Принцип Пандоры - Клоуз Кардин - Страница 48

– Недоумок! Это…

– Всего лишь маленькая проверка вашего самочувствия, – выходя им навстречу, спокойно произнес Маккой. – Входите и устраивайтесь поудобнее. Через пару секунд я буду готов вас осмотреть.

Нельсон внушительно занял место у дверей. Ачернар молча переводил взгляд с одного на другого, а затем, вздохнув, сделал так, как ему велели.

– Хорошо. Нельсон, как он?

– Не знаю, сэр. Он хотел посмотреть сады, и я водил его в ботанический. Выглянув в окно, он пришел в неистовое волнение, стал дико ругаться, приказывая мне вернуть ему корабль и отпустить. Пытался даже силой вырваться, а вот теперь он требует встречи с мистером Споком. И немедленно, причем.

– Он видел нашего маленького пленника, корабль-разведчик?

– Нет, сэр. Он просто говорит мне, что мы в большой опасности, и что нам грозит смерть, если мы сейчас же его не отпустим. Думаете, я должен доложить об этом на мостик, сэр?

– Значит, он желает, чтобы ему вернули прямо сейчас корабль? Это же Ромуланская Империя, Нельсон! Конечно, нам грозит опасность! Я сам сообщу об этом на мостик. – Маккой направился к кабинету, но тут же поспешно обернулся. – Кстати, а что было с его кораблем?

– Стабилизатор, сэр. Инженеры заменили его полностью. Поломка очевидна, но они говорят, что очень похоже на специально вызванное повреждение. Только ведь это неразумно, бессмысленно, верно, доктор? Зачем ему?

– Здесь все бессмысленно, Нельсон!

– Думаете, это может быть важно? Я хочу сказать, поломка его корабля?

– Ради всего святого, не говори ему, что корабль отремонтировали.

– Но… он знает, доктор. Узнал вчера ночью, когда вы вызвали меня к себе…

– Ладно, ладно, сиди здесь. Слушай, если он выйдет без меня, то тут же стреляй в него или еще как-нибудь задержи, понял? – Маккой вошел в кабинет, где его ждал пациент.

– Доктор, где Спок? Я должен немедленно поговорить с ним! – Ачернар мерил комнату нервными широкими шагами.

– Он действительно занят, Ачернар. Можете сказать, мне, что…

– Позовите его сюда, или отведите меня к нему! – Понизив голос, он направился к Маккою. – Доктор, я знаю, где мы. Я знаю эти звезды. Ваш корабль находится в большой опасности.

– У-гу, – Маккой проигнорировал угрозу в голосе Ачернара, продолжая невозмутимо настраивать сканер. – Кровяное давление, частота сердцебиений не очень хорошая… – Встряхнув бутылку со спрэем, он снял с нее крышку. – У вас была тошнота, головокружения, немота рук…

– Послушай меня! Ты… – глаза Ачернара внезапно стали холодными и злыми. Костлявыми, но цепкими пальцами он обхватил запястье доктора так сильно, что бутылочка со спрэем, чуть не выскользнула из его рук на пол. – Что это за наркотик?

– Это?! Черт побери! – выругался Маккой. – Ваша последняя иммунизация серии Х-9. Без которой, мистер, вы не покинете этот корабль. И сейчас же отпустите мою руку! Сядьте и ведите себя как положено! Слышите меня?

Ачернар отступил назад, отпустив руку доктора. Усевшись на стол, он примирительно произнес:

– Извините, доктор, я лишь беспокоился о безопасности вашего корабля.

– Я тоже. – Спрэй мягко разлился по телу Ачернара.

– Доктор, вы… глупец… – глаза Ачернара выглядели бессмысленно-стеклянными, он стал медленно опадать назад. Маккой поднял его ноги на стол, укутав их полами черного плаща.

Оставшийся довольным результатом процедуры, Маккой отступил на шаг назад, огляделся и направился к приемнику внутренней связи.

–., да, доктор, он будет рад это слышать. – Ухура, улыбаясь, повернулась к Зулу. – Зулу, доктор Маккой докладывает, что ромуланский гость постоянно предупреждает о большой опасности. Но, похоже, у него просто специфичная реакция на какое-то лекарство.

– Вот как, – Зулу попытался изобразить улыбку, – лучшая новость за день. Но плохо, что другая…

– Черт, – выругался Чехов, сидя за научной станцией, – проклятая планета, Зулу. В коре образовывается мощное сейсмическое давление. Все это не слишком радует, когда думаешь о том, что они собрались спускаться вниз.

– Их нужно срочно вернуть, – с тревогой произнесла Ухура. Склонившись над своими приборами, она попыталась выйти на связь, но через несколько секунд расстроено покачала головой.

– Нет, слишком много помех.

– Тогда проинформируйте об этом мистера Скотта. Как только Спок сможет, он свяжется со Скотти. – Зулу пожалел, что рядом нет капитана: командирское кресло без него казалось слишком большим и одиноким.

На экране был виден висящий корабль-разведчик, которого они держали в плену – ненужный хвост. Зулу не любил хвостов. Переведя взгляд с экрана не Чехова, он сказал:

– Павел, это зависит не от меня. Нам нужно ждать. – Вопрос оставался, сколько.

Тоннель спускался все ниже и ниже. Спок освещал фонариком слизистые скалистые стены. Некоторые из этих тоннелей когда-то служили проходами к угольным шахтам. Спок использовал трикодер в качестве камеры; на расстоянии более нескольких сантиметров его сканеры не воспринимали ничего из-за сырости, как и сенсоры «Энтерпрайза».

Наконец, на экране сканера появилась информация. В глубинных залежах угля были зафиксированы депозиты той самой аномальной формы силикона. Значит, вещество, рожденное природой именно на этой планете, было обнаружено, добыто, исследовано, изучено и применено как новый вид оружия в качестве новоизобретенного вируса – вот причина невозможности основания здесь колонии. И теперь он докажет это, если только им суждено выбраться отсюда живыми.

Саавик молча шагала за ним, болезненно переживая возвращение в прошлое и борясь со своими противоречивыми эмоциями. Ровное бормотание Спока, констатирующего открытия, не отвлекало от охватившего ужаса, от проснувшейся жажды мести. Еще один толчок сотряс горы. Спок прекрасно осознавал опасность, но было слишком поздно отправлять Саавик назад.

Тропинка резко повернула направо, и впереди обозначился еще один тоннель. Спок выключил фонарь. Темнота кончилась. На повороте большая вывеска запрещала использование лучевого оружия, а стены тоннеля излучали свой собственный свет, мерцая и переливаясь резными красками. Внезапно он почувствовал, что Саавик рядом нет. Она оказалась впереди, освещенная мерцающими огнями, зажавшая в ладони сверкающий нож.

– Саавик! Нет!

Она вошла в мерцавший круг и исчезла.

– Саавик, вернись! Я приказываю тебе!.. – ее нигде не было. Спок бросился бежать, но внезапно остановился при виде открывшейся ему картины: в том месте тоннель расширялся до размеров огромной пещеры, со всех сторон огороженной стальной сеткой из колючей проволоки, – некая площадка, освещенная тем, что хранилось внутри.

Ящики. Ряды за рядами, впаянные в стены выше, чем позволял видеть его рост. Каждый ящичек на своем месте, освещенный собственным переливчатым сиянием.

Но Саавик здесь не было. Он попытался сканировать, но впопыхах нажимал неверные кнопки. Глядя вперед, в конец сверкающего тоннеля, он заметил вдруг несколько зияющих дыр в одной стене. Они не были заложены кирпичами. Спок проверил время по временному трикодер-хронометру: пятьдесят одна минута с момента, когда он выходил на связь. Сейчас корабль, должно быть, уже где-то на условленном месте, прилетел, чтобы выполнить работу, ради которой «Энтерпрайз» отправился на эту операцию. Какой бы мучительный импульс ни послал Саавик в этот лабиринт, оставалось надеяться, что интуиция приведет ее к выходу с противоположной стороны.

– Саавик!

Ответа не последовало. Никакого выбора. Он определил направление выхода и продолжил путь.

Поймали. На плече внесли внутрь. Бросали, точно неодушевленный предмет, хватали безжалостными руками, мерзкие ненавистные стражники… Боль, раздирающая грудь, текущая изо рта и носа кровь…

Поймали? Нет, ее не поймали! Часть сознания Саавик все еще продолжала задавать вопросы, в то время как воспоминания полностью захлестнули мозг.