назовут правильным через сто, через тысячу лет.
- Предыдущая
- 53/185
- Следующая