Идеальный враг - Кликин Михаил Геннадьевич - Страница 110

Капрал Флэтчер никогда и ни в чем не проявлял особого любопытства – такова была его натура. Возможно, именно поэтому он и держался на этом месте так долго, в отличии от многих других, более любознательных сослуживцев…

Двадцать девятого октября, ровно в восемь утра, согласно графику дежурств, капрал Флэтчер заступил на свой пост. В одной смене с ним оказались сержант Уитмен и лейтенант Болдинг – не самая лучшая компания, если честно.

В восемь тридцать появился первый человек. Капрал, как положено, проверил пропуск, только после этого допустил посетителя к идентификационной системе, которая по отпечатку ладони, рисунку сетчатки и голосу определяла, имеет ли данный человек войти на строго охраняемую территорию.

Конечно же, капрал знал этого человека в лицо. Он каждый день ровно в восемь тридцать проходил через четвертое КПП, почему-то выбирая его, а не главный вход, через который, в основном, и шли работающие в загадочной ICOAAFC люди.

И все же капрал каждый день самым тщательным образом проверял пропуск, сверяя голографическую фотографию с лицом знакомого незнакомца. Капрал никогда не нарушал инструкций. Именно благодаря этому он и получил однажды свой Знак Свободы…

В восемь часов сорок минут на пульт КПП поступила команда пропустить грузовик с номером 872-Mars и временным пропуском 325639, выписанным на фамилию Раушенберг.

Грузовик прибыл через четыре минуты. Пока Флэтчер проверял документы, сержант Уитмен обыскал кузов и осмотрел днище автомобиля.

Без пяти девять возле КПП остановилась компания агентов. Они, как обычно, были в дымчатых очках и серых костюмах с круглой белой нашивкой на рукаве. О чем-то переговорив, посмеявшись, докурив сигареты, они вошли в прозрачную кабину КПП. Капрал – он в смене был самый младший, и значит большую часть работы приходилось делать ему – проверил их пропуска.

После девяти, как обычно, установилось затишье – начался рабочий день.

Спросив разрешения у лейтенанта, оставив отметку в журнале и доложившись на центральный пост, капрал вышел на улицу покурить.

Тускло светило солнце. Было ветрено. Мелкий песок, словно поземка, струился над землей. Неровный шар перекати-поля прыгал, будто какое-то неземное животное.

«Прямо как на Марсе», – подумал капрал, глядя в пустыню и заражаясь ее осенним настроением.

Как раз вчера он смотрел передачу про Марс. Там опять рассказывали об операции «Ангелы справедливости». Опять показывали знакомые кадры. Выступающие аналитики говорили о том, что гибель солдат-героев все же не была напрасной. Получено много новой информации. Теперь идет ее анализ. Рано или поздно люди победят в этой войне… А потом в новостях сообщили, что корабль, доставивший на Марс десантников, и теперь возвращающийся домой, приближается к Земле. Связь с ним внезапно прервалась, но тревожиться нет повода. Обычные неполадки…

«А если экстерры захватили корабль, когда он для ремонта опускался на Марс?» – подумал капрал. Позавчера за обедом он читал какой-то комикс и там как раз говорилось о чем-то подобном.

«…Захватили корабль, и теперь летят на Землю…»

Делать какие-то умозаключения было непросто, но интересно.

«…везут с собой страшное оружие. Может быть, уже целятся в нашу планету, прямо сюда…»

Капрал Флэтчер поднял голову. И решил, что воображение разыгралось не на шутку – в небе он увидел тень. Она увеличивалась в размерах и быстро двигалась. За ней тянулась яркая полоса инверсионного следа.

«Галлюцинация, – подумал капрал, ощущая легкое головокружение и тошноту. – Давно пора перейти на более легкие сигареты».

Он опустил голову, закрыл глаза, пережидая недомогание.

И тут в уши его ворвался жуткий рев. Капрал дернулся, выронив сигарету изо рта, снова глянул в небо. И ужаснулся.

Это была не галлюцинация.

Огромный корабль, словно брызжущий пламенем метеор, словно сказочный огнедышащий дракон, падал прямо на него.

Капрал завопил и бросился назад, в будку КПП. Сержант и лейтенант, напротив, выскочили на улицу. И замерли, пораженные зрелищем.

Черная крылатая махина, рычащая, грохочущая, заслонив едва ли не половину неба, перемахнула через двойной трехметровый забор, снесла пару громоотводов, спалила смотровую вышку, уничтожила автомобильную стоянку, расшвыряв, раздавив несколько десятков легковых автомобилей, вырвала бетонные столбы ограждения и врезалась в трехэтажное кирпичное здание, почти целиком его обрушив.

Земля застонала. С грохотом лопались пылающие автомобили. Вспухали грибы черного дыма. Во все стороны растекалось пламя. Клубящееся облако пыли раскинуло щупальца, собираясь поглотить все.

Капрал Флэтчер, потеряв дар речи, несколько секунд взирал на этот ад. Потом он распахнул пасть, захлебнул горелую вонь, чад, смог, и ткнув пальцем в бушующий эпицентр, проорал, словно истеричный обвинитель на суде:

– Он без пропуска!..

2

Время спрессовалось.

Каждый миг был полон событий. Каждое мгновение требовало действий.

Расстегнуть ремни, соскочить с кресел, подхватить оружие, помочь товарищам – и к выходу.

Взять камеру, приготовить ее к съемке, стараясь не обращать внимания на окрики и тычки прикладом, вскинуть на плечо, не зная еще, что снимать, зачем, когда, для кого – и вперед!

Открыть люки, двери и шлюзы. Освободить киберов. Выбросить экстерров.

Перевести двигатели на холостой ход. Заблокировать горячий реактор. Перекачать топливо из резервных емкостей.

Включить мониторы, настроить связь, проверить работу оборудования…

У каждого было дело.

Лишнего времени не было ни у кого.

3

Семнадцать человек вырвались из трюма «Ковчега». Тринадцать бойцов-штрафников, громогласный сержант – их предводитель, невысокий неприметный программист – их проводник. И в самом центре группы – два растерянных человека, мужчина и женщина, репортеры. Все в одинаковых оранжевых скафандрах, на груди и животе каждого – белый круг и жирный красный крест.

Среди пылающих завалов, в дыму и пыли возле корабля уже скользили быстрые силуэты – оказавшиеся на свободе экстерры осматривались, искали пищу. Несколько неуверенно вышагивали во мгле могучие киберы, постепенно расходились в стороны, искали более выгодные позиции. Издалека хлестали огонь водяные струи. Хлопьями сыпалась серая пена. Пожарные роботы пытались справиться с распространяющимся пламенем. И, встретившись с киберами, гибли, несмотря на то, что на их алых корпусах светился белоснежный круг.

Где-то выла сирена. В небе свистели винты геликоптеров. Чей-то неразборчивый голос говорил что-то через мегафон.

Оцепления не было. Десяток охранников сгрудились далеко в стороне, не зная, что предпринять, не понимая, что происходит, дожидаясь четких распоряжений от начальства. Они еще не видели экстерров, и киберы до них не дошли…

Семнадцать человек преодолели дым и пламя. Вдохнули земной воздух.

– Куда? – обернулся к Майку сержант Хэллер.

– К серому зданию! – Майк махнул рукой в сторону многоэтажного строения, которое, казалось, было сложено из монолитных блоков агатового стекла, скрепленных полосами нержавеющей стали.

– Ясно, – сержант повернулся к бойцам, снял шлем, прокричал. – Двигаемся двумя группами, справа и слева, дистанция восемь шагов! Телевизионщиков держать на прицеле!..

Два кибера вынырнули из дыма, переполошив охранников. Заговорили скорострельные пушки, зарокотали крупнокалиберные пулеметы – киберы увидели цель. Группа экстерров, перепрыгнув через ручей горящего топлива, бросилась к разбегающимся людям.

Но охранные службы, похоже, приходили в себя. С востока катились легкие броневики «Косуля», за ними, рассыпаясь в цепь, бежали солдаты. Они укрывались за щитами, на которых – словно гербы – красовались ровные белые круги. Солдат было немного, человек двадцать пять. Слишком мало, чтобы справиться с перепрограммированными киберами и ордой голодных экстерров.