Никто и никогда - Климова Элора - Страница 76

— А вы не можете превратить в ларомонтови мартеров всю нашу армию? — спросил Денис. — Среди врагов возникла бы путаница, кто свой, а кто чужой.

— Среди кейлорцев тоже, — усмехнулась волшебница. — Нет. Увы. Это слишком сложно. Над одним человеком я еще могу поработать. На него у меня хватит сил. Но никак не на целую армию.

— А на отряд? — с улыбкой спросил Денис.

— Хватит, — уверенно ответила старушка. — Иллюзия будет качественной и магически неуловимой. Заметить подмену вражеские мартеры не смогут. Ну, если и смогут, то нескоро. Правда, заклинание продержится недолго.

— А как же тетя Люся? — удивился Денис. — Она оставалась атерианкой несколько суток.

— А! — отмахнулась Сималия. — Там немножко другое. Ещё один побочный эффект антителепатического зелья. Продлевает эффекты от заклинаний, наложенных до его принятия.

— Сколько оно продлится в нашем случае? — спросил Харитонов, что-то прикидывая в уме.

— Часов пять-шесть, — пожала плечами волшебница. — Ну, от силы семь.

— Нам хватит, — уверенно сказал Денис. — Превратите мой отряд в ларомонтов?

— Твой? — приподняла бровь Сималия. — Превращу. Хм… А ты не трусишь? Проникнуть в крепость и продержаться там будет очень трудно.

— Там Антония, — голубые глаза парня наполнились тоской и мрачной решимостью. — Я хочу добраться до неё первым. Я обещал ей когда-то, что сумею вытащить из любой беды, что смогу спасти даже из самой крепости Монкарта… Мы ведь просто шутили тогда, Серафима Ивановна… Я и подумать не мог, что шутка окажется правдой.

Ранним утром следующего дня Борис, Сильва Денион и Сималия взялись за черчение пентаграммы. Работа не из легких: чертеж должен был быть поистине огромен, чтобы на нем уместилась треть войска. А при этом ещё необходимо было соблюдать точность. Одна неверно проведенная линия, и кейлорскую армию занесет неизвестно куда. Или пентаграмма вообще не заработает.

Закончили чертеж часам к десяти. За лагерем раскинулся грандиозный, сияющий голубым и белым пятиугольник с пересекающим его кругом и витиеватыми ответвлениями и символами. Маги чертили не палками по снегу, а исключительно колдовским способом — энергией кристалла на вершине посоха по воздуху.

— Я и не думала, что справимся так быстро, — пробормотала Сильва, оглядывая пентаграмму.

— Надо бы проверить, работает ли эта штука, — почесав переносицу, сказал Борис. — Кто-то из нас, мастеров, должен переместиться, скажем, в Алирон и обратно. Чем быстрее найдем ошибки в чертеже, тем быстрее исправим.

— Я опробую, — сказала Сималия. — Только в Алирон слишком далеко. Не лучше ли телепортироваться в другой конец лагеря? Наглядность та же.

— И то правда, — кивнул Старший Маг.

Старушка вошла в центр сияющего пятиугольника и прочитала заклинание. И словно начала рассыпаться на тысячи мелких песчинок. От тела волшебницы отделялись крохотные, едва различимые глазом частички и, пролетев около полуметра к югу, исчезали бесследно.

— Так вот как это выглядит со стороны… — пробормотал Борис, когда тело Сималии окончательно растворилось в морозном воздухе. — Впечатляет.

Сильва, наблюдавшая вместе с ним за этой сценой, промолчала. Она была слишком потрясена и растеряна.

— Работает, ребятки! — послышался радостный крик Сималии с другого конца лагеря. — Еще как работает! Волшебница приблизилась к ним, довольно потирая руки. — Быстро мы с вами управились. Сказать по чести, я думала, много ошибок придется исправлять. А так можно хоть сегодня в полдень двинуться на Аностор.

— Нет, — покачал головой Борис. — Люди устали. Надо дать им передышку. К тому же у меня появились кое-какие планы относительно штурма. Дерлок предлагает выступить ночью. Как вы знаете, наша раса не слишком приспособлена для войны в темноте. Но если использовать магию, люди смогут видеть ночью получше мартеров.

— Сверхъестественное зрение? — спросила Сильва без энтузиазма. — Через двое суток половина войска умрет от истощения. Это побочное действие. Воины не смогут спать.

— А нейтрализация на что? — парировал Борис. — У нас достаточно магов и адептов первого ранга, чтобы расколдовать всех без исключения.

— Можно еще добавить сверхъестественный слух, — предложила Сималия. — Если заклятие наложат сильные маги, оно продержится больше трех суток.

— А потом у людей наступит полная глухота, — проворчала Сильва.

— Опять же, если вовремя не применить нейтрализацию, — возразил Борис. — Побочных эффектов бояться — магом не быть. Госпожа Сималия права. Мартеры слышат лучше кейлорцев. Мы должны выжать сегодня из магии всё возможное. И сделать из наших воинов сверхлюдей.

К обеду, мобилизовав всех перворанговых адептов и магов, Борис приступил к выполнению плана. На всю кейлорскую армию наложили заклятия, обеспечивающие неутомимость, сверхъестественное зрение и слух. Дерлок сказал, что, по его расчетам, штурм должен продлиться не больше двух-трех суток. За это время кейлорцы или возьмут крепость, или их полностью перебьют.

Ближе к вечеру завершились последние приготовления. Армия была проинструктирована и построена. Воины нетерпеливо переминались с ноги на ногу, ожидая приказа Старшего Мага и Главнокомандующего Дерлока ступить на пентаграмму. Все рвались в бой, подстегиваемые заклятием неутомимости, которое вызывало небывалый прилив сил и боевого азарта.

Проводником к крепости Монкарта стала Сималия. Она телепортировала часть войска в указанную Дерлоком точку в нескольких километрах от Аностора. Борис со своей частью отправился следом. Потом вернулась Сималия и забрала остальных. Последними переместились Древние и Квинн. Ожоги эшендорской ведьмы зажили всего за какие-то сутки, и теперь она снова могла воевать. Только еще не успевшие затянуться шрамы напоминали о том, в каком пекле она побывала вчера.

Нога Эскоры перестала болеть, но онемение не прошло, посему было решено на этот раз посадить на дракона не только Квинн. Место, куда переместилась кейлорская армия, мало чем отличалось от предыдущей стоянки лагеря. Такой же снег, только чуть более грязный, и низко нависающие тучи. И лишь вдалеке, на самом горизонте, виднелась черная точка — крепость Аностор.

Денису выделили в отряд лазутчиков двадцать человек: все — опытные воины-ветераны. Сималия вызвалась проникнуть в крепость вместе с ними.

— Я должна завершить начатое, — коротко пояснила она Борису.

Старший Маг кивнул, на миг поразившись мрачной решимости, прозвучавшей в ее голосе. Старушка словно в одночасье помолодела. Ему даже показалось, что перед ним не восьмидесятилетняя, смертельно уставшая от войны женщина, а молодая девушка-маг, которой только что доверили великую честь и которая готова безоглядно пожертвовать жизнью ради высокой цели.

— Удачи вам, ребята, — сказала Сималия, потрепав Бориса и Дерлока по плечу. — Сегодня все решится.

— И вам удачи, госпожа, — почтительно отозвались маг и воин.

Дерлок подошел к Денису и крепко прижал его к себе, так что у бедняги едва не затрещали кости.

— Береги себя, дружище, — печально сказал он. — Боюсь, тебе похуже нашего придется… Один Хаос знает, как не хочу тебя туда отпускать… Если бы не твоя девушка…

— Все будет хорошо, — ответил Денис с уверенностью, которой совсем не испытывал. — Не бойся, мы будем двигаться тише складских крыс.

Борис молча махнул рукой на прощание. Сималия принялась за сложные пассы. Облик воинов из отряда Харитонова начал медленно изменяться. Кожа постепенно зеленела, увеличивался рост, исчезали волосы, лица приобретали уродливые, неправильные черты. Через минуту перед Борисом и Дерлоком предстал отряд сине-зеленых, бородавчатых, длинноносых ларомонтов.

— Ну вы и уродцы, я вам скажу, — поморщился Хайт.

Воины, у которых уже прошел первый шок от превращения, дружно загоготали.

Денис вышел самым складным, но самым безобразным монстром. Себя Сималия превратила в высокого, статного мартера. На правой руке каждого новоиспеченного «разведчика Монкарта» появилась снежно-белая метка, невидимая для врага, зато хорошо заметная своим.