Счастья много не бывает - Ежова Г. В. - Страница 17

— Я рад, что ты вернулась, — сказал Митч. Он не сводил с нее глаз. Ему так хотелось видеть ее все эти недели… и даже черный деловой костюм, надетый в качестве брони, и волосы, собранные узлом на затылке, не умаляли ее привлекательности. Он еле сдерживал себя, чтобы не выйти из-за стола и не целовать ее до тех пор, пока она не признает, что тоже скучала по нему.

Его замысел заманить ее в Вайоминг, может, был в какой-то степени коварным, но отчаянные времена порождают отчаянные меры. Он откинулся назад в своем кожаном кресле.

— Я хотел бы закончить с тобой этот проект, нам хорошо работалось.

Она сложила руки на груди.

— Ты вынудил меня приехать сюда. Более того — угрожал моей карьере в агентстве Пирса.

Митч старался сохранить спокойствие. Он не привык, чтобы кто-то оспаривал его решения.

— Во-первых, я никогда не угрожал твоей карьере. Я всего лишь не желал понапрасну тратить время на то, чтобы вводить в курс дела кого-то другого.

Может, он ошибался по поводу ее чувств к нему и к его детям? Он знал, что сильно рискует, но надежда не покидала его.

— Кто-нибудь из моих квалифицированных помощников исполнит твои поручения, касающиеся работы в Нью-Йорке.

Раздался автомобильный гудок, и Митч выглянул в окно. Увидев знакомый автобус, он снова повернулся к ней.

— Итак, я клиент, и я желаю, чтобы ты выполнила мой заказ.

Ребекка потянулась к папке.

— О'кей, давай начнем.

— Извини, но сейчас неподходящее время.

Рот ее сжался, выдавая волнение.

— А когда будет подходящее время? Я подготовила презентацию.

— Сегодня, немного позже. Нет, лучше завтра. Приехали дети кататься. — Он встал и направился к двери, но помедлил. — Если тебе интересно, можешь помочь.

Услышав эти слова, она смягчилась.

— Конечно, если я нужна тебе.

— О да, нужна, — сказал он. — Позже я скажу тебе… скажу тебе, как много значит для меня то, что ты вернулась обратно.

— Ты не дал мне выбора.

Даже переодевшись в джинсы и сапоги, Ребекка все еще злилась на самоуверенность Митча. Но когда она вышла во двор и увидела детей, ее гнев окончательно остыл.

Она снова была назначена сопровождающим Мэтью. На этот раз мальчик позволил взять его за руку, и они вместе направились к Магии.

— Я рада, что ты пришел покататься, Мэтью. Может быть, сегодня ты увидишь, как Магия выполнит несколько трюков.

— Магия, — пробормотал он.

— Да, сейчас ты поедешь на Магии, — сказала Ребекка, ловя его отсутствующий взгляд.

В Нью-Йорке она почитала некоторые материалы относительно этой болезни и узнала, что несколько событий, происходящих одновременно, могут вызвать у аутичных детей сильную эмоциональную перегрузку. В такие моменты ребенок уходит в себя, что указывает на испытываемый им гнев или фрустрацию.

А сейчас Мэтью, казалось, всецело сосредоточился на своей лошади. С помощью конюха Джимми Ребекка посадила пятилетнего мальчика в седло. Она взяла поводья и стала водить лошадь по кругу, когда во двор пришел Митч.

— Привет, Мэт, — он похлопал мальчика по ноге.

— Привет, Митч.

— Как ты справляешься? — обратился Митч к Ребекке.

Она пожала плечами.

— Я умею это делать, — ответила она. Зато с тобой я не могу справиться! — молчаливо воскликнула она. — Если у тебя есть другие дела, занимайся ими. У нас с Мэтью все будет в порядке. — Она потянула за повод и пошла вперед. Не позволяй этому мужчине овладеть собой.

Но он уже ею овладел.

Митч шел рядом с лошадью, глядя на нее. У Ребекки Валентайн было доброе сердце, когда дело касалось детей. Он видел, как сердечно она относилась и к его, и к этим детям. Ей здорово удавалось с ними ладить.

Но она по-прежнему не хотела иметь дело с ним.

Митч подозвал Джимми и взглянул на часы.

— Я даю вам еще двадцать минут, чтобы вы покатали Мэтью.

И прежде чем Ребекка успела что-то ответить, он зашагал прочь.

И это то, чего она хотела — чтобы этот мужчина оставил ее одну? Как только она закончит здесь работу, то вернется в Нью-Йорк. И жизнь вернется в нормальное русло.

Она на секунду закрыла глаза. Ничего в ее жизни не было нормальным. Ведь она из семьи Валентайн.

Отогнав горькие мысли, Ребекка улыбнулась Мэтью.

Она подвела лошадь к бочке, стоявшей посередине загона, и игра началась.

Через двадцать минут Джимми ссадил Мэтью с лошади, и Ребекка повела ребенка к автобусу.

— До свидания, Бекки, — сказал ребенок, не глядя на нее.

Каждый раз, когда ребенок заговаривал с ней, слезы наворачивались ей на глаза. Любое маленькое достижения казалось огромным.

Грета и Колби подошли к ней.

— Я так рад, что ты вернулась, Ребекка, — сказал Колби. — Я так скучал по тебе.

— Я тоже скучала. — Это было правдой. Она скучала по детям так, как даже вообразить себе не могла. И это одна из причин, почему она не хотела возвращаться в Вайоминг. Расстаться с ними во второй раз означало испытать новую боль.

Она взглянула в сторону загона и увидела, что к ним направляется Митч. Он шел ленивой походкой, не спеша, но широким шагом. Он был таким притягательным и своих джинсах и ковбойской рубашке, в черной ковбойской шляпе, низко надвинутой на лоб… И он улыбнулся ей. И она чуть не сошла с ума от этой улыбки.

— Эй, как вы все относитесь к тому, чтобы вечером отведать пиццы?

— Я не против, — сказала Грета.

Они все повернулись к Ребекке. Отказываться было неприлично.

— Конечно, звучит заманчиво.

— Отлично, — сказал он. — Идите, дети, приводите себя в порядок.

Ребята ушли, а Ребекка задержалась на минуту.

— Я думала, мы сосредоточимся на проекте.

— Да, конечно, но не в первый же день приезда. К тому же детям надоела моя стряпня.

— Хорошо, но завтра мне хотелось бы показать тебе художественное оформление рекламы.

Он кивнул.

— Конечно, у меня свободный день. — Он смотрел на нее долгое время. — Я скучал по тебе.

Ребекка почувствовала, как вспыхнуло ее лицо.

— Митч, пожалуйста… — умоляюще протянула она. — Я сказала тебе, что не стану работать над этим проектом, если у нас будут продолжаться личные отношения.

— Но наши отношения стали личными, как только мы встретились с тобой, Ребекка.

— Но это надо прекращать. Что подумают о нас Грета и Колби!

Ее слова, похоже, подействовали на него.

— Конечно, нам надо быть осторожнее, вот почему мы здесь… задержались. — Он обнял ее за шею и коснулся своими губами ее губ. И от этого прикосновения она вся затрепетала.

Ребекка перевернулась в кровати и взглянула на часы. Шел второй час ночи, но уснуть не удавалось. Она грезила о Митче. Чтобы избавиться от этих мыслей, она встала с кровати, накинула халат и пошла на кухню. Налив себе чаю, устроилась в семейной гостиной. Ей очень нравилась эта комната. Здесь всегда было уютно и солнечно.

Она села возле окна, вдыхая свежий ночной воздух, и неожиданно на нее нахлынули детские воспоминания. Жизнь на ферме с дедушкой и бабушкой была лучшим временем в ее жизни. В жизни ее и Рэчел. Они обе, казалось, были счастливы там. А затем… Была ли ее сестра счастлива в Англии? Ребекка мало знала о Рэчел. Их разделял океан.

Ребекка вздохнула и отхлебнула чаю. Она не увиливала от решения проблем, просто жизнь показала, что легче пустить все на самотек. Она вновь вспомнила о телефонном звонке Рэчел. Похоже, ее сестра хотела сказать ей гораздо больше.

А теперь, после того как она получила сегодня утром электронное письмо от Стефани, сообщающее о том, что дедушка Уильям совсем плох, она гадала, не это ли хотела сказать ей Рэчел.

— Ребекка, с тобой все в порядке?

Она обернулась и увидела в дверях Митча. На нем были черные брюки от тренировочного костюма и больше ничего. Его волосы были спутаны, и она догадалась, что он только что встал с кровати.

— Да. Я просто пью чай и наслаждаюсь спокойствием и тишиной.