Основы миропонимания Новой Эпохи - Клизовский Александр Иванович - Страница 211

Ввиду того что и сейчас далеко не все правильно разбираются в понятиях свободы, равенства и братства, необходимо сказать о каждом из них несколько слов. В сущности говоря, ни свободы, ни равенства, в таком значении, как люди т понимают, не существует. Всякий человек обладает единственной свободой, свободой выбора своего пути. Всякий человек свободен избрать себе тот или иной путь и идти по нему в согласии с порядками и законами, существующими в мироздании. Других свобод у человека нет. Но вся судьба человека находится в прямой зависимости от того, как человек пользуется и как прилагает в жизни предоставленную ему законами развития свободу. Правильно понятая и мудро проводимая в жизни, она возносит человека до вершин совершенства, и наоборот, неправильно понимаемая, ведущая к нарушению законов мироздания, приводит человека к гибели.

Но, кроме выбора своего пути, каждый человек пользуется еще некоторым количеством свобод, предоставляемых ему человеческими законами. К прискорбию должно констатировать, что число этих свобод очень ограничено. В наш век культуры и прогресса почти во всех государствах, даже самых передовых, существует еще много искусно прикрытых видов рабства. Самое вопиющее и самое постыдное из них — это подневольное, переходящее даже в рабство положение женщины.' Точно так же существуют разного рода и вида ограничения и стеснения в свободе мысли, слова, веры и в других социальных правах, несмотря на то, что за эти лозунги пролито много крови и слез. Поэтому нужно признать правильность высказанной выше мысли, что на возникающие время от времени революции в защиту попираемых человеческих прав нужно смотреть как на восстание здоровых клеток против разложения государственных организмов.

Самые же страшные цепи рабства налагает на себя сам человек.

Существует много видов и степеней духовного рабства, основанием которых является человеческое невежество. Всякий человек в большей или меньшей степени является рабом своих страстей и желаний, своего суеверия и предрассудков, своих заблуждений и ошибок. Такой вид рабства хуже всяких видов социального рабства, ибо кладет преграду дальнейшему человеческому развитию. Поэтому освобождение от всех видов духовного рабства есть самая существенная задача жизни всякого человека, и освободиться от такого рабства может лишь сам человек своим собственным усилием. Никто другой для него это сделать не может.

Потому борьба не со своими ближними, но с самим собою есть самый благой вид борьбы, который приносит самые благие результаты. Ибо лишь стремлением к знанию и совершенствованию приобретается та высшая духовная свобода, достижение которой уничтожит всякие виды социального рабства. ' В настоящем труде имеются специальные главы, посвященные этому вопросу Точно так же обстоит дело с другим великим лозунгом — с равенством.

Идее равенства тоже принесено в жертву много миллионов человеческих жизней, и ни в чем так ярко не обнаружилась преступность невежества, как в желании уравнять всех под одну мерку. Понадобились моря крови и миллионы трупов, чтобы люди поняли, что социального равенства в мире нет и не может быть. Как нет свободы, понимаемой как своеволие, точно так же нет равенства прав, положений и состояний, ибо эволюция жизни основана не на равенстве, но на неравенстве. Равенство означало бы застой и умирание.

Люди все равны по своему потенциалу и по заложенным в них способностям. Все люди — дети одной и той же МатериПрироды и Отца-Творца, и в этом отношении они тоже равны, но не равны по своему сознанию. Равенство потенциала и возможностей, благодаря разнообразию индивидуальных устремлений, создает каждому человеку его собственный индивидуальный путь, который будет отличаться от пути всякого другого человека. Создаваемое таким образом неравенство продвижения в эволюции создает неравенство способностей и достижений, что в конце концов выливается в неравенство социальное. Таким образом, люди всегда равны и всегда неравны. Равны по своему потенциалу, но неравны по своим достижениям, равны в основе, но неравны в деталях.

Этот закон развития жизни подтверждается и физическим строением человека. Всякий человек имеет тело и лицо, но нет двух человек, которые обладали бы одинаковым строением тела и одинаковыми чертами лица. Именно, во всем великий закон мироздания — единство во множественности и множественность в единстве. Нужно подумать, какая была бы неразбериха, если бы все люди были на одно лицо. Точно так же была бы не меньшая бессмыслица, если бы все люди были равны. Поэтому нет ничего удивительного в том, что, когда людское неразумие пытается исправлять мудрость космических законов, оно своей цели не достигает и должно дорого за это заплатить.

"Французские революционеры добивались свободы и равенства социальных, или утверждения тех принципов или видов свободы и справедливости, которые должны быть заложены в основании каждого здорового государства, именно — свободы совести и мысли, свободы выбора занятий и равенства всех граждан или уничтожения классов (привилегированных каст). Конечно, лишь несовершенная часть понимает свободу как своеволие, а равенство — как равенство способностей. Но основное социальное равенство должно быть осуществлено. Каждый гражданин своей страны равен перед ее законами, и лишь его способности определяют его место в социальном труде и строительстве. "…" Потому и законы государственные, чтобы быть жизненными, должны отражать законы космические. Так каждый нарождающийся гражданин той или иной страны, по праву своего рождения в ней, приобщается потенциально ко всем правам ее, т.е., как говорят в Северо-Американских Штатах, «каждый гражданин Америки может стать ее президентом». Вот это-то право и должно быть охранено. Но именно такого равенства были лишены граждане многих государств. Все равны по рождению, но не все равны по способностям, и такое неравенство не только целесообразно, но и справедливо, ибо способности завоевываются личным трудом и личными усилиями в течение бесчисленных тысячелетий. И такое неравенство становится уже не неравенством, но подходит под ведущий закон иерархии. Мучительный вопрос о равенстве или неравенстве людей получил бы разрешение, если бы закон перевоплощения стал доступен человеческому сознанию в массах" (см. Письма Е. Рерих: от

10.9.38).

"Равенство в абсолютном смысле слова есть начало, в общественной жизни неосуществимое и никогда в истории еще не осуществленное. Как люди всегда не равны по своим физическим и душевным свойствам, так же они не равны по своему социальному положению, по своим правам и обязанностям. Везде и всегда, при всяком строе, на каких бы началах он ни был основан, существует неизбежное неравенство между властвующими и подчиненными.

Всякая революция в своем стремлении установить равенство обычно только изменяет состав лиц, стоящих вверху и внизу общественной лестницы, заменяет неравенство одного порядка неравенством другого. Неравенство вытекает из начала иерархии, присущего обществу. Начало иерархии есть природное, естественное свойство общества. Общество, как все живое, не есть однородная груда или куча отдельных частей, но есть сложное целое, части которого суть его члены или органы, исполняющие определенную функцию в целом. Но такая система не может существовать и действовать иначе, как через посредство иерархического начала властвования и подчинения. Иерархическая структура общества вытекает из его единства. Для того чтобы множество могло быть живым целым, структура общества должна носить характер подчиненности множества единству, то есть единство должно выступать как иерархическая высшая властвующая инстанция. Потому общество, как живое единство, приобретает характер иерархический, становится лестницей ступеней или, точнее, пирамидой с широким основанием и узкой вершиной.

Всякое общество есть власть меньшинства. Против этого рокового социального соотношения бессильны все программные лозунги равенства, все перевороты, совершенные во имя принципа равенства. Всякая революция, всякое восстание против ''деспотизма власти" ведет к тому, что народ подпадает в подчинение новому вождю и помимо своей воли утверждает гораздо более деспотическое и неограниченное единовластие, чем то, которое он свергнул.