Опасность - Квик Аманда - Страница 61

Взгляд Себастиана стал непроницаемым.

— Дуэли запрещены.

Джереми избегал теперь смотреть Себастиану в глаза.

— Да, я знаю. — Он откашлялся. — Тебя считают чем-то вроде живой легенды. Да ты и сам прекрасно знаешь. Ты человек, умудренный опытом. Я был бы тебе очень признателен, если бы ты хоть немного рассказал мне, как вести себя на дуэли.

— Твоя матушка будет недовольна.

— Оставьте вы мою матушку! — В глазах Джереми внезапно вспыхнула ярость. — Это не ее дело. Я должен отомстить за Лилиан! Неужели ты не понимаешь? Я любил ее!

Джереми говорит искренне, подумал Себастиан и принял решение:

— Хорошо. Если дело дойдет до дуэли, я буду твоим секундантом.

Джереми оторопел:

— Правда?!

— Да.

— Вот это да, Эйнджелстоун! — Джереми никак не мог оторвать от него изумленного взора. — Ты не представляешь, как я тебе признателен!

— Ты ведь понимаешь, однако, что, если тебя убьют, твоя матушка обвинит во всем меня. Равно как и моя жена. — Себастиан чуть улыбнулся. — С твоей матушкой я как-нибудь разберусь, но уж если леди Эйнджелстоун решит, что ты погиб по моей вине, я не представляю, что со мной будет.

— Я вовсе не собираюсь умирать, — заметил Джереми. — Я собираюсь всадить в Келинга пулю.

— Нет, кузен, — тихо сказал Себастиан. — У нас другая цель: уничтожить Келинга. Так что вызывать его на дуэль будем в самом крайнем случае.

— Почему?

— Результат нельзя предугадать заранее. Например, он может выжить, даже если ты всадишь в него пулю. Такое частенько случается. Поверь мне, существуют более надежные методы для достижения нашей цели.

Джереми удивился:

— Как же ты предлагаешь его уничтожить? Себастиан поделился с ним планом, который вынашивал с того момента, как было обнаружено деловое соглашение, объединяющее «принцев целомудрия».

Они приехали к Келингу за час до рассвета. Быстро сгущался туман.

Дверь открыл взъерошенный дворецкий. Он не мог скрыть своей злости от того, что кто-то поднял его с постели в такой ранний час. При виде двух джентльменов, возникших на пороге, дворецкий вздохнул.

— Скажите вашему хозяину, что его желает видеть Эйнджелстоун, и немедленно, — заявил Себастиан.

— Его светлость вернулись домой только час назад, — сообщил дворецкий. — Вряд ли он будет доволен, если его разбудят.

Себастиан улыбнулся:

— Мне наплевать, будет он доволен или нет. Дворецкий взглянул на улыбающегося Себастиана:

— Хорошо, милорд. Если вы с вашим другом войдете, я доложу его светлости, что к нему гости. — И он ушел.

Себастиан перевел глаза на Джереми. Тот от злости и переживаний был как натянутая струна.

— Успокойся, Джереми. Или по крайней мере не показывай вида, как ты взволнован. Ничто так не действует неприятелю на нервы, как вид улыбающегося противника.

— Тебе лучше знать, — сухо заметил Джереми. — Ты, наверное, не раз бывал в подобных переделках. Но я бы с удовольствием посмотрел, как бы ты сам улыбался в подобной ситуации.

— Если помнишь, актерский талант у меня в крови. Джереми бросил на кузена оценивающий взгляд:

— А многие говорят, что ты родился таким хладнокровным.

Себастиан подумал о Прюденс, которая сейчас дожидается дома:

— Но кое-кто с этим не согласен.

В этот момент сверху послышались голоса.

— Келинг идет, — сказал Джереми.

— Позволь мне вести разговор, — тихо попросил Себастиан.

— Хорошо.

На лестнице появился Келинг, облаченный в серебристо-серый халат. Спускаясь, он рукой пригладил волосы. На лице его читалось явное раздражение, приличествующее человеку, которого бесцеремонно разбудили, но глаза смотрели настороженно.

— Какого черта вам понадобилось в такой немыслимый час, Эйнджелстоун? — Джереми он, казалось, не заметил. — Хочется верить, что ваш визит не затянется.

— Так оно и есть, — заверил его Себастиан. — Может, пройдем в библиотеку?

Келинг пожал плечами и первым вошел в маленькую библиотеку, дверь которой выходила прямо в холл. Небрежно указал на два кресла, а сам проследовал к сервировочному столику:

— Выпьете со мной по рюмочке?

— Нет, — отказался Себастиан. Он уселся в кресло и, по обыкновению, закинул ногу на ногу.

— Нет, — так же холодно проговорил Джереми. Бросив быстрый взгляд на Себастиана, он тоже сел. Такого скучающего, непринужденного вида, как у Себастиана, ему было еще трудновато достичь, но было заметно, как он старается.

— Как хотите. — Келинг плеснул себе в рюмку коньяку и повернулся к посетителям. — Я весь внимание. Что могло произойти столь важного, что привело вас ко мне в столь поздний час?

— Мы пришли сюда, чтобы поговорить о недавней смерти двух ваших деловых компаньонов, — начал Себастиан.

— Это каких же?

— Рингкросса и Оксенхема. Келинг залпом осушил рюмку;

— А откуда вы взяли, что они мои деловые компаньоны?

Себастиан улыбнулся:

— Из документа, который я нашел в столе Блумфилда. Исходя из условий соглашения, вы теперь гораздо богаче, чем были несколько дней назад. А если вам удастся найти и убрать еще и Блумфилда, то ваш капитал возрастет еще вдвое.

Келинг застыл:

— Боже милостивый! Вы что, обвиняете меня в смерти моих деловых партнеров?!

— Вот именно.

— Но это же вздор! — Келинг искоса посмотрел на Джереми. — Рингкросс вывалился из окна и разбился насмерть, а Оксенхем покончил с собой.

— Да бросьте вы, — сказал Себастиан. — Мне известно все, равно как и то, что вы предприняли все меры, чтобы подозрение пало на моего кузена. Было бы, конечно, интересно выяснить, как вы узнали, что я время от времени провожу расследования для полицейских с Боу-стрит, но сейчас речь не об этом.

— Вы спятили! — завопил Келинг.

— Нет. И Блумфилд тоже. Разве что слегка. Он поведал нам о том, что «принцы целомудрия» сотворили с Лилиан.

Джереми изо всех сил вцепился в подлокотники кресла:

— Вы ее похитили! Обесчестили! Замучили до смерти! Келинг повернулся к нему, сверкнув глазами:

— Подумаешь, какая-то шлюха из таверны. Ее дядя продал нам девчонку на одну ночь. Мы хорошо заплатили за ее услуги.

— Никакая она не шлюха! — закричал Джереми. — По доброй воле она никогда бы с вами не поехала. Вы похитили ее, мерзавец!

— Вздор! — Келинг презрительно усмехнулся. — Простая дешевая потаскушка. Ноги, правда, у нее были ничего…

— И вы с такой легкостью об этом говорите?! — поразился Джереми.

— А что тут особенного? Уж в чем, в чем, а в женщинах я толк знаю. Да и заплатили мы за нее прилично, как я вам уже сказал, — заметил Келинг.

— Черт бы вас побрал! — Джереми вскочил, готовый броситься на него.

— Сядь! — тихо приказал Себастиан. Джереми, поколебавшись, нехотя подчинился.

— Вы над ней надругались! — бросил он в лицо Келингу.

Келинг небрежно пожал плечами:

— Не буду скрывать, я своей очереди не пропустил. По правде говоря, опыта у нее было маловато. Старик уверял нас, что она девушка, и оказался прав.

Джереми посмотрел на него с ненавистью:

— Сукин вы сын!

— Вы что, и в самом деле любили ее? — насмешливо спросил он.

— Да, я любил ее, черт бы вас побрал!

— И поэтому убили Рингкросса и Оксенхема, не так ли? — холодно заключил Келинг. — Решили таким образом отомстить за маленькую потаскушку из таверны.

— Я их не убивал, — прошептал Джереми, — я даже не знал, что они виноваты. Но вы сами будете уничтожены за то, что сделали с Лилиан.

— Да ну? — хмыкнул Келинг. — И как это вы собираетесь меня уничтожить?

Себастиан решил, что настало время перехватить инициативу. Он прекрасно понимал, как трудно будет обуздать вспыльчивого Джереми, если тот рассвирепеет не на шутку.

— Вот что, Келинг, не будем зря тратить время. Повторяю: я уверен, что именно вы убили Рингкросса и Оксенхема, — этого достаточно.

— Вы не можете знать наверняка.

— Повод для убийства был только у вас, — тихо сказал Себастиан.