Первый поцелуй - Хьюит Кейт - Страница 24

Калила опустила голову. Она уже несколько дней думала над тем, изменились бы ее чувства, если бы в Задар приехал Закари, а не Аариф или если он хотя бы встретился с ней, поговорил…

В эту минуту вдруг пришло отчетливое понимание: нет, дело не в Закари, каким бы распрекрасным тот ни оказался. Дело в Аарифе. Именно он пробудил ее чувства. Именно его она полюбила…

У Калилы закружилась голова. Она уже не слышала, что говорил отец.

Полюбила! Неужели?.. Она любит Аарифа…

– Калила? – услышала она слегка встревоженный голос отца и подняла голову, очнувшись от своих мыслей. – Но боюсь, что сожалеть уже поздно. Я лишь надеюсь, что твой брак с Закари принесет тебе счастье.

Калила заставила себя улыбнуться.

– Спасибо, отец, за твои слова. Я тоже надеюсь, что смогу стать счастливой.

«С Аарифом, – добавила она про себя. – Только с ним».

Шли последние приготовления к свадьбе, и Калила почти все время была окружена людьми. За эти почти две недели жизни в королевском дворце Калисты она вдруг поняла, что хочет тишины. Хочет, чтобы рядом с ней был лишь Аариф…

Ее глаза постоянно искали его, где бы она ни находилась. Снова увидеть его темные глаза, редкую улыбку и шрам как напоминание о неисполненном долге – том самом, ради которого Аариф был готов принести в жертву себя и их возможное счастье.

До свадьбы оставался один день. Калилой владело беспокойство. В какой-то момент она твердо поняла, что не сможет выйти замуж за Закари, пока не увидит Аарифа. Хотя бы еще раз побороться за него, за себя, за них. Сказать ему, что она его любит и что брак с его братом разобьет ей сердце.

После ванны, наполненной лепестками роз, Калила попросила всех уйти. Джуана бросила на нее понимающий взгляд, но ничего не сказала.

Словно на ватных ногах, Калиста сделала несколько шагов, пока не натолкнулась на мужчину. В первую секунду ей показалось, что это галлюцинация. Она моргнула несколько раз, но Аариф никуда не исчез.

Глаза Аарифа охватили ее всю, начиная с легкого халата, в распахнутом вороте которого была видна ложбинка между грудей, чей пояс подчеркивал плоский живот, а ткань мягко облегала плавный изгиб бедер…

Он с заметным усилием заставил себя перевести взгляд на ее лицо. Губы у него задвигались, но он не смог произнести ни слова. Да и что он мог сказать, когда Калила столкнулась с ним на женской половине, причем в ванной комнате? Только то, что и так было очевидно.

Он подглядывал…

Аариф не мог найти себе места. Он часами выхаживал по коридорам и комнатам дворца, не зная, как избавиться от навязчивых мыслей, и на сердце у него лежал камень. Он не мог работать, так как все время думал о Калиле. Какой она была в ту ночь в пустыне…

Женщина, которая скоро станет женой его брата.

«Моя!» – кричало его сердце, и Аариф с трудом повторял себе раз за разом, что она не может принадлежать ему. Но разум был бессилен против зова сердца.

«Будь я на месте своего брата, – с неожиданной яростью и горечью подумал он, – то ни за что не спускал бы с Калилы глаз. Я бы все сделал, чтобы она была счастливой!»

– Аариф, – каким-то чужим голосом начала Калила и умолкла.

Он открыл было рот, но ничего не смог произнести. Им владело единственное желание: прижать ее к себе, вдохнуть пьянящий запах ее волос, кожи и целовать, пока в легких не останется воздуха.

– Извини, – наконец сумел выдавить он из себя, тяжело дыша. Я не думал тебя здесь встретить. Думал, все уже ушли. – Он чуть не покраснел от собственной лжи.

– Ты искал меня?

– Нет, – собрав все свои силы, как можно тверже сказал Аариф. – Прости, – повторил он и повернулся.

– Аариф… – В голосе Калилы звучало такое отчаяние, что Аарифу потребовалась вся его выдержка, чтобы не прижать ее к себе, послав к черту все последствия этого шага.

Не доверяя себе, он еще раз сказал: «Извини» – и внутри его что-то дрогнуло и оборвалось, образовав сосущую пустоту. Хуже всего, что сделать ничего было нельзя. Ничего нельзя было изменить.

Аариф качнул головой, словно разрывая невидимую нить, и поспешил прочь.

Луна серебристым серпом висела в ночном небе, когда Калила крадучись вышла из своей спальни. Время было за полночь, и во дворце стояла тишина.

Сердце Калилы колотилось в груди так, что его стук отдавался в ушах, но она продолжала идти к спальне Аарифа.

«Наверное, только безнадежное отчаяние может толкнуть женщину на этот шаг, – мелькнуло у Калилы в голове. – Или, наоборот, желание во что бы то ни стало стать хозяйкой своей судьбы, пока еще есть такая возможность?»

Впереди раздался какой-то шум. Калила вжалась в стену и прислушалась. Сердце вдруг замерло от страха. Что, если кто-нибудь спросит, что она делает в крыле, где живет Аариф, да еще ночью?

Но мужские голоса, должно быть принадлежащие кому-то из гостей, стихли, и Калила перевела дух. Стараясь не шуметь, она продолжила свой путь по коридору, который казался бесконечным. Наконец она уперлась в последнюю дверь, за которой находилась спальня Аарифа.

Калила повернула ручку двери.

Она открылась бесшумно. Калила осторожно притворила ее и некоторое время постояла, пока ее глаза не привыкли к темноте. Оглянувшись, она увидела, что двери, ведущие на балкон, открыты. Постель была разобрана, смята, но Аарифа в спальне не было. Взгляд Калилы метнулся в смежную со спальней ванную, но оттуда не доносилось ни звука.

Нахлынувшее на нее разочарование было таким огромным, что слабый огонек надежды, который до этого момента тлел в ее груди, моментально погас. Ее план, который она сама считала безумным, не сработал.

Калила стояла растерянная, не зная, что ей делать – уйти или дождаться Аарифа? «А что, если он вернется не один?» – молнией сверкнула у нее мысль, и ее сердце пронзила острая боль.

– Калила? – вдруг услышала она неуверенный голос Аарифа.

Она машинально повернула голову и увидела его в проеме балкона.

– Аариф! – выдохнула она.

Аариф зашел в спальню.

– Что ты здесь делаешь? – уже чуть более холодно спросил он.

Калила сглотнула, не в силах отвести взгляд от его фигуры. Он стоял, освещенный лунным светом, кроме брюк на нем ничего не было. Словно загипнотизированная, она смотрела на эту широкую, мускулистую грудь, чувствуя, как ее затопляют воспоминания, когда он прижимал ее к себе в ту ночь…

Аариф молча ждал ответа на свой вопрос. Калила наконец подняла на него глаза:

– Мне нужно с тобой поговорить.

– Разве мы уже не все сказали друг другу? – пожал он плечами.

– Нет, – с усилием произнесла она.

В спальне снова стало тихо. Аариф вдруг вздохнул, надел рубашку и включил настольную лампу. Уже немного зная его характер, Калила ничуть не удивилась почти спартанскому убранству его комнаты.

– Хорошо. Если тебе есть что сказать, я слушаю. После этого ты должна уйти – не хватало только, чтобы тебя увидели в этом крыле дворца, да еще ночью!

– В последнее время я много думала. – Пытаясь справиться с волнением, она подняла выше голову. – Я верю, что у нас с тобой все же есть будущее, Аариф. Если только мы дадим ему шанс.

– У нас нет никакого шанса, – почти равнодушно возразил Аариф.

Калиле казалось, что под маской безразличия, которую надел на себя Аариф, он так же безоружен и уязвим, как она.

– Я думаю, что есть! – с жаром воскликнула она. – Может быть, Закари до сих пор не приехал со мной познакомиться, потому что, как и я, не хочет, чтобы этот брак состоялся?

Она с надеждой смотрела на Аарифа, но он молчал. Калила сжала руки в кулаки и заставила себя остаться на месте.

– Я могла бы поговорить с Закари, – сделав над собой усилие, продолжила она. – Может быть, тогда мы могли бы… – Нет, это выше ее сил! Не может она сказать «пожениться», когда он смотрит на нее так, словно для себя уже все решил и ее мольбы ничего не изменят. – Пожалуйста, помоги мне! – прошептала она, глядя на Аарифа умоляющими глазами. – Я ведь тебе не безразлична, правда? Ты сам об этом говорил. – Она сглотнула и подавила подступившее к горлу рыдание. Глубоко вздохнув, Калила шепотом задала тот единственный вопрос, от которого теперь зависела ее жизнь: – Ведь ты меня любишь, правда?