Любимый обманщик - Клоу Аннет - Страница 61

— Туш, джентльмены! — прокричал Оскар. И ловким движением вынул из-под прилавка большой бумажный лист. Развернув его во всю ширину, поинтересовался: — Ты как, Крис? Навсегда? Или только на время? Мы тут ударили по рукам!

— Занимаешься противозаконной деятельностью? Раскручиваешь тотализатор и принимаешь ставки, букмекер?! — Кристиану не нравилось столь пристальное внимание к его персоне. — Не боишься прогореть? И какие же ставки?

— Опоздал! — радостно выкрикнул Оскар. — Ставки не принимаются! Ставок больше нет!

— Тебе не в баре, а в казино служить! Крупье! — прокомментировал Кристиан.

— А мы свой тотализатор организуем! — Салливан взмахнул новенькой купюрой. — Ставлю сотню! Миссис доктор прогонит его в два счета! Кто против?!

Крис с неудовольствием посмотрел на него и заметил:

— Ты же обещал, Салливан Росс, что больше не участвуешь в азартных играх!

— И пусть это будет последний тотализатор в моей жизни! Слово горняка! — заорал раззадорившийся молодчик и шлепнул сотню на ближний стол.

К столу тотчас же со всех сторон потянулись руки с бумажками разных достоинств. К верзиле пыталась прорваться какая-то миниатюрная девица в короткой юбочке. Ее оттирали парни.

— Не лезь, малютка! Дело серьезное, мужское!

— Стоп! — скомандовал верзила Салливан. Он устроился на стуле, поднял девушку над столом. Она мелькнула коротенькой юбочкой, сверкнула худенькими ножками и плотно приземлилась на одном колене великана. — Тебе удобно, детка?! — поинтересовался довольный Салливан. — Как тебя зовут?

— Маргарет! Маргарет Лачлан, мистер! — прощебетала девушка, крепко обхватив Салливана за шею тонкой рукой, а головой нежно прижимаясь к его волосатой груди.

— Я буду называть тебя Мэг! Согласна? Или милая Перл! — Росс бережно, насколько это было возможно, обхватил лапищей тонкую талию.

— Я не мешаю вам, мистер Росс? — нежно ворковала Маргарет, все плотнее приникая к плечам и мускулистому торсу.

— Ни в коем разе, Мэг! Ни в коем разе, мой драгоценный Перл!

Кристиан обрадовался, что внимание с его персоны переместилось на колоритную парочку. Все с интересом наблюдали за развитием событий!

Молодой человек подошел к Оскару. Тот встретил его недовольной гримасой.

— Вернулся, приятель?! Я точно знал, что вернешься! Ты увез ключ от номера! Придется поставить тебе в счет трое суток!

Кристиан принялся лихорадочно шарить по карманам дорожного костюма, в котором выезжал из «Тиары». Ключ тотчас же нашелся. Он вынул из кармана брелок с номером двадцать семь!

— Верная примета! — восхищенно сказал Оскар. — Еще ни разу не подвела!

— Ты, наверняка, все подстроил, Оскар?!

— Не утверждаю, но и не отрицаю, Крис! Ладно! — примирительно сказал бармен и портье в одном лице. — Надеюсь, теперь можно будет расширить дело, взять помощника, а то и двух. По поводу трех суток я просто пошутил, приятель! Замечательного пребывания в «Тиаре», мира и спокойствия, мистер Кристиан Бентон!

Поднявшись на второй этаж, Крис неспешно подошел к номеру, отпер дверь и, шагнув внутрь, тотчас же повернул кнопку выключателя. Комната поразила своим обновленным видом. Стены оказались оклеены новыми вполне симпатичными обоями. Правда, не самыми дорогими. Но они гармонировали со шторами шоколадного цвета. И создавали ощущение домашнего уюта и теплоты. Постельное белье на кровати — белоснежное и накрахмаленное. Одеяло — только что из магазина. Стул возле кровати — с новой обивкой. И даже старенький медный умывальник начищен до золотого сияния.

И лишь в соседнем номере неутомимая парочка по-прежнему предавалась любовным забавам! Да так, что от их страстных телодвижений, стонов и криков, вздрагивали и звенели никелированные шары на спинках широченной кровати. И слегка покачивался под потолком плафон с тусклой лампочкой.

Раздевшись, Кристиан освободил карманы дорожного костюма от разной мелочи и бросил его в угол. Вымылся над раковиной умывальника по пояс. Вода была холодная и хорошо взбодрила его. Кристиан вытерся чистым полотенцем, тщательно расчесал влажные волосы. Выложив на кровать одежду из сумок, он стал выбирать, что надеть. Сообразил, что нельзя облачаться в пиджачную пару с белой рубашкой. Костюм предназначен для торжественных случаев, крестин или венчания. Выбрал клетчатую рубашку из фланели и джинсы. Он помнил, что нравился Мелиссе больше всего именно в этом наряде. Возможно, потому, что вид у него становился домашний.

Волновался молодой человек больше, чем когда-то перед самым первым свиданием. Нет, он не забыл ту девушку, которая подарила ему любовь. Это произошло давно, еще во время гражданской войны. Она была мила, как все девушки в восемнадцать лет. Но быстро поняла, что он никогда не женится на ней. И вышла замуж за тридцатилетнего сержанта из восьмой роты. И тот вскоре отправил жену к своим родителям под Милуоки, подальше от мужского общества. Ее звали Доротти! Да, он помнил точно! Доротти Парсонс! Она была симпатичной пышнотелой блондинкой.

Переодевшись, он накинул джинсовую куртку. Пониже на лоб нахлобучил черную шляпу. Закрыв номер на ключ и спустившись вниз по боковой лестнице, Кристиан оказался на Мидоуз-стрит.

Ему казалось, что он много лет назад покинул этот славный городок. И теперь он, вернувшись из прошлого, ступал по этим улочкам, шагал мимо скромных цветников, мимо скамеек, на которых днем сидели няньки, присматривающие за детьми, а сейчас, вечером, влюбленные парочки, не нашедшие себе иного приюта. Он понимал, что сегодня Мелисса так же далека от него, какой была две недели назад, когда он впервые после многолетнего отсутствия ступил на крыльцо дома доктора Коуплендла.

Кристиан решил действовать по обстоятельствам. Если Мелисса будет дома, то он попытается попросить прощения. Если она будет отсутствовать, то ему предстоит исхитриться, чтобы как-то проникнуть в дом и выкрасть свои письма. Она не должна знать, что он взял у нее свои деньги. Если эта женщина не сумеет его простить, пусть возненавидит окончательно! Он способен приносить близким и любимым людям одни только неприятности. Зачем же подвергать риску такую молодую, красивую и умную женщину?

Сьюзан намекала, что новый врач больше подходит Мелиссе по социальному положению, по образованию, по близости их интересов.

От подобной мысли он заскрипел зубами. Конечно, надо было бы познакомиться с этим врачом. Посмотреть ему в глаза. Перекинуться несколькими фразами, понять, что он за птица. Но все еще впереди!

Сначала надо попробовать отыскать письма. Или попросить прощения у Мелиссы. Конечно, она, как всякая женщина, вывалит ему на голову тысячу упреков, будет плакать, требовать непонятно чего. Кристиан тяжело вздохнул. Он, как любой нормальный мужчина, не выносил женских слез.

Подходя к дому, Кристиан обратил внимание, что в операционной горит яркий свет. Дверь в приемную комнату была закрыта. Молодой человек осторожно повернул ручку. Дверная створка легко подалась. Стараясь ступать бесшумно, Кристиан проник в дом.

Мелисса, повязанная белой косынкой и облаченная в клеенчатый фартук, оперировала какого-то здоровенного парня. По всей видимости, новый врач не завоевал пока что доверия у населения, и Мелиссе вполне хватало работы.

— Расслабьтесь, — прикрикнула в это время женщина, — расслабьтесь, Дэнис! Вам совершенно не больно! Я же вкатила вам дозу морфия! Мистер Девлин! Вот когда Чарльз Гриффин ткнул вас острым стеклом, тогда было больно! Не распускайте руки! Филипп, придется дать пострадавшему подышать эфирными парами!

— Я плыву, мэм! — радостно сообщил Дэнис. — Я попал на небо! — пропел он. — Мэм! Миссис Коуплендл!

Кристиан узнал в мускулистом мужчине одного из доверенных «парней» шерифа Бакли. Неужели в полицейском участке произошла потасовка? Он мысленно отметил, что попозже надо зайти в сторожку к Филиппу и узнать, каким образом пострадал Дэнис Девлин.

А пока, воспользовавшись тем, что дверь в коридор оказалась приоткрыта, Крис проскользнул в неосвещенное помещение. Половица под ногами неожиданно предательски скрипнула.