Сказки и мифы народов Чукотки и Камчатки - Автор неизвестен - Страница 105

— Сколько же у вас запасов осталось? Вижу, совсем немного осталось. Как только половину запаса в балагане съем я, придется мне тебя с матерью съесть.

Пошел Мынкусын в тундру. Пришел и начал плакать. Куйкынняку услышал, догнал его.

— Здравствуй, Мынкус! Что с тобой?

— Ох, очень худо? Медведь сказал, как запасы прикончит, меня с матерью съест.

— Ничего, Мынкус, не плачь! Завтра я к вам с копьем приду. Да еще наточу его хорошенько.

На другой день пришел Куйкынняку. Медведь спит, наевшись.

Встретил его Мынкусын.

— Здравствуй, Куйкынняку! Пришел ты.

— Э! Пришел!

Оглянулся Куйкынняку по сторонам.

— Что это там в углу кухлянка шевелится? Будто дышит кто-то под ней.

Мынкусын сказал:

— Там медвежьи шкуры кухлянкой прикрыты.

Потом опять сказал:

— Пойду-ка я на двор по нужде!

Мать сказала:

— И я, пожалуй, пойду.

Как только они вышли, всадил Куйкынняку копье в медведя и убил.

— Эх, давно мы не ели медвежатины!

Вернулись Мынкусын с матерью. Куйкынняку говорит:

— Ну вот, обеспечил я вас запасом пищи.

— Хорошо! Возьми и себе медвежатины.

Взвалил Куйкынняку на плечи медвежью ногу. Пошел домой. Пришел:

— Возьми, Мити, медвежью ногу.

130. Эмэмкут и Хаеэлгыт

Однажды Эмэмкут сказал:

— Куда это все товарищи ушли? Даже следов не видно.

Куйкынняку сказал:

— Хаеэлгыт сватать пошли.

Эмэмкут сказал:

— Пойду-ка и я тоже посватаюсь.

Сказал ему Куйкынняку:

— Куда тебе идти! Какой ты жених!

— Ничего, я просто так пойду.

Пошел. Пришел. Ого, сколько народу собралось! Сказали Эмэмкуту:

— Ну, вот и ты пришел. А мы уже домой собираемся. Пора.

Вошел Эмэмкут в жилье. Видит — там две семьи живут. С одной стороны женские торбаза висят, с другой стороны — мужские. Сел Эмэмкут с той стороны, где мужские торбаза висят.

Стали его угощать.

— Не буду я есть!

— Почему отказываешься?

Сказал:

— Не хочу!

Тут как раз невеста домой вернулась: в мужские штаны одета и тушами диких оленей нагружена. Промышлять ходила.

Вошла, сказала матери:

— Накормите меня!

Стали ее кормить. Тут и Эмэмкут стал есть. Невеста берет кусок, а он ее за руку хватает. Сказала Хаеэлгыт:

— Почему раньше гостя не накормили? Голодным оставили.

Вдруг ударил ее Эмэмкут ножом по руке.

Вскочила Хаеэлгыт, наружу выбежала. Немного погодя Эмэмкут за ней вышел. Что же — нет нигде Хаеэлгыт. Не может никак найти.

Потом сестра Куйкынняку сказала ему:

— Там есть входное бревно до самого неба.

Вернулась Хаеэлгыт, опять тушами диких оленей нагружена. Сказала:

— Вот, возьмите десять диких оленей!

Эмэмкут их всех мизинцем поднял. Вошел. Сказал Хаеэлгыт:

— Давай будем играть!

Стали все вместе в мяч играть возле жилья. Один Эмэмкут мяч гоняет. Никто не может у него мяч отнять.

Тогда сказал отец Хаеэлгыт:

— Хоть и отказывается она за тебя идти, бери ее в жены!

Взял ее в жены. Домой вернулись. Стали жить вместе.

131. Сын Эмэмкута

Жил Эмэмкут с женой. Было у них двое детей. Послали их рыбу удить. Одну камбалу поймали. Сварили. Эмэмкут сказал детям:

— Пойдите, ягод соберите.

Пошли. Скоро вернулись.

— Вот ведь, нет ягод. Ни одной ягоды нет.

Что делать, стали одну вареную рыбу есть. Наелись. Попрыгали, с боку на бок переваливаясь. Проголодались — утряслась еда в животе.

— Ой, голодно!

— Давайте откочуем отсюда!

Откочевали по первому снегу.

— Вон там красивая гора, там и остановимся.

Остановились. Стемнело. Спать легли, заснули.

Увидел Эмэмкут сон. Проснулся, жене сказал:

— Худо! Если здесь останемся, придет нынвит 195и съест нас.

Начали не мешкая оленей ловить. Рассветать стало. Поймали всех оленей. Вдруг стемнело.

— Ой, что это темнеет?

А это нынвит идет, по-волчьи воет:

— Эге! Съем вас!

— Скорее пойдем отсюда!

— Куда пойдем? Слышишь ведь, нынвит подходит, по-волчьи кричит, говорит: «Съем вас!»

Испугались все, заплакали. И побежали скорее от нынвита, а новорожденного мальчика оставили. Плачет мальчик, заливается.

Подошел к нему нынвит.

— Хэк! Вырастет у меня, пригодится в голодное время.

Вот вырос мальчик, а нынвит сильно изголодался. Сказал:

— Что ж, хороший мальчишка стал, большой и жирный. Съем-ка я его!

Начал есть. Чавкает.

А мальчик стал у нынвита в брюхе царапаться.

— Ой-ой! Убивают меня! О-хо-хо-хо!

Лопнуло брюхо. Вышел мальчик целехонек, а нынвит сдох.

132. Сестры Эмэмкута

Ныпайваелгын 196сказал:

— Испытаем своих сестер!

Эмэмкут сказал:

— Плохие мои сестры.

Ныпайваелгын отвечает:

— Ладно, ничего.

Пошли в тундру для испытания. А Ныпайваелгын в речку вошел.

Сказала Хайсянэру, сестра Эмэмкута:

— Пить хочется!

Ответили ей:

— Там в котле вода, попей!

— Не хочу я, пойду по воду.

Пошла по воду, пришла к речке, а в речке рыба голец плавает. Засучила рукав до плеча, стала воду черпать, а голец как засмеется!

Побежала девушка домой, прибежала, сказала старшему брату:

— Ну вот, мою голую руку видели!

Пошел Ныпайваелгын, стал всем рассказывать:

— Плохие сестры у Эмэмкута!

Тогда пошел Эмэмкут сестру Ныпайваелгына разыскивать. Создал кита и вошел в него. Отправился туда, где сестра Ныпайваелгына жила, и выбросился возле ее дома на берег.

Вышла из дома девушка, сказала:

— Пойду на морской берег. Может, море что выбросило.

Пришла. Увидела: китище лежит.

Сняла рукавицы, торбаза, кухлянку, потом женские штаны. Совсем голая на кита взобралась и стала плясать.

Вышел тайком Эмэмкут из китового нутра.

— Ого! Голая на ките пляшет!

Что ж, унес потихоньку всю ее одежду: кухлянку, торбаза, рукавицы и женские штаны. Совсем голую оставил.

— Хоть рукавицы отдай!

— Нет!

Вышел Ныпайваелгын, сказал:

— Что это там виднеется? Как будто белый медведь бродит?

Потом сестру узнал. Подошел к ней. Ох и рассердился! Сильно изругал девушку.

— Вот ведь, совсем голую тебя видели!

Внес ее в жилье и запретил выходить из полога. Да и как же ей выйти? Стыдно ведь!

Что ж, все женихи к Эмэмкуту перекочевали. Взяли в жены сестер Эмэмкута.

133. Куткынняку и шаманки

Не просыпается дочка у Куткынняку. Отправился Куткынняку искать целебную траву. Всю землю обыскал, один мыс остался. Очень устал Куткынняку, на четвереньках дальше пополз.