Я еду домой! - Круз Андрей "El Rojo" - Страница 71

Даже девяноста хватит, как раз три магазина. И будет мной человек, который как-то прикроет спину, случись чего. Схлопотал бы я прикладом, если бы со мной кто был? Мог схлопотать. Но мог и не схлопотать.

Так, а что у меня с остальным? Есть М-4, главный плюс которого – автоматическая стрельба. И есть самозарядный «зиг», который не откажет при случае. А М-4 отказать может. С чем гулять будем? И что делать со вторым стволом? А второй ствол будем чистить. Кстати, надо бы, чтобы мне Джефф показал, как это делается. Не то чтобы сам не пойму, но разбирать и чистить эту систему не приходилось – только стрелял в тире. А Джефф у нас, напомню, стрелковый инструктор.

Кстати, из обоих карабинов тоже вполне можно научить стрелять девушку, отдача у них терпимая, баланс хороший. Подумаю над этим позже.

Я повесил себе на пояс кобуру под «ругер», запихал в нее пистолет. Добавил один магазин, а затем все их развесил на поясе с другой стороны. Нормально, можно ходить. Все время в разгрузке – жарко, в лагере можно и попроще. И карабин каждую секунду носить не надо: у нас фишка на скале сидит. А соберусь на выход… хм, думать придется. К «ругеру» – кобура с подсумками поясными, которые на разгрузку не цепляются. Придется на выходы «таурус» оставлять? Наверное, иначе неудобно будет. А «ругер»… он будет «для дома» и на всякий случай, например. Чтобы не надо было перевешивать кобуру взад-вперед. Или его можно будет на что-то сменять, хоть у меня нет никакого желания это делать. Сорок пятый калибр бывает очень хорош, например, как тогда, когда мы с Джеффом в «живчика» палили.

За спиной хлопнула дверь душевой, я непроизвольно скосил глаза и сразу отвернулся. Теперь и трусы лишней деталью оказались. И самое смешное, что во всей этой ерунде – никакого сексуального подтекста. Меня как бы удивить этим сложно, я просто традиционалист в какой-то степени, и если дама не одета, то вежливо отворачиваюсь. Она тоже не соблазняет меня, даже не думает об этом, а в силу общего пофигизма раздевается как и где ей удобно, при этом вовсе не отрекаясь от некоей внутренней невинности, которая из нее так и прет. Смешно. Ладно, притремся как-нибудь.

– Дрика, у тебя есть что-то практичней этих джинсов в рюкзачке? – спросил я.

– Ну… – судя по голосу, она заметно задумалась. – Для тенниса есть шорты с кроссовками, и для спортзала.

– Гм… – задумался и я. – А вот если бы тебе, скажем, пришлось быстро-быстро убегать от толпы мертвецов, ты в чем бы побежала?

Отвечать она не стала, просто кивнула и полезла в рюкзак. Оттуда были извлечены белые кроссовки и ярко-красные брюки для фитнесса. М-да, маскировочные свойства стремятся к отрицательной величине, но зато никакого риска, что они самопроизвольно свалятся на бегу или она запутается в штанинах.

Когда она начала переодеваться, я решил посмотреть в окно. И наткнулся на настоящее зеркало – снаружи была тьма, а внутри горел свет. Тогда я смирился и полез в шкаф, где хранились патроны. Надо «материальную компенсацию» от Марка раскассировать.

Через минуту в поле зрения появилась девушка в белой майке, кроссовках и красных спортивных брючках. От странной шапки она избавилась, завязав волосы цветной банданой. Нормально. Может, и неопытная, но соображает быстро. Попросил пересмотреть туалет в сторону практичности – и пожалуйста, даже излишек браслетов и колец сняла.

– Смотри, – сказал я, взяв со стола бандольеро [52]к «хеклеру» и отстегнув с него «почи» с магазинами. – Это твое оружие. Без него вообще не выходи из трейлера. Чтобы здесь висел, рукоятка под локтем.

Я ткнул пальцем ей в бедро, показывая, где должна оказаться кобура. Затем я нацепил кобуру с пистолетом и «почи» с тремя запасными магазинами на подвесную, отдал все это девушке:

– Надевай. Все понятно, как делать?

– Понятно… – немножко растерянно сказала она. – Но я же стрелять не умею.

– Стрелять завтра учиться будем, а сегодня привыкай без этого «утюга» даже в туалет не ходить, – сказал я, затем добавил, секунду подумав: – А вообще даже сейчас чуть-чуть поупражняемся.

После того как она надела подвесную и подогнала по росту и с трудом – по комплекции, я выронил магазин из «беретты» в ладонь, пощелкал курком, дал ей это сделать. С трудом, но справляется – не хватает силы в пальцах для самовзвода. Ствол гуляет, и не слабо. Но пока можно с предварительным взводом курка для первого выстрела. А дальше автоматика заработает. Показал ей, как делать, получилось лучше. Потренировал минут десять с предохранителем, с затворной задержкой, затем показал, как магазин менять. Попросил повторить. Вроде бы все запомнила, хоть и дел неуклюже и неуверенно.

Великоват пистолет для нее, великоват. Надо искать что-то поменьше и покомпактнее – «глок», например. Да много что подойдет на самом деле. А «беретта» не только большая, но еще и тяжелая, без патронов килограмм весит. Не для Дрики с ее хрупким сложением оружие. Но в любом случае пусть носит, что есть.

Так, с пистолетом ясно, выбор все равно невелик. Забрал черную тяжелую «беретту», отложил в сторону, поднял со стола МП5.

– Завтра научу пользоваться еще и вот этим, – дал ей оружие в руки. – Это уже серьезное оружие, никто к тебе не подойдет. Будет твоим, пока мы вместе. Понимаешь, зачем это надо?

– Чтобы могла тебе помогать?

– Какая умная девушка, – восхитился я. – Ты уверена, что искусствам обучалась?

– Уверена. Туда только умных и берут, – слегка улыбнулась она, явно оставшись довольна похвалой.

– Ну и славно. А сейчас будем учиться набивать магазины. И к пистолету, и к пистолету-пулемету. Это важней всего на самом деле. А завтра уже стрельбой займемся.

Я сделал приглашающий жест к столу. Как оказалось, она была еще и дисциплинированной. Повторяла все старательно, несколько раз, хотя пальцы заметно устали, сжимая тугие пружины новеньких магазинов, но не жаловалась и, кажется, даже была довольна. Хотя я ее, если по-честному, понимаю. Сидишь ты в совершенно дерьмовой ситуации, уже практически прощаясь с жизнью, потом что-то совершенно случайно происходит, и вдруг ты среди людей, и тарахтит движок, и мертвецы далеко, и есть свет, и безопасность, и оружие, и помирать совсем не надо, никто на этом не настаивает. А если тебя еще и учат самого себя защищать, после того как ты точно выяснил, как выглядит смерть в самой плохой ее разновидности, – заниматься будешь старательно.

Но все же здорово, что с ней нянчиться не надо. Пока, по крайней мере.

Тут у меня опять задергало щеку, и настроение изрядно испортилось. Заражения мне только не хватает. Ладно, чего там Джефф от меня хотел? Я сгреб со стола дробовик с патронташем и вышел на улицу.

Над столом светила маленькая лампочка, из трейлера Паблито доносился детский смех, Майк уже сменился и сидел рядом с Джеффом и Паблито за столом, вполне идиллически попивая пиво. И не подумаешь, что вокруг конец света наступил.

Увидев меня, Майк нагнулся под стол и извлек из переносного холодильника еще банку, подкинул мне.

– Откуда роскошь? – удивился я, со щелчком вскрывая жестянку.

– В соседнем складе нелегально хранили, – усмехнулся Паблито. – Когда мы наш склад разоряли, как раз соседи и приехали. Вот и поделились со мной по старой дружбе. Есть еще две коробки виски. Хочешь?

– Взял бы бутылку на всякий случай, – кивнул я, вспомнив о вчерашней трясучке перед сном и лечении коньяком. – А вообще пиво – это роскошь и милость Всевышнего.

– Согласен, – кивнул Джефф. – Ты к чему это все вынес?

Он показал на дробовик и патронташ, которые я выложил на стол.

– Планирую поделиться трофеями: мне все равно столько не надо, – сказал я, подталкивая все это богатство к Паблито. – Бери, тебе дробовик нужен.

Майк протянул руку, подтащил к себе «ремингтон», посмотрел.

– Новенький, – заключил он. – Для спортинга. Дорогая штука.

– Не дешевый, верно, – подтвердил Джефф. – Восемь с половиной сотен стоит, я такой видел.