Сомнительная репутация - Квик Аманда - Страница 49

— Это ожидание невыносимо, — промолвила Эмелин. — Наверняка и мы можем что-то предпринять.

— Можем, — решительно заявила Джоан. — Мы должны вести себя так, словно ничего особенного не случилось. Вы обещали следующий танец мистеру Геддису, не так ли? Он как раз направляется к нам.

Эмелин застонала:

— Сейчас мне не до танцев. Я не смогу вести учтивую беседу с мистером Геддисом, беспокоясь за Энтони.

— Говорят, мистер Геддис имеет годовой доход в пятнадцать тысяч фунтов, — заметила Джоан.

Лавиния чуть не поперхнулась шампанским. Придя в себя, она многозначительно улыбнулась Эмелин:

— Пожалуй, тебе стоит потанцевать с мистером Геддисом. Вернее, это даже обязательно.

— Почему?

— Ты должна сделать вид, будто ничего не случилось, как и советовала миссис Доув. Иди. Потанцуй с ним. Веди себя так, как подобает молодой леди на таком вечере.

— Ну, если ты настаиваешь…

Эмелин отважно улыбнулась молодому человеку, остановившемуся перед ней. Поклонившись, он повел ее в центр зала.

Лавиния подвинулась к Джоан:

— Пятнадцать тысяч?

— Таков слух.

Лавиния посмотрела, как Геддис кружится в танце с Эмелин.

— Он производит очень приятное впечатление. В его семье есть изъяны?

— Ничего плохого не слышала.

— Это хорошо.

— Сомневаюсь, что он выдержит сравнение с юным Энтони, — заметила Джоан.

— Полагаю, вы правы.

Через несколько минут вальс закончился. Ожидая возвращения молодых людей, Лавиния посмотрела на крошечные часики, приколотые к сумочке.

— Успокойтесь, — посоветовала Джоан. — Уверена, с мистером Марчем все в порядке. Он вполне способен позаботиться о себе.

Лавиния вспомнила о раненой ноге Тобиаса.

— У него бывали осечки.

Джоан задумчиво спросила:

— Вы действительно очень тревожитесь о нем?

— Мне не нравился этот план с обыском дома Невилла, — призналась Лавиния. — И вообще, я очень… — Она замолчала, увидев, кто встал на пути Эмелин и мистера Геддиса.

— Черт побери!

— Что случилось?

— Помфри. Посмотрите на него. Он уговаривает Эмелин потанцевать с ним.

Джоан проследила за взглядом Лавинии и пожала плечами:

— Да. Очень надеюсь, что он не пьян. Помфри ведет себя как осел, когда пьян.

— Я это прекрасно знаю и не допущу, чтобы он устроил еще одну сцену. Только не на балу у леди Колчестер. — Лавиния закрыла веер и вышла из алькова. — Я должна помешать этому. Вернусь через минуту.

— Не теряйте самообладания, Лавиния. Убеждена, леди Колчестер не допустит никаких неприятных сцен в своем доме.

Лавиния не ответила и стала пробираться сквозь толпу, пытаясь не привлекать к себе внимания. Несколько раз она теряла Помфри из виду, когда перед ней появлялись рослые мужчины.

Достигнув другого конца зала и чуть запыхавшись, она увидела, что Эмелин сама справилась с ситуацией. Помфри уже отвернулся и даже не заметил приближающейся Лавинии.

Глаза Эмелин весело сверкнули.

— Все в порядке. Помфри извинился за сцену в театре прошлым вечером.

— Давно следовало. — Лавиния остановилась и сердито посмотрела вслед удалявшемуся Помфри.

Эмелин улыбнулась растерянному мистеру Геддису:

— Благодарю вас, сэр.

— Всегда к вашим услугам. — Геддис поцеловал руку Эмелин и быстро исчез в толпе.

— Он, кажется, очень мил, — заметила Лавиния.

— Не смотри на него с такой тоскливой завистью. Это неловко.

— Пойдем, нам нужно вернуться в альков, где нас ждет миссис Доув.

Лавиния и Эмелин направились туда. Однако когда они наконец пробрались через толпу гостей, Лавиния увидела, что в алькове нет никого, кроме светловолосого лакея, собиравшего пустые бокалы на поднос.

Она остановилась, и паника охватила ее.

— Джоан нет.

— Убеждена, она где-то поблизости, — заверила тетю Эмелин. — Джоан не ушла бы, не сообщив о том, куда направляется.

— Она исчезла, говорю тебе. — Лавиния схватила стул и вскочила на него. — Я нигде не вижу ее.

Лакей в ужасе уставился на Лавинию. Эмелин повернулась и всмотрелась в толпу:

— Я тоже не вижу. Может, она пошла играть в карты?

Лавиния, подхватив юбки, спрыгнула со стула и спросила лакея:

— Вы видели даму в серебристо-сером платье? Она стояла вот здесь несколько минут назад.

— Да, мэм. Я передал ей записку, и она ушла.

Лавиния и Эмелин переглянулись.

— Какую записку? — решительно осведомилась Лавиния.

Несчастный лакей был страшно напуган. Пот выступил у него на лбу.

— Не знаю, что в ней сообщалось, мэм. Она была написана на обрывке бумаги. Я не читал ее. Мне поручили доставить записку, что я и сделал. Леди взглянула на нее и немедленно ушла.

Лавиния вплотную придвинулась к нему:

— А кто дал вам записку для нее?

Лакей попятился, переводя испуганный взгляд с Лави-нии на Эмелин.

— Один из лакеев, нанятых на сегодняшний вечер. Я не знаю его. Он не сказал, от кого получил записку.

Лавиния обратилась к Эмелин:

— Я пойду по этой стороне зала, а ты по противоположной. Встретимся вон в том углу.

— Да.

Эмелин уже было повернулась, но тут Лавиния схватила ее за руку:

— Не покидай зал ни при каких обстоятельствах, слышишь?

Эмелин кивнула и устремилась в толпу.

Лавиния направилась в зал со стороны террасы. Уже на полпути к буфетной она вдруг поняла, что гораздо лучше рассмотрит зал с внутреннего балкона, опоясывающего его.

Лавиния изменила направление и устремилась к лестнице. Несколько человек удивленно посмотрели на нее, когда она бесцеремонно протискивалась сквозь толпу.

Добравшись до лестницы, Лавиния едва сдержалась, чтобы не броситься наверх бегом. Поднявшись на балкон, она вцепилась в перила и посмотрела вниз.

Не увидев среди сотен сверкающих атласных и шелковых платьев серебристо-серого туалета Джоан, Лавиния заставила себя спокойно оценить ситуацию. А вдруг в записке было нечто, побудившее Джоан покинуть зал?

Она подошла к окнам и, открыв одно из них, выглянула в сад. Кусты и деревья около дома были залиты светом, лившимся из французских окон террасы. Однако это освещение простиралось не слишком далеко. Большая часть сада с его строго спланированным ландшафтом была погружена в темноту. Лавиния с трудом разглядела очертания большого памятника. Наверняка дань памяти покойному мужу леди Колчестер.

Какое-то движение у живой изгороди насторожило ее. Она заметила сверкнувший бледный атлас. Во мраке Лавиния не могла ни разобрать цвет платья, ни увидеть лицо женщины, но ее решительная походка да и то, что она одна, многое сказали Лавинии.

Она было подумала окликнуть спешащую женщину, но потом поняла, что вряд ли Джоан услышит ее за звуками музыки и смеха.

Увидев небольшую лестницу в дальнем конце балкона, Лавиния устремилась к ней. Лакей с подносом появился как раз в тот момент, когда она собиралась спуститься.

— Здесь есть выход в сад? — спросила она.

— Да, мэм. Внизу рядом с лестницей есть дверь.

— Спасибо. — Лавиния бросилась вниз.

Найдя дверь, она открыла ее и вышла в зябкую темноту. Вокруг было пустынно. Гости, пожелавшие подышать свежим воздухом, ограничились террасой.

Лавиния поняла, что если женщина в бледно-сером платье и дальше пойдет в том же направлении, то неминуемо окажется у памятника. Монумент был бы вполне подходящим местом встречи в этом саду.

Подхватив юбку, Лавиния поспешила к памятнику. Смех и музыка стали глуше. Дорожка из гравия вела в темноту.

Обойдя кустарник, оказавшийся на фут выше Лавинии, она увидела колонны и памятник. Что-то затрепетало в густом ночном мраке у самого входа. Потом, махнув огромным крылом, исчезло.

Лавиния уже было открыла рот, чтобы позвать Джоан, но сдержалась.

Силуэт с крыльями вполне мог оказаться накидкой. Значит, это не Джоан. И тут краешком глаза Лавиния увидела блеск лунного света на бледном атласе.

Джоан вышла из густой листвы у самого памятника. Остановившись у одной из колонн, она двинулась к темному входу.