Красный кролик - Клэнси Том - Страница 183

— Конечно, мне было бы спокойнее, если бы папой занялся Джек Кэммер, но и в Италии тоже есть хорошие специалисты. В каждом крупном городе. Медицинский факультет университета в Падуе, наверное, является старейшим медицинским учебным заведением на земле. Офтальмологи ничем не уступают нашим врачам из клиники Гопкинса. Хирурги хорошие там тоже должны быть, но из тех, кого я знаю, лучший специалист — это Джек Кэммер.

Джон Майкл Кэммер возглавлял хирургическое отделение клиники Гопкинса. Обладатель престижной Халстедовской премии, он мастерски обращался со скальпелем. Кэти была хорошо знакома с ним. Джек пару раз встречался с Кэммером на заседаниях благотворительных фондов. Знаменитый хирург произвел на него впечатление, однако поскольку сам он был далек от медицины, ему было трудно оценить профессиональные качества Кэммера.

— Лечить огнестрельные ранения, как правило, достаточно просто, — продолжала Кэти. — Если только, конечно, не задеты печень или селезенка. Главная проблема заключается в том, чтобы остановить кровотечение. Помнишь, Джек, как Салли попала вместе со мной в аварию? Если врачебная помощь подоспеет быстро и если хирург будет знать свое дело, шансы остаться в живых очень высоки — если не порвалась селезенка и цела печень. Я видела покушение по телевизору. Сердце точно не задето — выстрел был сделан не под тем углом. На мой взгляд, вероятность того, что папа поправится, больше пятидесяти процентов. Конечно, он человек уже немолодой, и это существенный минус, но хорошие хирурги способны творить чудеса, если только раненого доставят им вовремя.

Она не стала пугать мужа рассказами про различные жуткие осложнения, возможные при пулевых ранениях. Пуля может срикошетировать от ребер и уйти в непредсказуемом направлении. Она может расколоться в теле и причинить повреждения в нескольких местах. Разумеется, не могло быть и речи о том, чтобы правильно поставить диагноз и уж тем более провести лечение ранения, которое наблюдал лишь в течение пяти секунд на экране телевизора. Так что хотя вероятность того, что папа поправится, и выше пятидесяти процентов, не раз случалось, что Кентуккийское дерби выигрывала лошадь, ставки на которую принимались один к пяти, опережавшая признанных фаворитов.

— Спасибо, малыш. Надеюсь, я смогу рассказать тебе больше, когда вернусь домой. Обними от моего имени ребят, хорошо?

— Судя по голосу, ты до смерти устал, — заметила Кэти.

— Да, малыш, я действительно устал до смерти. Последние два дня выдались очень напряженными. — И будущее не сулит возможности отдохнуть.

— А теперь пока.

— Я тебя люблю, Джек, — напомнила жена.

— Я тоже тебя люблю, малыш. Спасибо за признание.

Райану пришлось ждать больше часа прибытия семейства Зайцевых. Так что предложение лететь вертолетом лишь дало бы ему возможность прождать их еще дольше — обычная болезнь, свойственная американским военным. Усевшись в удобное кресло, Райан на полчаса провалился в сон.

Кроликов доставили на машине. Сержант американских ВВС потряс Райана за плечо и указал на ждущий КС-135. Этот транспортный самолет, по своей сути являющийся «Боингом-707», но только без иллюминаторов в пассажирском салоне, оснащен также оборудованием для осуществления дозаправки в воздухе. Отсутствие иллюминаторов не улучшило настроение Райана, однако приказ есть приказ. Поднявшись по трапу, Джек плюхнулся в обтянутое кожзаменителем кресло у двери. Не успел самолет оторваться от земли, как к Райану подсел Олег.

— Что случилось? — спросил он.

— Мы задержали Строкова. Я лично схватил его, и у него в руке был пистолет, — рассказал Райан. — Но на площади был еще один стрелок.

— Строков? Вы его арестовали?

— Не то чтобы арестовали, но он согласился проследовать со мной в британское посольство. Сейчас Строков в руках Службы внешней разведки.

— Надеюсь, англичане прикончат эту сволочь, — прорычал Зайцев.

Райан ничего не ответил, гадая, стоит ли убийце рассчитывать на снисхождение. Пойдут ли англичане на такой жестокий шаг? В конце концов, Строков совершил кровавое преступление у них в стране — проклятие, прямо напротив Сенчури-Хауза.

— А папа римский, он будет жить? — спросил Кролик.

Райан был удивлен прозвучавшим у него в голосе беспокойством. Возможно, этим перебежчиком действительно двигали соображения совести.

— Не знаю, Олег. Я говорил со своей женой — она у меня врач. Так вот, Кэти сказала, что шансы на выздоровление выше пятидесяти процентов.

— Это уже хоть что-то, — с заметным облегчением промолвил Зайцев.

— Ну? — недовольным голосом произнес Андропов.

Полковник Рождественский вытянулся еще прилежнее.

— Товарищ председатель, на настоящий момент нам пока что почти ничего не известно. Как вы уже знаете, человек, нанятый Строковым, сделал несколько выстрелов и нанес цели ранения, которые могут оказаться смертельными. По неизвестным причинам Строков не сумел его устранить, как это было запланировано. Наша римская резидентура работает над тем, чтобы разобраться в случившемся. Полковник Годеренко взял расследование под свой личный контроль. Более подробную информацию мы получим тогда, когда полковник Строков вернется в Софию. Он должен вылететь регулярным рейсом в девятнадцать часов. Итак, пока что можно констатировать, что мы добились частичного успеха.

— Полковник Рождественский, нет такого понятия как частичный успех! — мгновенно взорвался Андропов.

— Товарищ председатель, несколько недель назад я предупреждал вас о такой возможности. Вы должны это помнить. К тому же, если даже священник и останется в живых, в ближайшем обозримом будущем он все равно не сможет возвратиться в Польшу, ведь так?

— Надеюсь, — проворчал Юрий Владимирович.

— А ведь именно в этом и состояла главная цель нашей операции, не так ли?

— Да, — вынужден был признать председатель КГБ. — Пока что никаких сообщений?

— Нет, товарищ председатель. Да, нам надо будет ввести в курс дела нового офицера связи и…

— Это еще почему?

— Майор Олег Иванович Зайцев вместе с семьей погиб во время пожара в гостинице в Будапеште. Именно он отвечал за связь в операции «три шестерки».

— Почему мне не сообщили об этом?

— Товарищ председатель, — увещевательным тоном произнес Рождественский, — эта трагедия была расследована самым тщательнейшим образом. Тела погибших были доставлены в Москву и похоронены надлежащим образом. Все трое умерли от отравления угарным газом. Вскрытие производилось в присутствии советского врача.

— Полковник, ты уверен, что тут все чисто?

— Если хотите, я могу принести официальное заключение, — убежденным тоном произнес Рождественский. — Я лично ознакомился с ним.

Андропов нетерпеливо тряхнул головой.

— Ну хорошо. Держи меня в курсе всех новостей. И я хочу, чтобы мне как можно скорее доложили о состоянии здоровья этого дерзкого поляка.

— Слушаюсь, товарищ председатель.

Рождественский вышел из кабинета. Председатель КГБ вернулся к другим делам. Здоровье Брежнева резко ухудшилось. Вскоре Андропову придется уйти из Комитета государственной безопасности, чтобы обеспечить восхождение во главу Политбюро, и именно в настоящий момент этот вопрос волновал Юрия Владимировича больше всего. К тому же, Рождественский прав. Польский священник, даже если останется в живых, не сможет по меньшей мере несколько месяцев причинять никаких хлопот, а пока что этого было достаточно.

— Ну как, Артур? — спросил Риттер.

— Президент несколько успокоился, — доложил судья Мур по возвращении из Белого дома. — Я рассказал ему про операцию «Беатрикс». Рассказал про то, что и у нас, и у англичан работают агенты КГБ. Рейган хочет лично встретиться с «кроликом», как только мы доставим его сюда. Так что он по-прежнему в гневе, но, по крайней мере, теперь злится не на нас.

— Англичане задержали этого типа Строкова, — сообщил директору ЦРУ Грир. Сам он только что говорил с Лондоном. — Хотите верьте, хотите нет, но взял его никто иной, как Райан. Англичане держат Строкова у себя в посольстве в Риме. Бейзил пытается решить, что с ним делать дальше. Все указывает на то, что Строков подготовил операцию и нанял этого турецкого бандита, чтобы тот стрелял в папу. По словам англичан, когда его взяли, у него в руке был пистолет с глушителем. Похоже, Строков должен был убить стрелявшего в папу, как это было в той мафиозной разборке в Нью-Йорке много лет назад, и спрятать все концы в воду.