Аргентинское солнце - Грэй Индия - Страница 3

— Кое-кто желает пообщаться с тобой, — ухмыльнулся Мэтт, ставя Тэмсин на ноги. Она опустила голову. Кровь бурлила в ней, словно кипяток, но вместе с тем ей стало легче. Он не узнал ее! Конечно, не узнал — тогда ее волосы были темнее и длиннее. И она вообще была моложе.

И ничего не значила для него.

Вот и хорошо. Просто замечательно! Если бы он вспомнил про ту ночь, это было бы ужасно унизительно. Некий врожденный инстинкт самосохранения говорил ей о том, что не надо смотреть в глаза мужчине, который, не дрогнув, разбил ее жизнь, а затем спокойно ушел.

О боже! Ее инстинкт самосохранения не учел того, какое ощущение вызовет у нее созерцание его мускулистых обнаженных бедер…

— Неужели? — спросил он спокойным ледяным тоном. — И что же хочет от меня леди Тэмсин Калторп?

Она вздрогнула и мгновенно вскинула голову. Он возвышался над ней, как гора, но глаза его были холодны и суровы, словно Северное море.

Тэмсин заставила себя взглянуть в его лицо. Значит, он помнил. И он имел наглость смотреть на нее так, будто именно она совершила что-то неподобающее! Сжав губы, она сдержала вопросы, вертевшиеся у нее на языке, которые задавала себе миллион раз с той самой ужасной ночи в Харкорт-Мейноре, и просто сказала:

— Футболка. Снимите ее, пожалуйста.

Смотреть в его лицо было пыткой. Как часто она видела его в своих снах за последние шесть лет! И сейчас, наяву, оно было таким же мужественно прекрасным. В кровоподтеках и синяках, он выглядел настоящим победителем-варваром.

— О, дорогая, — медленно протянул он. — Почему ты обращаешься ко мне на «вы»? Что это значит — пять лет? Ведь ничего не изменилось.

О боже! Его голос. Мелодичный испанский акцент, который он почти утратил, воспитываясь в Англии, сейчас стал более заметен. К несчастью.

Тэмсин сглотнула комок в горле.

— Шесть, — обронила она — и мгновенно прикусила язык. — В любом случае я не понимаю, о чем ты говоришь. Насколько я могу видеть, многое изменилось.

— Неужели? — Он медленно кивнул, протянул к ней свою загорелую сильную руку и поправил прядь золотисто-светлых волос, закрывшую ей глаз. — Да, конечно, шесть, но я не люблю попусту болтать. Меня интересуют серьезные вещи. — Чувство унижения и вины охватило Тэмсин, когда он скользнул взглядом по ее черному вечернему платью под тяжелым огромным пальто и запыленным туфелькам на высоких шпильках, которые явно говорили о том, что сегодня она не ночевала дома…

— Как бы то ни было, верните, пожалуйста, футболку.

Не говоря ни слова, Алессандро сделал к ней шаг. Тэмсин почти болезненно ощущала его широкую мускулистую грудь под плотно облегавшей футболкой, запах влажной травы и земли, исходивший от него, и его необузданную мужественность.

— Конечно, верну, — задумчиво произнес Алессандро. — Полагаю, твой отец меньше всего хотел бы снова видеть на мне английскую футболку. Ведь он приложил немало усилий для того, чтобы избавиться от меня шесть лет назад.

— Но ведь ты должен согласиться с тем, что цвета «Варваров» тебе больше подходят. Учитывая то, что ты и ведешь себя, как варвар.

Ленивая улыбка появилась на его сексуальных припухших губах. Безразлично пожав плечами, Алессандро повернулся и пошел от нее, и его широкие плечи словно заполнили все пространство туннеля. Здесь командовал он, и Алессандро прекрасно знал об этом.

— Подожди!

Внезапно ее охватил гнев, и она побежала за ним. Обогнав, встала перед дверью раздевалки, загородив ему вход.

— Футболку, Алессандро!

Она увидела угрожающий блеск в глубине его тигриных глаз, и на секунду ей показалось, что он сейчас оттолкнет ее. Но что-то остановило его. Если бы она плохо знала его, подумала бы, что это врожденное рыцарство. Но Тэмсин знала его лучше, чем кто-либо другой, и не сомневалась, что в этом прекрасно сложенном теле, в этой красивой голове античного бога не было ни грамма благородства.

Он остановился, подняв вверх обе руки, словно сдаваясь, но на лице его отразилось торжество.

— Давай! Ну, сними ее!

Тэмсин украдкой огляделась. В туннеле теперь было меньше народу, но все еще оставались официальные лица, телевизионщики и журналисты.

— Кто? Я? Я должна снимать с тебя футболку? Это смешно. Я не могу.

Алессандро слегка пожал плечами и опустил руки.

— Я думаю, мы оба знаем, что ты можешь, потому что ты делала это раньше. Но если ты не хочешь… — Он подошел к ней, и она машинально схватила его за руку.

Ей показалось, что она прикоснулась к оголенному электрическому проводу. Заряд электричества пронзил ее. Почему за шесть лет никто не вызывал у нее такой реакции?

Он прислонился спиной к двери.

— Если тебе это очень важно, тогда сними ее.

Он бросил ей вызов, поняла она, а Тэмсин Калторп всегда отвечала на вызов. Сделай это, с яростью сказала она себе. Ты теперь большая девочка, а не неуклюжий и доверчивый тинэйджер. Покажи ему, что он не имеет права унижать тебя…

Быстро, чтобы он не заметил ее дрожавших рук, она схватилась за край его футболки и дернула ее наверх. А он стоял, не шевелясь, и насмешливо смотрел в ее лицо.

— Ты наслаждаешься этим, да? — прошипела она.

— Когда тебя столь нежно раздевает красивая женщина? — протянул он с иронией. — Почему бы и нет?

Со злостью она подняла его руки вверх, приподнявшись на цыпочки и тяжело дыша, но в тот момент, когда ей уже почти удалось стянуть с него футболку, он вдруг резко толкнул спиной дверь. Она открылась, и Тэмсин, испуганно вскрикнув, упала ему на грудь.

В раздевалке «Варваров» раздался громкий смех, послышался свист. Тэмсин застыла в ужасе, представив себя со стороны — она по-прежнему сжимала край футболки, которая была задрана до половины груди Алессандро.

— И не надо говорить, что ты тоже не наслаждаешься этим, — проворковал он. Веселье в его голосе было неподдельным.

Отступив назад, Тэмсин вдруг почувствовала, что на нее снизошло зловещее спокойствие. Ее рот искривился в ленивой, слегка покровительственной улыбке, когда она двумя пальцами взялась за край футболки и потянула ее вниз, прикрыв выпуклый изгиб живота Алессандро.

— Прикройся, Алессандро! — язвительно произнесла она.

Раздевалка наполнилась одобрительными возгласами и свистом, когда Тэмсин повернулась на каблуках и, бросив последний уничижительный взгляд на Алессандро, удалилась прочь. Ее ликование и триумф длились недолго: как только за ней закрылась дверь, силы покинули ее и она, дрожа, прислонилась к стене.

Неожиданно футболка показалась ей наименьшей из ее проблем.

Игнорируя насмешливые шутки своих товарищей по команде, Алессандро стянул через голову футболку и небрежно бросил ее на скамейку. Взяв полотенце, он с мрачным видом отправился в душ. Благодаря этому близкому столкновению с Верховной Жрицей Соблазнения и Предательства, мысли его путались, в теле пульсировала кровь от переполнившего ее адреналина.

В душевой на лавочке сидел Дин Рэндолл — австралийский гигант с соломенными волосами.

— Добро пожаловать в спа-душевую, приятель! — проговорил он, стуча зубами. — На твоем месте я не снимал бы с себя ту футболку. Какая разница, видит Бог! Все лучше, чем ничего. Здесь такой холод!

Алессандро не дрогнул, когда встал под душ.

— Лучше замерзнуть, чем носить английскую футболку, — жестко сказал он, закрыв глаза. Струи ледяной воды вцепились в него, словно зубы дикого хищника. Секунду тело его содрогалось, как в агонии, но затем онемело и замерло. И погасло, наконец, настойчивое возбуждение, которое бурлило в нем с той секунды, когда Тэмсин попыталась снять с него дорогой трикотаж.

Рэндолл выдавил из себя улыбку.

— Не хочешь вернуться обратно?

— Нет. — Алессандро стиснул зубы — но не от холодной воды. — Красивая футболка не заставит меня снова играть за Англию.

Рэндолл кивнул.

— Болят старые шрамы?

— Все не так драматично, — сжато ответил Алессандро. — Это бизнес. Я — один из спонсоров аргентинской команды регби.