Боги войны - Клейн Жерар - Страница 41

«Могу ли я от него отделаться? – подумал Корсон, и ему пришло в голову, что Флория сказала ему только половину правды. – Может, война была результатом разрыва единства всех возможностей тех, с Эргистала. Но почему они… Почему их должно быть много? Может, те, с Эргистала, существовали как возможность одного? И этому одному стало скучно, и он пожелал стать каждым человеком и всеми людьми, каждым существом и всеми существами? Скалой и червяком, звездой и волной, пространством и временем?»

«Сплю я, что ли? – думал Корсон. – Или это просто мои воспоминания?» Если тот Корсон умрет, он никогда не узнает этого. Он потеряет и жизнь и память о том, что когда-то жил.

Но кроме жизни имелась еще сверхжизнь. Страницы книги, как говорила Флория Ван Нелл. Гиперкуб содержит бесчисленное количество кубов, и все же его объем ограничен в четырехмерном пространстве. «Наши жизни не бесконечны, а неограниченны, – сказал голос на Эргистале. – Ты научишься владеть временем и станешь как мы».

Имелось, по крайней мере, три уровня существования. Уровень виртуального существования, такого, как у Сида и Сельмы, где человек был только вероятностью, вписанной в призрачный реестр Эргистала; уровень линейной жизни, жизни того Корсона, где человек оставался заключенным между рождением и смертью, и, наконец, уровень сверхжизни, который символически развивался в пространстве, перпендикулярном к оси времени.

Это напоминало уровни возбуждения элементарных частиц в примитивной физике, как будто ученые прежних времен прозревали великую правду. Частица – атом, нуклон, мезон или кварк, – однажды возбужденная, переносится на высший энергетический уровень. Она становится чем-то другим, не переставая быть собой, и может спонтанно вернуться в начальное состояние, излучая частицы низшего порядка: фотоны, электроны, нейтрино, мезоны…

Корсон достиг уровня сверхжизни. Он мог вернуться на уровень линейного существования, выделив что-то вроде нейтрино, и его жизнь в последние недели стала бы виртуальной, почти лишенной возможности реализации. Он не исчезнет совершенно, но будет избавлен от реальности. Ни массы, ни заряда, как у нейтрино. Кто-нибудь в лаборатории Эргистала зафиксирует появление пучка искр, а регистрационная камера отметит исчезновение одной сверхжизни.

Корсон принял решение.

Над ним черный корпус «Архимеда» заслонял группу звезд. Корсон перевел гипрона в другую фазу, приблизился и без труда преодолел защиту и панцирь корабля. Не опасаясь, что его заметят, нашел трюм. Переход в другую фазу почти полностью лишал его реальности для наблюдателя, находящегося на борту корабля.

Он почувствовал колебание своего скакуна, тот боялся приближаться к дикому собрату. Корсон успокоил гипрона и сунул ампулу в клубок отростков гривы. Отросток, несущий ампулу, проскользнул через энергетическую клетку, удерживавшую Бестию. Когда ампула оказалась перед мордой Бестии, Корсон на миллиардную долю секунды синхронизировал гипрона с кораблем. Вспышка, сухой шлепок… и энергетический экран отсек отросток гипрона, который уже отскочил в пространстве и во времени.

Корсон ждал в пространстве, вглядываясь в почти невидимый корпус корабля. К нему вдруг вернулось старое воспоминание: перед самой катастрофой он видел яркую вспышку, но такую короткую, что усомнился в ее реальности.

На это слабое воспоминание наложилась молния: «Архимед» взорвался. А батареи Урии по-прежнему молчали. Орбита, выбранная капитаном «Архимеда», сыграла свою роль – приближение корабля не было замечено.

Авария генераторов, думал он. Но это было маловероятно. Он сам вызвал катастрофу. Акселератор многократно усилил способности Бестии, она не покинула свою клетку, и генераторы не выдержали.

Разорванный корпус «Архимеда» падал в джунгли Урии. Корсону показалось, что из него что-то вывалилось. Иллюзия… Он еще не умел смотреть сквозь время.

Но это придет, подумал он, вспомнив о своих мертвых товарищах. Он мог вернуться назад и начать борьбу с самим собой, чтобы удержать себя от передачи ампулы.

«Архимед» вошел в атмосферу Урии и вспыхнул. С земли открыли огонь батареи Урии, и пространство зароилось вспышками. Корсон пытался убедить себя, что корабль все равно был бы уничтожен, но это была очередная иллюзия.

Где-то на Урии, через шесть тысяч лет, тот Корсон будет изо всех сил пытаться выжить. Он еще не знает, что под холодным взглядом веков ликвидирует какой-то конфликт, он еще услышит на Эргистале голос богов и, возможно, достигнет сверхжизни.

«Почему я?» – подумал Корсон, вступая на дорогу к будущему.

– Я… – эхом ответили Корсоны, размещенные по всей длине его жизни и рядом, вдоль других его существовании. Ему показалось, что он слышит, как сознание заполняется шепотом, и почувствовал, что еще установит контакт с неисчислимыми Корсонами, разбегающимися в будущее, и будет знать их переживания, видеть их глазами и думать вместе с ними. Но пока он стоял на пороге, колеблясь, поскольку время еще не пришло да и опыта было маловато, а у тех Корсонов только появилась тень шанса…