Ни слова о магах - Кликин Михаил Геннадьевич - Страница 53

Закованные в металл бойцы бежали, тесно прижимаясь друг к другу. Они уже не ощущали себя обычными людьми.

Они синхронно переставляли ноги, синхронно дышали, их сердца бились в едином ритме. Люди стали маленькими клеточками огромного, одетого в броню, вооруженного отточенными шипами существа. И существо это жаждало боя.

Глава 18

Среди заснеженных полей сошлись две армии.

Не приближаясь друг к другу, находясь на достаточном удалении, чтобы не опасаться стрел противника, они перестраивались в боевые порядки. Вперед выдвигались ударные силы: фаланги копейщиков, отряды могучих, вооруженных двуручными мечами воинов в цельнометаллических доспехах, в кирасах и закрытых шлемах. Лучники держались позади. Уязвимые места прикрывали более маневренные мечники в легких кольчугах — с небольшими кулачными щитами, с короткими, бритвенно-острыми клинками.

Легорн с товарищами стоял далеко позади своего войска — так было безопасней: когда начнется сражение, командование не должно попасть под стрелы противника. Отряд из пятнадцати лучших воинов защищал военачальника. Четверо гонцов ожидали распоряжений.

— Энрос! — Легорн, привстав на стременах, разглядывал перестраивающиеся войска.

— Да! — К военачальнику подбежал юноша, вытянулся.

— Скажи Ролнану, пусть отведет своих людей чуть назад. На десять шагов.

— Ролнан. Назад на десять шагов, — скороговоркой повторил гонец.

— Все верно, выполняй.

Энрос сорвался с места. Какое-то время он мчался по утоптанной тропе, потом свернул в поле. По взрытому снегу бежать было тяжело, но гонец лишь слегка замедлил движение. Через минуту он уже несся обратно, а сотня Ролнана, занявшая правый фланг, послушно пятилась назад.

— Лучники должны стать еще дальше, — сказал старый Зелд.

— Зачем? — спросил Легорн.

— У противника кавалерия. Две сотни или чуть меньше. Враг обязательно попытается обойти наши основные силы и ударить по слабозащищенным лучникам.

Легорн размышлял недолго.

— Кумас! Видишь тот перелесок? По сигналу Редитр должен занять позицию слева от него. Его левый фланг прикроет сотня Остава. Понял?

— Да. Редитр к перелеску по левую сторону. Остав прикрывает левый фланг.

— Выполняй! Гонец убежал.

— Все верно? — спросил Легорн у своего опытного советника.

— Да, — сказал Зелд. — Это правильное решение. Лесок защитит их от атаки справа, левый фланг ты прикрыл мечниками. Если их атакует кавалерия, они отступят в лес. Там снег глубже, и кони будут вязнуть. Кроме того, среди деревьев всадникам поневоле придется разбить строй…

— Уйти в лес? — повторил Легорн. — Я не подумал об этом… Тибор!

— Да!

— Догони Кумаса. Передай Редитру и Оставу, что, если на них нападут превосходящие силы кавалерии, пусть они немедленно уходят в лес и уничтожают врага там.

— Понял.

— Выполняй!…

Стас внимательно слушал распоряжения Легорна и посматривал в сторону войска. Он сидел на гитарном футляре, положив его на снег. Рудгер устроился рядом и отрешенно о чем-то размышлял, иногда наклоняясь и рисуя пальцем на снегу какие-то примитивные схемы. Джош и Хурхас стояли неподалеку и одинаково тянули шеи, пытаясь высмотреть, что творится в стане врага. Но ничего нельзя было разобрать. Обзор закрывала армия Легорна, и только сам Легорн, привстав на стременах, видел, как перемещаются вражеские войска. Впрочем, солнце еще не взошло, в предрассветном сумраке невозможно было разобрать, что именно происходит там, у противника.

“Что я — то здесь делаю? — подумал Стас. — Я — человек космической эры, эпохи компьютеров и атомной энергии…” Он ясно представил, как сойдутся две армии, как затрещат, ломаясь, копья, как с лязганьем будут сшибаться мечи, а в воздухе повиснут стрелы. На холодный снег хлынула горячая кровь… Мог ли он подумать, что увидит нечто подобное? Нет, конечно…

— Хурхас! — позвал Стас.

— Что? — Маг повернулся. Лицо его было так искажено, что Стас испугался. Казалось, что вздувшиеся на висках и лбу вены готовы лопнуть.

— А если мы проиграем?

— Не думай об этом, — выдавил из себя Хурхас.

Маг был неимоверно напряжен. Видимо, он тоже готовится к битве, решил Стас. И ему сделалось чуть спокойней. Он верил, что Хурхас в одиночку способен изменить ход сражения. Каким бы ни было численное превосходство врага.

Стас не подозревал, что Хурхас уже давным-давно вступил в безжалостную схватку…

— Сотня револьверов все бы решила, — негромко, словно бы про себя, заметил Джош, присаживаясь на снег рядом с Рудгером. Ученый глянул на своего телохранителя. Сказал:

— Может быть.

— Это варварство — рубить друг друга мечами и утыкивать стрелами.

— Они так не считают.

— Они… А что мы здесь делаем?

— Ждем, — сказал Рудгер, и стрелок хмыкнул.

— Ждем… — негромко повторил Стас. Небо на востоке алело.

— У меня все готово. — Легорн соскочил с седла, подошел к Хурхасу. — Можно начинать.

— Тогда вперед, — тихо сказал маг, и Стаса неприятно поразили эти простые слова, такие спокойные, обыденные, отправившие на встречу со смертью сотни людей. Подсознательно он ждал чего-то большего.

— Рог! — Легорн забрался в седло, протянул руку. Старый Зелд вложил ему в ладонь медный изогнутый рог. Легорн глубоко вдохнул, приложился губами к костяному мундштуку, и долгий, протяжный звук, похожий на тоскливый волчий вой, поплыл над равниной. Спустя мгновение послышались приглушенные расстоянием окрики сотников. Четыреста лучников под прикрытием сотни Остава побежали на указанную позицию возле перелеска, ухитряясь ровно держать строй. Тяжело сдвинулись ратники: три сотни копейщиков дружно опустили пики, мечники на флангах сняли с плеч двуручные мечи, выставили двухметровые клинки перед собой. Шаг за шагом набирала скорость организованная людская масса. Снег мешал двигаться, но все же здесь, на ровном открытом месте его было не так много, как в лесу или в лощинах. Всего-то по колено, не больше. Случалось, кто-то из воинов спотыкался, но не падал — некуда было, со всех сторон его крепко сжимали товарищи. Казалось, подними ноги — и тебя просто понесут — так плотно были сомкнуты ряды бойцов.

На востоке медленно выплыл край солнца.

— Восход, — объявил Легорн.

На стороне противника прозвучали отрывистые сигналы рога.

— Идут, — мрачно сказал Легорн. И Стас поднялся, встал на прочный гитарный футляр, вытянул шею.

Две армии неотвратимо сближались. Восходящее солнце расцветило доспехи кровавыми оттенками. Поблескивали клинки и наконечники копий. Искрящийся пар, вырываясь из глоток людей, поднимался к чистому небу, плыл вверх призрачными полотнищами, таял — словно души бойцов уже покидали тела.

Сходились два ощетинившихся пиками строя. Никто не кричал, не отдавал команды. Только сотники Легорна синхронно ухали, задавая ритм шагу. Только размеренно взрыкивал рог Гелида. Только с хрустом ломался наст под ногами и дружно лязгали сочленения доспехов.

Две волны катились навстречу друг другу.

Стас не мог оторваться от этого зрелища. Казалось бы, всего-то три с небольшим тысячи человек на поле боя все войско по фронту не больше семидесяти метров. Это не Канны, не Ледовое побоище, не Бородино.

И все же…

Все же…

Лучники Редитра добежали до перелеска — единственного укрытия в окрестных полях. В одно мгновение развернулись, нацелили стрелы в сторону врага. Черные быстрые росчерки мелькнули в светлеющей синеве неба, на короткий миг словно бы зависли в вышине и смертоносным дождем осыпались на головы противника. Раздалось несколько приглушенных криков — стрелы нашли цель.

— Не туда метят! — Легорн досадливо стукнул себя кулаком по бедру. — Не туда! Энрос!

— Да!

— Беги к лучникам, скажи: пусть бьют вглубь строя. Давай!

Юноша-гонец, торопливо кивнув, умчался.

Тем временем лучники дали еще один залп. Еще десяток тел опрокинулись в снег.

— Что там? — спросил Зелд. Ему было плохо видно происходящее, впрочем как и всем остальным. Только Легорн, сидя в седле, видел все.