Режим Бога - Вольнов Сергей - Страница 87

— У меня здесь тачка, Соратник. Тот чёрный минивэн, видишь? — Женщина мотнула головой, подбородком указывая в нужном направлении. — За Периметром забирай вещички и выскакивай, сегодня мы возвращаемся в город вместе…

— И тебя храни… Живой, как видишь, а остальное приложится. Ты на машине? — Мужчина наконец справился с волнением, вызванным случайной, но неподдельно радостной для них обоих встречей. — Не опасаешься, что…

— Нет. Иногда, понимаешь ли, надоедает тереться задницами с зеваками в группах. Дольше, чем несколько минут по местному времени, сам знаешь, зазор между уходом и обратным появлением не длится. Те, кому захочется подсматривать, фиг догадаются, что я на самом деле отсутствовала недели, если не месяцы. Так что и тебе советую… Время от времени оформляю индивидуальный пропуск. Я же сотрудница очень солидного научного учреждения. Хочешь, и тебя по блату оформлю, будешь яйцеголовым очкариком!

— Сейчас вернусь, сотрудница… Вещички можно и тут погрузить.

— Неужто удалось прихватить с собой парочку сувениров?

Мужчина хмыкнул, загадочно улыбнулся и скользнул к одному из больших автобусов. Походка у него была плавная, отработанная, как у человека, привыкшего много и долго ходить. Вернулся он уже к минивэну, куда успела переместиться женщина. Она сидела внутри, в салоне, оставив приоткрытой дверцу, и когда вернувшийся собеседник положил небольшой однолямочный рюкзачок на сиденье рядом с хозяйкой авто, спросила его:

— Артефакты? Разве они в этой нормальности сохраняют аномальные свой…

— Не то, что ты думаешь. У меня там…

— Неужели решился забрать отсюда перчатку, которую тебе оставил Несси?! — Женщина искренне удивилась и недоумевающе посмотрела на мужчину, стоящего у приоткрытой дверцы минивэна. — По какому случаю выкопал свой самый драгоценный клад?

— Я тебе как-нибудь при случае покажу документик, который мне обеспечивает круглосуточный беспрепятственный проезд в «отчуждёнку». Обзавидуешься. Надо же было как-то обустраиваться и в этом мире… С тех пор, как мы с тобой разобрались, что к чему, и обнаружили, чем же можем помочь Зоне, утекло немало воды… хм… реки Припять.

— Ты же сам настоял, чтобы мы действовали независимо… И ты прав, у одиночки всегда больше шансов остаться неприметным.

— Да. И не отменяю моей правоты. Но сегодня мне начхать на все спецслужбы, вместе взятые… Нет, ты ошиблась, подаренный мне первым напарником рекордер «самсон», силовую перчатку Несси и мой суперовский смит-вессон я пока не выкапывал, оставил здесь, в «отчуждёнке». Должно же у человека где-то храниться в неприкосновенности самое дорогое, что у него осталось на память о потерянной родине… То, что у меня в тайнике есть материальное напоминание о ней, помогает мне ждать. Знаешь, в этом мире я услышал одну песню, в ней очень правильно сказано… А жизнь — только слово, есть лишь любовь и есть смерть… Эй! А кто будет петь, если все будут спать? Смерть стоит того, чтобы жить, а любовь стоит того, чтобы ждать… [10]

— Значит, ещё не пришло время выкапывать топор войны, то есть перчатку и револьвер?.. А ты сентиментальный, оказывается… Знаешь, я вот сейчас подумала, что совсем тебя не знаю, романтик. Мы ведь толком и не успели пообщаться. Не до того было.

— Хм… на себя посмотри… Да нам и сейчас особо-то некогда. Я с тобой не поеду. Нельзя мне покидать автобус, я там по ходу в тургруппе с одним попутчиком разговорился и, похоже, очень перспективного кандидата нащупал… Деваться некуда, не бросать же разработку, хотя я в предыдущей ходке зверски устал, пришлось даже воспользоваться выбросом в качестве уважительной причины, чтобы отколоться побыстрей. Клин клином вышиб… Богатый на потенциал оказался парень, если обретёт себя настоящего и не собьётся с курса, выйдет из него большущий толк… Видишь, я даже в твою роскошную тачку не залезаю. Поговорим и разойдёмся. А рюкзак откроешь только за пределами зоны отчуждения, это моя настоятельная просьба. Раньше — ни в коем случае. Хорошо?

Женщина молча кивнула, соглашаясь. Глаза её говорили, что она рассчитывала на совершенно другое продолжение встречи, но собеседнику не возразила. Он тоже хотел бы уехать с нею и пообщаться подольше, однако миссия важнее всего. На его месте она поступила бы точно так же. Потенциалов нельзя упускать.

— Удачной ходки, сталкер! — от всей души пожелала женщина. — Не прощёлкай хабар!

— И тебе удачного поиска! Чтобы в следующий раз приехала сюда с толковым ведомым… Хех, пока не станет возможным куда-нибудь улетать с этого шарика в поисках лучших миров, нам придётся привозить тех, кто на такой Земле оказался лишним, сюда, в Чернобыль… и уводить в нашу Зону…

— Да, только бы поменьше ошибаться. У меня вот осечка вышла в этот раз… столько времени зря потеряла!

— Ну что поделать, коллега. У меня тоже бывали ошибки. Кое-кого вспомню, и вздрогнуть хочется… Люди сами о себе правду до конца не знают, вот и не понимают, чего хотят. Чего удивляться, что и мы, бывает, можем не разглядеть в потёмках человеческой души правду. Главное, что Зона в итоге способна распознавать истину…

— А что с ними происходит, как ты думаешь? С этими лишними в понимании Зоны? Она их выбрасывает из себя каким-то образом или просто стирает, как ошибку цифрового кода?

— Хех, спроси чего полегче… Откуда мне знать! Я когда ошибался, то уходил по-английски, не прощаясь. Обычно к этому моменту ведомый уже был достаточно обучен, какой-то срок мог продержаться в одиночку, и моя совесть чиста. Если захочет выжить по-настоящему, то выживет. Человек способен выжить даже в чуждом враждебном окружении, когда очень постарается. А если позволит страху себя одолеть — значит судьба такая…

— Знаешь, брат-сталкер, а мне кажется, что если остались, уцелели мы с тобой… и возможно, другие такие же, которые теперь водят в Зону новобранцев, то вполне возможно, существует и ещё кто-нибудь. Наоборот, выводящий наружу людей, не прижившихся в той вселенной, проводник из виртуала обратно в реал… Извини, что использую эти термины, но приходится смотреть правде в глаза, с точки зрения человечества победившей Земли дело обстоит именно так. Зона не существует. На данный момент по крайней мере.

— Всё может быть. Я уже давно перестал удивляться. С того дня, когда понял, что наша с тобой реальность исчезла, но мы в натуре уцелели и оказались в мире, где Зона существует лишь как фантазия, воплощённая в компьютерных аддонах, фильмах, текстах и страйкбольных игрищах на пересечённой местности…

— А я всё-таки перестала удивляться чуть позже тебя, Соратник. Последнее, что меня удивило, это тот факт, что мы с тобой попали в эту замороженную, почти не опасную «отчуждёнку», и смогли здесь почуять точки соприкосновения, через которые каким-то чудом сумели пройти в Зону сталкеров. Пусть мир Зоны и сказочный, игровой с точки зрения обитателей этой реальности, но мы-то… мы-то получили возможность вернуться домой.

— Теперь за это расплачиваемся. Водим в неё… подпитываем свежей энергией.

— Не самое худшее из занятий — помогать людям обретать лучший мир…

— Это и утешает…

— Я вот подумала… Интересно, что может утешать проводников, идущих встречным курсом? Тех самых, кому в отличие от нас приходится очищать кровь Зоны от всяких лишних, залётных… от тех, кого нельзя убивать по каким-то ведомым лишь Зоне причинам, но и держать внутри нельзя…

— У каждого человека своя миссия. Даже если этот человек с чьей-то точки зрения — всего лишь цифровой компьютерный персонаж.

— Любопытно, а кто же мы с точки зрения «персов», живущих в легенде…

— Мы проводники из мира в мир. Каким-то макаром способные жить по обе стороны, и там, и там. Звено, которое связывает. Проклятие это или счастье наше, я уже давно не пытаюсь разобраться. Даже когда у меня возникает ощущение, что эти ходки будут длиться вечно, словно мы находимся в годмоуд, режиме бессмертия… [11]