Вампиры в Москве - Клерон Кирилл - Страница 11

Отгородив жилую часть от нежилой, пришла пора заняться обустройством спальни.

спальня для господ вампиров

Будь вы вампиром, какое бы место выбрали для своей спальни? В городской квартире, наверное, антресоли, а в феодальном замке? Думаю, большой и прохладный склеп. Этот естественный выбор сделал и Дракула. Но прежде чем воспользоваться старым склепом, его требовалось освободить, очистить от всякого хлама. Ведь чем, если не хпамом, считать три десятка каменных и деревянных гробов с останками предыдущих владельцев и их ближайших родственников?

(— Ну и мрут же эти люди, как мухи — ехидно думал граф, отрывая бронзовые таблички с датами жизни и смерти предков и родственников незадачливого воеводы, прибитые над соответствующими нишами)

Не желая раньше времени провоцировать ненужные пересуды среди местных жителей, под покровом ночи гробы с их истлевшим содержимым затопили у заболоченного берега озера. Несколько последних человеческих пристанищ оказались пустыми. Похоже, их держали про запас на случай очередных фатальных неожиданностей, постоянно подстерегающих род людской. Вполне новенькие, их так же пришлось уничтожить, как не устраивающие нового владельца ни комфортом, ни безопасностью.

Из Германии, из Восточной Силезии, издавна славящейся своими умельцами-кузнецами, привезли пять просторных и тяжелых кованых гроба. Для графа, его жены и трех его детей, когда они вырастут и почувствуют в себе это. Помимо кузнецов, изрядно над заказом потрудились и механики. Они разработали весьма хитрый механизм, позволявший закрывать и открывать массивные крышки гробов изнутри, а также разнообразные страховочные запоры от непрощенных гостей. Изготовление столь необычного заказа и его доставка к месту назначения заняли несколько месяцев. Теперь и не вспомнить, сколько тяговых лошадей сдохло в дороге от непомерной нагрузки, не вспомнить и во сколько обошлась эта обновка. В любом случае, Дракула считал деньги потраченными не напрасно. Будучи весьма и весьма аскетичным, к процессу сна он относился с особым трепетом.

столовая для господ вампиров

Вскоре после возвращения Влада из Карпатских лесов, в Келеде уже не было кухни для господ, не было маленького забитого поваренка, живущего в тесной каморке, не было и толстого главного повара, ворующего хозяйскую крупу и продающего «излишки» на деревенском рынке. Не было и слегка слащавого лакея-официанта, наряжающегося в белую накрахмаленную рубашку и черный бархатный жилет, подобострастно «танцующего» вокруг стола, расставляя новые блюда и унося опустошенные тарелки и подносы. Все это, вместе с шумными пиршествами и приемами, осталось в прошлом.

Но, тем не менее, столовая в замке была. Точнее говоря, так называемая «столовая» — достаточно большое и высокое подвальное помещение с каменными стенами в непосредственной близости от склепа-спальни. Посреди него стояло несколько железных столбов, упирающихся в потолок, с прикрепленными цепями — вот и все, и никаких столов или стульев.

Одурманенные легкими наркотиками, слабые от постоянной потери крови, на этих цепях, как собаки на привязи, постоянно сидело несколько пленников, преимущественно девушек. Их поставлял к столу некто Джелу, умело заманивающий. в свою карету и городских прожженных проституток, и деревенских простушек, связывающий их и отвозивший в замок. Когда у пищи выпивали всю кровь, на что уходило несколько дней, обескровленные тела переносились на внутренний двор, где за дело принимались два грифа, постоянно живущие в гнезде на одной из древних лиственниц. Вечно голодные, они оставляли после своего пиршества лишь начисто обглоданные кости, которые и сжигались бывшим дворецким Эмилем в большой дровяной печи.

КРОВАВЫЙ КАМЕНЬ

История кровавого камня противоречива, запутанна и практически лишена достоверности. Легенда утверждает, что Владу он достался чуть ли не от самого Сатаны в знак признательности за кровавые труды воеводы на бренной земле. Именно там, в чащобах Трансильвании и произошла знаменательная встреча с Верховным Злодеем, после которой граф так изменился и вернулся домой уже другим человеком. Или не человеком вовсе.

По другой легенде, камень являлся сгустком человеческой крови, никогда не перестававшей литься на алтарях в честь древних и кровожадных богов. Именно один из таких алтарей, находящийся в заброшенном святилище, увидел Влад в пророческом сне. Вещий сон обещал бессмертие и удивительную магическую силу тому, кто отыщет этот алтарь в священном лесу Зутибур, где по-прежнему царствует Дзеванна — покровительница глубоких прозрачных озер. Ее тень, глядящая с верхушек ореховых деревьев на волшебные цветы ириса, примерно раз в столетие, в день, известный колдунам под названием валтакорен, вызывает к жизни давно забытых мстительных духов.

И духи просыпаются, злые и голодные, требующие крови. И Влад нашел алтарь в мрачном подземном гроте, дождался валтокорена и принес обильные жертвы. И духи не остались неблагодарными.

В наш просвещенный век можно сколь угодно скептически относиться к подобным историям, но необходимо признать, что кровавый камень действительно обладал совершенно необъяснимыми свойствами:

— его можно было растопить, как смолу, но застывая, он снова становился твердым, как алмаз

— если пытаться сфокусировать глаза на его центре и долго всматриваться в глубину, вместо беспорядочного сплетения прожилок начинал отчетливо проступать силуэт летучей мыши

Чем-то аналогично с древним жучком, попавшим в янтарь, но с какой стороны ни смотри на камень, силуэт всегда оказывался в анфас' И еще один оптический обман:

казался значительно больше размеров самого камня!

Летучая мышь стала символом нового вампирического рода, необычного хотя бы тем, что он не стал прятаться в тесные склепы и сырые могилы, что имел официальную власть над тысячами людей. Скоро в виде фамильного герба мышка красовалась на дверцах карет Дракулы, на флагах, развивающихся над башнями Келеда.

Однако, камень обладал еще третьей особенностью, которая и определила название кровавый. Смоченный человеческой кровью, он начинал светиться необычным бордовым светом. Именно от крови, как от сказочной живой воды, он начинал дышать и неровно пульсировать Особенно эффектно это выглядело в темноте, когда красноватые блики принимались ползти и переплетаться, как воздушные змеи, по стенам и потолку, образовывая странные и причудливые фигуры. Словно сотканные из какой-то призрачной и неуловимой ткани, из лунного света и пламени геенны, фигуры и блики периодически сливались, как сливаются реки в океан, и заново появлялись, как лучи из вечерней звезды.

Казалось, завихрения красного огня рождали демонов, сразу же начинавших свои сумасшедшие пляски. Это зрелище столь завораживало, что не отпускало взгляд. пока не высохнет кровь. Но и потом душа долго пребывала в смятении, ибо куда лучше глаз понимает, когда касается неведомого. Когда нечто по-настоящему удивительное касается ее потаенных струн, они начинают играть совершенно особенную музыку.

Этот удивительный камень, повинуясь какому-то неведомому порыву, одному из тех, которые называют знаком свыше, граф однажды повелел растопить и перелить в три сердца, каждое величиной с грецкий орех. И теперь силуэт летучей мыши присутствовал в каждом из них! Эти каменные сердца искусный столичный ювелир вставил в совершенно одинаковые стальные ладони. Ладонь грубо держала сердце, крепко «впиваясь» в него звериными ногтями и одновременно сжимая, словно желая выдавить все соки. Всю кровь, всю, до последней капли.

И однажды граф собрал своих повзрослевших детей и торжественно произнес:

— Вот и пришла пора передать вам эти амулеты, как знак нашего рода. Храните их и не снимайте никогда!

Собственноручно надев Ладони, висящие на массивных золотых цепях, Йону, Раду и Мириам, граф покорно сказал в пустоту ночи, словно отчитываясь перед кем-то неведомым.

— Долог путь, но мы идем…