Режим Бога - Вольнов Сергей - Страница 70

— Ах да, выброс. — Из-за угла показался пожилой мужичок с взъерошенными волосами, в руках он держал добротный дробовик. — Ну, тогда заходи. Заходи быстрее. Только припасы мои не смей трогать! Понял?

— Понял-понял! Мне бы только переждать выброс. А потом я сразу же уйду, спешу очень, — успокоил я мужичка.

Да, вот так моё преследование прервал выброс. Его буйство мне довелось пережидать в бункере, на пару с пожилым сталкером, который уже через некоторое время «чётким и внятным» мне не казался. Он что-то втирал о пришельцах из будущего, которые помогают тем, кто сбился с правильного пути. В других обстоятельствах я бы к нему прислушался внимательнее, но в сложившейся ситуации он добавил соли на раны моих сомнений, а мне и так было хреново на душе.

После выброса, с облегчением покинув бункер малость свихнувшегося сталкера, я продолжил преследование. Стараясь не думать, свидетелем чего был мужичок, утверждавший, что видел «пришельцев» своими глазами.

Но сумасшествие заразно, недаром же так говорят… Сделав привал, я хотел отдышаться пять минут, и вдруг… увидел её, мою бывшую жену, от всепоглощающей любви которой и сбежал в Зону.

Сцепив зубы, чтобы не взвыть от тоски, я прислушался к внутренним ощущениям. И распознал тихий звон в голове. Похоже, что звон этот длился уже пару минут — просто поначалу я не обратил на него внимания. Вывод один, и неутешительный: рядом контролёр.

Из инструкции по выживанию в Зоне: достать из рюкзака бутылку водки и начинать пить. Раздел: о пользе алкоголя в борьбе с контролёрами. Суть в следующем: когда человек пьян, его мысли не такие чёткие, и при этом они очень скользкие, из-за чего контролер не может ухватиться за них, следовательно, не может зомбировать жертву.

Об этом ученику Комете в своё время рассказал учитель Смайл, когда они сидели возле костра и периодически отхлёбывали из фляги.

Сразу хлебнув грамм двести, я приготовился к встрече с псиоником. Тот не заставил себя ждать. Точнее, его свита, кого он там зомбировал… Ещё грамм сто пятьдесят — для храбрости. А лучше двести пятьдесят…

Первым из руин хутора выбежал снорк и попёр в лобовую атаку. Тут же из-за остатков хатки выскочил боец в костюме клана «Свобода» и открыл огонь в мою сторону. Мой намётанный взгляд успел приметить ещё одну тень, мелькнувшую в руинах. И послал в быстро охмелевшее сознание тревожный импульс. Грозный снорк и шумящий фримен — просто отвлекающий манёвр. А матёрый слепой пёс, что бежит сейчас под прикрытием кустарника и заходит на меня с тыла, и станет тем подлым ударом в спину. Который, по задумке контролёра, должен меня прикончить.

Ну ладно, поиграем по твоим правилам, мозгодав, только внесём небольшую поправочку… Я выхватил из подсумка гранату и метнул её на упреждение в кустарник, в ту точку, где секунды спустя должен был пробежать пёс. Граната громыхнула, пёс отчаянно заскулил. Я не убил мутную тварь, но скорость её перемещения существенно снизил, а значит — выиграл дополнительное время.

Пока прихрамывающая псина ковыляла ко мне, я при помощи СВД вышиб мозги «свободовцу» и, не особо целясь, спустил весь рожок АКСУ в снорка. «Слоник» задёргался на земле в предсмертных судорогах, не преодолев и половину дистанции до моей позиции. Пока последний участник схватки, с подвывами скуля, дотащился ко мне, я успел перезарядить автомат. Тварь, заполучив практически в упор короткую очередь, затихла. Теперь дело за самим контролёром.

Этот скот всё не оставлял своих попыток процарапаться в мой мозг. Он стоял во весь рост в руинах и продолжал махать ручонками в мою сторону. Дурачок, алкоголь исполнил своё коварно затуманивающее предназначение, и мутанту стоило бы уже сообразить, что самое правильное в данной ситуации — драпать отсюда прочь, и побыстрее. Я хоть и пьяный, и мысли мои разъезжаются, почти как ноги, но наработанный годами хождения по Зоне опыт — не пропьёшь, бл… и-ин! Ик-к…

Но либо контролёр туго соображал, либо его аномальная гордость не позволила ему позорно бежать, но монстр так и проторчал, размахивая конечностями. Пока я не приблизился к нему и не расплескал его собственные мозги по окрестным руинам, не поскупившись на щедрую автоматную очередь.

Вот так сталкер, если не растеряется, может разобраться с подручными контролёра и с самим этим монстром, который без свиты совершенно не опасен… ик-к… То бишь… ик-к… пьяному не опасен!

…Для того чтобы малость протрезветь, мне понадобилось время, и только когда ноги перестали разъезжаться и путаться, цепляясь одна за другую, я возобновил преследование.

Дальнейший путь пролегал через небольшой посёлок.

Здесь двое каких-то придурков, сныкавшихся на чердаке одного из домов, с обрадованным воплем «Он наш!» открыли по мне, мирному прохожему мужику, огонь. Должно быть, признали во мне охотничка, идущего за той же целью.

Не на того напали, падлы! У меня ещё оставалось в запасе моё экс… ик-к… к-клюзивное оружие, а термитные палочки — это вам не веточки с насекомыми, это натуральный, всепожирающий огонь! Прохожий успел спрятаться от пуль и закинул в дом и на чердак по порции сверкающей смерти. Конкуренты заживо сгорели.

Протрезветь окончательно мне довелось позже, поэтому я в общем-то не особо и запомнил, как их пожёг.

3

Снаружи, на улице Припяти, загромыхала серия выстрелов. Короткие отрывистые очереди «калаша» были практически неразличимы на фоне непрерывного заливистого стрекотания второго ствола.

Раздался крик: «Граната!», и спустя секунды где-то совсем рядом громыхнул взрыв. Стрельба тут же стихла, и в тёмное подвальное помещение, распахнув ногой ржавую скрипучую дверь, ураганом ворвалась сталкерша в армейском бронекостюме. В несколько движений фонаря она «просканировала» глухую комнату подвала на предмет присутствия в ней кого-либо ещё.

Наполовину заваленный мусором подвал был пуст. Ничто здесь даже и не намекало на то, что живые существа бывали в нём за последнюю пятилетку. Дверь наружу служила в нём единственным входом-выходом. Аппендиксы коридоров были надёжно закупорены всевозможным хламом и зацементированы грязью до самого потолка, а дверь в одной из стен комнаты, которая некогда вела в соседние подвальные помещения, была наглухо замурована ещё при «совке», судя по качественной кладке.

Определив, что убежище безопасно, сталкерша обернулась и отрывисто свистнула. Сразу же по ступенькам по-стариковски прошаркал подошвами её арьергардный напарник. Ввалившись в помещение, он бросил свой пулемёт на пол, скинул с себя большой тяжёлый рюкзак и устало плюхнулся на задницу под стену подвала. Клапаны фильтров его дыхательной системы очень быстро щёлкали, пропуская частые свистящие потоки воздуха, образованные загнанным дыханием.

— Х-хе, мля… манал я такие гонки… хе, с препятствиями! Хе, тут везде так много мутантов и аномалий?! Хе… — Ведомый через одышку пытался донести до напарницы свои беспокойные мысли. — Не-е-е! Я тут… хе, не останусь! В Припяти ещё хуже… хе, чем в окрестностях «Юпитера»… Хе… на порядок, блин, хуже! Веди меня назад на «Затон»! Не хочу тут!

— Да заткнись ты! — гаркнула проводница на парня. — Ты что, тугодум, ни хрена не понял?! Тебе в любой из локаций Зоны будет хана! Это лишь вопрос времени. Ты не приспособишься к черноте никогда! Ты ошибся в самом себе.

— И что же мне теперь делать? — немного отдышавшись, стал бубнить молодой человек. — Подыхать здесь? Я устал, у меня нога вся в водянках! Я боюсь даже ботинок снять, потому что уже не надену его никогда. Там, наверное, всё по щиколотку в крови! Руки, блин, уже в мозолях от набивания патронов в эти долбаные магазины! Уведи меня отсюда, спрячь где-нибудь, чтобы я смог отдохнуть с недельку. Я обещаю тебе, что восстановлюсь и опять попробую всё сначала. Только уведи отсюда!

— Эх, студент, студент. — Проводница присела на корточки и прислонилась к стене. — Тебе отдых не поможет. Это будет всего лишь отсрочка неминуемого. Сожрёт тебя Зона с потрохами, как только я тебя оставлю. А оставить должна буду… Не вечно же тебя за ручку водить.