Завет Христа - Хефнер Ульрих - Страница 5

Хоук ударил кулаком по хромому складному столу.

— Он не имел права так поступать! — взревел он.

«Действительно ли Иисус был похоронен у подножия Храмовой горы?» — гласил крупный заголовок на первой странице вечернего выпуска газеты «Гаарец». Репортер сообщал о раскопках вдоль дороги на Иерихон и о сенсационной находке римской стенной тарелки, изображающей сцену распятия. Естественно, замечания профессора Хаима Рафуля о месте погребения Иисуса также были напечатаны — как цитата. Художник подготовил изображение тарелки, которое красовалось рядом со статьей.

— По крайней мере у репортера хорошая память, — заметил Том Штайн, рассматривая рисунок.

— Некоторые детали отсутствуют, — возразил ему Мошав.

После совместного ужина они собрались в палатке Джонатана Хоука, который и обнаружил статью в газете. Присутствовали все ответственные за раскопки: профессор Хоук, руководитель раскопок; Аарон Шиллинг, технический руководитель; доктор Жан-Мари Коломбар, специалист по компьютерам и метрологии; доктор Джина Андреотти, специалист в вопросах определения возраста; доктор Мошав Ливни, специалист по римскому периоду истории Израиля; доктор Яара Шоам, специалист по древним языкам; и Том Штайн — археолог и инженер горнодобывающей промышленности и подземного строительства, выполняющий обязанности технического ассистента Аарона Шиллинга.

Профессор Хоук созвал собрание второпях. В маленьком палаточном городке у подножия Храмовой горы бурлила лихорадочная деятельность — Хоук приказал установить прожекторы, чтобы освещать раскопки даже ночью.

— Нужно установить часы дежурства, — заявил он. — Кроме того, я бы хотел, чтобы раскопки обнесли забором. Мы должны быть готовы ко всему.

— Мы находимся посреди Иерусалима, а не Нью-Йорка, — возразила Яара. — Не думаю, что у нас возникнут трудности.

— Почему ты в этом так уверена? — спросил Том.

— Наш народ научился дисциплине и осознанию своего долга, — ответила Яара. — Мы с давних пор живем на острове, окруженном врагами. В 1967-м, и 1973-м, и в течение многих десятилетий нас пытались уничтожить. На севере каждый день взрываются ракеты группировки «Хезболла», но мы все еще существуем. Мы выжили потому, что чувствуем себя обязанными соблюдать традиции наших отцов и держимся вместе.

— Так ты думаешь, что этого достаточно? — возразил ей Том. — Не нужен никакой забор, так как вы — лучшие люди, а корыстолюбие и стремление к богатству и власти присутствуют исключительно в нашем мире?

— Вот немцу как раз ничего подобного говорить не стоило бы, — резко ответила Яара.

Том пристыженно опустил глаза.

— Дамы и господа, сейчас не подходящее время для того, чтобы затевать ссору из-за забора, — попытался урезонить их Жан. — Джон прав. Мы должны осознать, что авантюристы и джентльмены удачи будут пытаться отрезать и себе кусок пирога. На всякий случай нам следует оставаться настороже.

Внезапно в палатку проникли громкие крики. Все вскочили и поспешили наружу. К ним бежал Ариэль, старший среди студентов.

— Быстрее сюда! — крикнул он. — У нас двое незваных гостей. Мы поймали их, когда они хотели спуститься в раскоп номер четыре. Думаю, их сообщник упал в яму.

Том и Мошав побежали в указанном направлении. Раскоп номер четыре находился рядом с дорогой. Начинающуюся ночь тускло освещал молодой месяц. Прожекторы заливали светом близлежащую городскую стену. Температура никак не хотела опускаться ниже двадцати пяти градусов. В начале лета здесь даже ночь не приносила настоящей прохлады. Палаточный городок был пуст. Группа студентов и рабочих, помогавших в раскопках, окружила яму. Том подошел к ней почти одновременно с Мошавом.

— Быстрее, он сорвался вниз, — сказал кто-то из группы.

Парни крепко держали двух человек. Судя по росту задержанных, это были дети, возможно, подростки.

Том подошел к краю глубокой ямы. Он забрал карманный фонарик у одного из студентов и посветил в темный котлован. На его дне неподвижно лежало тело мальчика.

— Я спускаюсь! — решил он. — Быстрее, дайте мне веревку и вызовите спасателей!

Кто-то поспешно бросил ему веревку, и Том тут же опоясался ею. Мошав положил руку ему на плечо.

— Осторожнее, стены еще не укреплены.

Том посмотрел Мошаву в глаза.

— Я знаю, — ответил он.

Он ступил на тяжелую доску, которую они сегодня утром перебросили через котлован. Мошав первым схватился за страховочный конец.

— Обвяжите веревку вокруг того дерева, — крикнул он студентам.

Когда веревка натянулась, Том стал осторожно спускаться в раскоп глубиной почти три метра. Мошав постепенно отпускал веревку.

— Ты нормально продвигаешься? — крикнул он в яму.

— Давай быстрее, — откликнулся Том.

Наконец он достиг дна и склонился над раненым. Достав из-за пояса фонарик, он осветил мальчика — тот показался ему не старше десяти лет. Глаза у него были закрыты, однако грудная клетка поднималась и опускалась.

— Он жив, — крикнул Том собравшимся наверху и продолжил поверхностный осмотр. Ощупывая ногу упавшего, он обнаружил перелом. — Он сломал ногу! — снова крикнул Том. — Его нужно немедленно вытащить отсюда.

Он мысленно выругал себя за то, что они не соорудили согласно плану систему подъемных блоков сегодня к полудню. Вместо этого они послали Аарона на грузовике в город, чтобы он привез доски и стройматериалы.

— У нас нет носилок, — ответил один из рабочих. Том выругался и осторожно поднял мальчика. Вздох сорвался с губ раненого, безвольно повисшего на его руках. — Поднимайте его, только осторожно! — крикнул Том.

Он почувствовал, что веревка вокруг его бедер натянулась. Но как ему теперь опереться о стену?

Левой рукой он обхватил тело мальчика. Когда ноги Тома оторвались от земли, он оперся правой рукой о стену. Медленно, но верно он двигался наверх. Край ямы был все ближе. Пот выступил, казалось, из всех пор и заливал глаза. Секунды проносились, как в скоростной съемке. Где-то завыла сирена. Звук приближался. Мальчик становился все тяжелее. Один раз Тому пришлось перехватить ребенка поудобнее, но тот вцепился в него, как утопающий в спасательный круг. Когда силы археолога подошли к концу, он почувствовал сильные руки, которые схватили его и вытащили наверх вместе с ношей. Тяжело дыша, он опустился на землю рядом с раскопом, прямо у ног Яары, и увидел ее испуганный взгляд.

— Яма могла обрушиться, — сказала она. — Ты ранен?

— Как он? — спросил Том, едва дыша.

— Санитары уже здесь, — ответила Яара. Она наклонилась к Тому и нежно отерла ему лицо шарфиком.

— С ним все хорошо, он пришел в себя, — сообщил незаметно подошедший Мошав. — У двух других коленки от страха трясутся. Они хотели развлечься и тайком поискать артефакты. Но думаю, это желание у них пропало, и надолго.

— Теперь-то ты понимаешь, что нужно обнести лагерь забором? — обратился Том к Яаре.

Она кивнула и снова промокнула его лоб.

2

Рим, Святой город…

Кардинал Джулиано Боргезе вернул газету на огромный письменный стол из красного дерева и почесал макушку, прикрытую темно-красной шапочкой. Затем окинул вопросительным взглядом мужчину по ту сторону стола.

— Профессор Рафуль опубликовал свои тезисы еще три года назад в археологическом журнале, — объяснил отец Леонардо де Микеле, секретарь Sanctum Officium. [4]— Мы хорошо его знаем. Он известный атеист. Мир вообще больше не воспринимает его сумасшедшие идеи.

Кардинал покачал головой.

— Я в этом не уверен. Эта тарелка, найденная во время раскопок, вероятно, может стать угрозой для нас. Кроме того, он ведь говорит, что надеется найти и другие доказательства, которые подтвердят его гипотезу о том, что Иисуса Христа не хоронили в Иерусалиме.

— Пусть даже и так, — возразил секретарь. — Наша церковь переносила бури и похуже. Да что может сделать одиночка! Брат Джулиано, существует уже столько историй о тайных заговорах, что одной больше или меньше — значения не имеет. Масоны, тайные союзы, ложи — все эти легенды и мифы живут столетиями, однако они так и не сумели подорвать авторитет нашей святой матери-церкви.