Особенности эльфийской психологии - Патрикова Татьяна "Небо В Глазах Ангела" - Страница 46

Оставив компьютер в покое, так как без хозяина все равно ничего путного там не нашел, да и толком не смог разобраться во всей этой системе папок и файлов (переводчик мне в этом не особо помог), я подошел к широкой кровати, на которой хозяин квартиры уже часа два как дрых без задних ног. В темноте я вижу не хуже, чем при свете, поэтому рассмотреть черты его лица не составило труда. Вот что в нем привлекательного? Эта странная стрижка, когда черные прямые волосы облепляют по кругу все лицо, такие же черные брови, густые и жесткие на ощупь. Я специально провел по одной пальцем. Андрей нахмурился, но не проснулся. Как только я убрал руку от его лица, черты его снова разгладились, а дыхание осталось все таким же ровным и спокойным. Умиротворяющим. Глядя на него, мне тоже захотелось спать.

В нашей общаге, что ни ночь, то очередное сражение темных со светлыми, поэтому спать удается лишь урывками. Это вам не преподавательская башня, где я раньше жил. Но по прошествии стольких лет снова поселившись в общаге, я опять научился спать урывками, так что бодрствовать сутки было не такой уж большой проблемой. Но с другой стороны, раз Андрей не выставил меня за дверь, хотя мог бы, почему я должен отказывать себе во сне? Другой вопрос, где устроиться.

Можно, конечно, уйти в какую-нибудь комнату. Тут у него их три и все крохотные, как чуланчики. Но, честно скажу, когда я только подобрал ключ и проник в его квартиру, мне сразу стало неуютно. Тут все такое маленькое, свободного пространства почти нет. В каждом углу что-то стоит. По периметру все стены тоже заставлены мебелью. Неуютно. Вряд ли у меня бы получилось уснуть в какой-то из пустующих комнат в одиночестве. Поэтому я примерялся.

Андрей спал у самой стены, завернувшись в одеяло, словно в кокон. С одной стороны неудобно к нему лезть, вдруг еще подумает, что я так просветился этой его книжкой, что сразу приставать полез. С другой, я ведь понимал, что с ним мне будет уютнее и… спокойнее. Я в последнее время, даже если в общаге тихо, очень трудно засыпаю. Меня одолевают сомнения и страхи. Защита не за горами, и мне страшно, что этот мой жест с перевоплощением не возымеет того эффекта, на который я рассчитываю. И, когда они узнают, что я вовсе не эльф, как все обо мне думают, а мерцающий, вдруг даже мои заслуги перед университетом меня не спасут?

Я разделся и, вытянув из-под Андрея край одеяла, забрался к нему под бок. Кровать у него была жесткой. У нас даже в студенческом общежитии кровати куда удобнее. Зато рядом громко сопел Андрей, а звук его дыхания успокаивал. Честно, я и не думал, что спать с кем-то таким далеким, как он, таким почти чужим, может быть так… уютно. Я даже попытался к нему прижаться. Но вовремя одернул себя. Отполз обратно к краю. Но Андрей неожиданно повернулся во сне, подкатился ко мне и обхватил рукой поперек живота. Я замер. Мне показалось, что он проснулся. Если так, то мне следовало его ударить, оттолкнуть, показать ему, что я не такой, как тот парень, которого он при мне беззастенчиво тискал прямо у входной двери. Но он спал, все так же сонно дыша мне в плечо. А я, повернув голову, смотрел на него, и глаза у меня слипались.

Андрея сказал, что вовсе и не думал считать меня предателем. Что это я не так понял его шутку. Шутка была глупой, мне не понравилось. Но, если все так, как он говорит, чего я тогда так злюсь-то? Как-то не по статусу оно мне. И все-таки я не могу спокойно реагировать на этого парня. Наверное, во мне говорит дух соперничества. Я столько положил, чтобы, наконец, примирить руководство университета с ранее не допускающимися к обучению расами, такими, как моя, например. Но пока нельзя было сказать, что я добился таких уж выдающихся успехов. А вот Андрей добился. Ему поставили цель – объединить наш класс, добиться, чтобы больше не было драк и ссор, и он теперь прет к ней, как бронедирижабль, сметая все на своем пути. Мне бы тоже хотелось научиться так работать. Может быть, потом как-нибудь…

Андрей

Проснулся я рано. Обычно шесть утра – это для меня недостижимый идеал, особенно, если учесть, что лег я вчера, дай бог, во втором часу ночи. Но, самое забавное, что, открыв глаза и уставившись в потолок, почувствовал себя полностью отдохнувшим и выспавшимся. Да, бывает. Повернул голову и обнаружил, что, обхватив мое предплечье узкой ладонью и вжавшись в плечо носом, на моей подушке дрыхнет Ир. Прелестно, просто прелестно. Похоже, парень начитался обо всем и сразу и решил, не отходя от кассы, эксперименты проводить? Или я что-то не понимаю в этой жизни? Могу и не понимать. Он же эльф, а у них, если по тому же Барсику судить, мозги как-то не так заточены. Но как бы я себя не уговаривал быть взрослым и сознательным, отказать себе в том, чтобы подшутить над этим черноволосым задавакой, я не смог. Поэтому, плюнув на все условности и напомнив себе, что этот парень вовсе не мой студент, а только прикидывается оным, я высвободил руку, повернулся на бок и, нависнув на Иром, который от моих телодвижений лишь вяло заворчал во сне, чмокнул его в нос.

Хотел в губы, но передумал. Решил не обострять. И хорошо, потому что в тот же момент глаза парня широко распахнулись и на моей шее сомкнулись те самые тонкие пальцы, которые показались мне такими хрупкими, но оказались сильными и жесткими. Если во мне еще и присутствовала утренняя нега, то вся разом сошла на нет.

– Мне кажется, я тебя предупреждал? – зашипел мне в лицо этот незнакомец, которого я, лишь по своей глупости, попытался отождествлять с Ирой, зазнайкой, умницей, но хорошей, светлой девочкой.

У меня в груди все похолодело. Ир разжал пальцы. Я медленно, стараясь не делать резких движений, лег обратно, устроив голову на подушке. Парень на меня не смотрел. Лежал на спине и пялился в потолок. Вид у него был расстроенный. И вообще, что-то в нем было нервное, надломленное. Именно таким при первом близком знакомстве показался мне Машка, еще до того, как он стал зубки в сторону Алого показывать. Что же с этим парнем может быть не так?

– Ир, – позвал я и, подумав, все же положил руку поперек живота парня. Он напрягся. – это была попытка пошутить.

– Шутки у тебя дурацкие! – рыкнул в мою сторону Ир.

Я вздохнул. Повинился.

– Я уже понял. Ты из-за шутки вчера на меня взъелся?

– Я не предатель, – бросил он и снял с себя мою руку. Повернулся на бок. Теперь мы с ним оба смотрели друг на друга. Помедлив, я положил руку обратно, на этот раз на его бок. Иру это не понравилось, но я успел объяснить.

– Тебе ведь так спокойнее, я ведь вижу.

– Меня бесит, что ты все видишь, все понимаешь, и все тебе удается!

– Не завидуй, – наконец, осознав, в чем может крыться причина такой его колючести, фыркнул я. – Ты что, за этим к колокольчикам в класс затесался? Чтобы приручить строптивых?

Парень посерьезнел.

– А если скажу, что не за этим, будешь дальше спрашивать?

– Ты ведь слышал, что я про Гарри и Фа сказал? – мне тоже совсем расхотелось шутить и разводить нежности по отношению к нему, хоть в первый момент мной двигало простое и понятное желание утешить. Но было непохоже, что этот парень нуждается в моем утешении, – Если ты сам не захочешь рассказать, я не стану настаивать, – а, помедлив, еще и добавляю, – И не пойду тебя закладывать, – Говорю это и пытаюсь убрать руку с его бока. Он перехватывает её и возвращает.

– Мне… – запинается. Я чувствую, что он смущен, но не вижу на его лице ни малейших признаков этого. Словно маска. Неужели, он и сейчас совсем не такой, каков на самом деле? Кто он вообще? Я запутался. Думаю об этом, а Ир говорит, – так, действительно, спокойнее, – и закрывает глаза.

'Было бы еще спокойнее, если бы я обнял тебя, эльфеныш', – проносится у меня в голове. Но я себя жестко одергиваю. Было бы, никто не спорит. Но такие вот обнимашки с парнем из другого мира, который не только красив, как юный бог, но еще и интригующ, весьма опасное дело. Поэтому я всего лишь оставляю ладонь у него на боку, как он и просил, и жду, когда Ир снова откроет глаза. Можно не спешить выбираться из постели, еще так рано.