Счастья много не бывает - Ежова Г. В. - Страница 21

— Я сделаю это, Ребекка, о, я сделаю… — Он обнял ее и стал целовать, потихоньку опуская на кровать. А затем стал выполнять свое обещание.

Глава девятая

Близился рассвет, Митч лежал на боку и смотрел на спящую Ребекку. Она лежала к нему лицом, подложив под щеку руку, и казалась такой невинной… Ему захотелось разбудить ее и повторить все, что они делали ночью. Его тело содрогнулось, когда он вспомнил, как страстно отзывалась Ребекка на его прикосновения. Он слегка загордился от мысли, какое удовольствие доставил ей и в ответ получил страстные ласки.

Ребекка прошептала его имя, пошевелившись во сне, и Митч склонился к ней, коснувшись губ. Она не ответила. Значит, ее нелегко разбудить, подумал он, вспомнив ее потребность в утреннем кофе. Но он не отказался от своего желания и снова прильнул к соблазнительным губам.

Ребекка потянулась, когда опытные руки стали ласкать ее тело, заставив его затрепетать. Она хотела повторения. Борясь со сном, она заморгала, стараясь привыкнуть к полутьме.

— Ну, привет, — голос Митча был низким и хриплым.

Она застыла, когда в памяти вспыхнула ночь, проведенная вместе.

— Митч, что ты делаешь здесь? — спросила она тоже немного охрипшим голосом.

Он прикрыл глаза.

— Мне кажется, если ты спрашиваешь об этом, я не произвел впечатления. — Он вздохнул. — Придется еще раз показать. — Он потянулся к ней, и Ребекка отпрянула.

Присев на кровати, она прикрыла простыней обнаженную грудь.

— Я имею в виду… Я имею в виду, что ты должен был уйти — ведь дети…

— Грета и Колби все еще спят. — Он сел, отбросив одеяло, и Ребекка увидела, что он совершенно обнажен.

Она отвернулась. Почему она не подумала о том, что будет на следующее утро?

— Может быть, ты все-таки уйдешь?

Митч не шевелился.

— В чем дело, Бекки? Что переменилось со вчерашнего вечера?

— Все! — Она задрожала. — Я просто не хочу, чтобы впечатлительные дети задавали мне множество вопросов… — Она отвернулась.

Он долго молчал, затем она услышала, как он поднялся и стал надевать джинсы… Потом он подошел к кровати и подал ей халат.

— Оденься, мы поговорим.

Больше всего на свете она не хотела именно этого, но выбора у нее не было. Она накинула халат, завязала поясок и отошла в другой конец комнаты. Для того, чтобы сказать то, что она собиралась сказать, ей надо было находиться как можно дальше от него.

Он протянул к ней руку.

— Я сделал что-то не то?

Она покачала головой.

— О, нет… прошедшая ночь была прекрасной. — Каким невероятно нежным и ласковым был он с ней! — Но этого больше не должно повториться, Митч. Ведь я вернусь в Нью-Йорк, а вы с детьми будете жить своей прежней жизнью.

Она едва перевела дыхание, когда взглянула на этого красивого мужчину, его широкие плечи, волевой подбородок и узкую талию. Верхняя пуговица джинсов, плотно облегающих бедра, была расстегнута, и ее пронзило острое желание.

— Давай найдем приемлемый для обоих путь… — Он двинулся к ней. — Пойдем на компромисс… Так всегда делают пары, когда любят друг друга.

О, нет, не позволяй ему говорить о любви. Едва сдерживая слезы, она подняла голову.

— Пожалуйста, Митч, не создавай из этого проблему.

— О, милая, я хочу создать такие проблемы, чтобы тебе было трудно уехать от меня.

Она хотела, чтобы он ушел прежде, чем она разревется.

— Нет, я больше не могу тебя слушать, — сказала она, открывая дверь. — Тебе лучше уйти. Я не собираюсь спорить по этому поводу.

Он стоял, как пригвожденный к месту, затем, поникнув, пошел к выходу, и в это время зазвонил телефон.

Митч вышел в холл и взял трубку.

— Алло… Да, это ферма Такера. Да, она здесь. Один момент. — Он протянул трубку Ребекке. — Это твоя сестра.

— Рэчел? — сердце Ребекки забилось. Почему она звонит? Она взяла трубку. — Привет, Рэчел!

— Ребекка, я нашла тебя с помощью Стефани. Дедушке Уильяму плохо. Боюсь, он умирает. — Она слышала, как всхлипнула сестра. — Он хочет видеть тебя, Ребекка.

Ребекка вся сжалась. Она очень давно не видела своего деда, но это не означало, что она его не любила.

— Он умирает? — Ребекка старалась это осознать, а сестра между тем умоляла ее не упустить последнюю возможность повидаться с дедом. Ребекка слышала, как дрожал голос сестры, когда она говорила, что не может простить себя за то, что не была рядом с матерью, когда та умирала.

Ребекка едва могла говорить, не то что принять какое-то решение. И тогда она почувствовала руку на своем плече. Она повернулась и увидела Митча. Он взял у нее телефонную трубку.

— Рэчел, это Митч Такер. Ваша сестра скоро вылетит в Англию на самолете. — Он замолчал, послушал ответ, затем взглянул на Ребекку. — Да, ей нужно быть вместе со своей семьей. — Он повесил трубку, но лишь для того, чтобы сделать еще один звонок.

Ребекка вернулась в свою комнату в состоянии шока. Она закрыла дверь, но это не помогло ей загородиться от Митча. Как он посмел принимать за нее решение? Она понимала, что надо ехать в Англию, но как встретиться с группой незнакомых людей, которые называют себя ее семьей?

Ей нужна поддержка близкого человека. Достав из сумки телефон, она набрала номер Стефани. Услышав, что подруга собирается прилететь в Лондон, Стефани предложила ей остановиться у нее. Пообещав сообщить время прибытия самолета, Ребекка отключила телефон.

В дверь тихо постучали. Она открыла ее, на пороге стоял Митч.

— Ребекка, мне кажется, тебе не надо ехать одной, — сказал он. — Поедем вместе.

Собрав все свои силы, она покачала головой, принялась вытаскивать из ящиков вещи.

— Нет, я справлюсь, — сказала она коротко. — Это моя семья. И мои проблемы. — Но до сих пор она справлялась с ними единственным образом — всего лишь игнорируя их.

— Хорошо, но позволь мне по крайней мере проводить тебя до Нью-Йорка. Я уже договорился с пилотом в Кайонне. Он подаст самолет сюда.

Она не успела возразить — Митч оставил ее одну упаковывать вещи. Так даже лучше. И чем быстрее она уедет от Митча, тем скорее его забудет.

Через час багаж Ребекки лежал в «рейнджровере», она была готова к отъезду. Но хотелось ли ей этого? Она покидала Митча и детей. Медленно открыв дверь, она увидела, что они уже ждали ее снаружи.

— Как мне жаль вашего дедушку, Ребекка, — сказала Грета.

— И мне тоже, — добавил Колби.

— Спасибо. — Она обняла обоих, затем взглянула на Митча. — Мне надо идти.

— Самолет уже здесь.

Ребекка еле сдерживала слезы. Было очень трудно отказаться от Митча, а от этих двоих… Они прочно поселились в ее сердце.

— Я люблю тебя, Ребекка, — сказал Колби.

— Я люблю тебя тоже, — эхом повторила Грета. Ребекка была на грани отчаяния.

— Я люблю вас, милые мои, — сказала она, обнимая детей и сглатывая комок в горле.

Вмешался Митч.

— Дети, Ребекку ждет самолет.

Он посадил ее на переднее сиденье, сел за руль и завел автомобиль. Удивительно, но всю дорогу Митч не проронил ни слова, и ей оставалось в молчании смотреть на горы, которые она уже успела полюбить.

Наконец они подъехали к взлетной полосе.

— Это мой пилот, Джерри Дрисколл. Он отвезет тебя в Нью-Йорк. — Митч порылся в кармане и достал квитанцию. — Я заказал тебе билет из аэропорта Кеннеди на самолет «Британских авиалиний».

Она хотела сказать, что могла бы это сделать сама, но промолчала.

— Спасибо.

Он помог ей выйти, Уолл достал ее багаж. Теперь оставалось расстаться с Митчем и вновь обрести свободу.

— Спасибо за все. До свидания, Митч. — Она украдкой бросила на него взгляд. И это была ошибка.

Он подошел к ней.

— Если ты думаешь, что я позволю тебе уйти из моей жизни, то ошибаешься. Ты плохо знаешь меня.

— Митч, это бесполезный разговор, — сказала она. — Мы не подходим друг другу.

— После того, что мы оба испытали этой ночью, как ты можешь говорить такие слова?