Трилогия о Драко: Draco Dormiens, Draco Sinister, Draco Veritas - Клэр Кассандра - Страница 307

— Что-то вроде того, — пробормотал Драко, думая о Гарри.

— Совсем другая личность, такая же сильная, как и ваша собственная. Итак, что же мы имеем? Отличный ум, острый… Хитрости хватит на двоих. Лишку высокомерия. Неуверенность, прекрасно сочетающаяся с храбростью. О, я вижу, вы знакомы и с потерей, и с разочарованием. И верны. Тверды, как сталь. Вы никогда не бросите тех, кого любите, прочие для вас просто не существуют. И все, для чего вам они нужны, — просто использовать для достижения своих целей. Ха! — Драко подскочил, когда в ушах у него зазвенел смех. — Вы просто ходячее противоречие, юный мистер Малфой, — давненько не видела я такого любопытного склада ума…

— Спасибо, — несколько безразлично поблагодарил Драко. — Так что — вы бы отправили меня… В смысле, вы бы…

— Что бы я? Отправила бы я вас в Слизерин? Могла бы — у вас для этого достаточно хитрости. Как и ума — для Равенкло, верности — для Хаффлпафф, смелости — для Гриффиндора. Весь вопрос в том, мой милый мальчик, захотел бы ты сам быть распределен в Слизерин?

— Не знаю, — прошептал Драко и добавил с неожиданной вспышкой раздражения, — это же твоя работа, а не моя!

— О чем ты?

— О том, куда меня определить!

— Когда вы были ребенком, возможно, вам и был нужен кто-то, кто бы определил ваше место. В ваши годы вы должны знать это сами.

— Ну, так я не знаю! — прорычал Драко и в приступе разочарования сдернул с головы шляпу. — Думаю, мне стоило хорошенько подумать, прежде чем цеплять на голову всякую болтливую галантерею, — добавил он, швыряя Шляпу через кабинет.

Та приземлилась прямо у ног незаметно и тихо вошедшего Альбуса Дамблдора.

— Ради Бога, — произнес тот, — не стоит так обращаться с этой Шляпой — в этом нет никакого смысла: она все равно не чувствует боли.

Драко виновато поднял глаза на безмятежно взирающего на него директора:

— Вы хотели меня видеть, профессор?

— Да. Почему вам не присесть за мой стол? — предложил Дамблдор, и Драко подчинился, устроившись напротив директора, усевшегося в темно-синее кресло с высокой спинкой и подперевшего подбородок рукой. Драко собрался с силами, чтобы не отвести взгляд от глаз директора — те были так пронзительны, что Драко показалось, что его собственная голова состоит из стекла.

— Итак, юный мистер Малфой, — лучше, чем выяснять у вас причины, зачем вы пошли на вершину Северной башни и с кем намеревались там встретиться… Нет, — поднял он руку, увидев, что Драко собирается что-то сказать, — я прекрасно знаю, что вы не встречались с Гарри.

— Ну, — протянул Драко. Если в мире и был кто-то, кто лишал его способности быстро реагировать на задаваемый вопрос, так это точно был Дамблдор, — если вы не собираетесь спрашивать об этом, о чем же вы собираетесь у меня спросить?

— Я хотел тебе кое-что вернуть, — пояснил Дамблдор. — Кое-что, что ты потерял.

— Да? — заинтересовался Драко.

Дамблдор протянул руку, и глаза Драко полезли на лоб: в центре морщинистой ладони что-то темно блеснуло — ониксовое кольцо в форме грифа.

— Мое кольцо, — без выражения произнес Драко, протягивая к нему руку. — А я-то думал, что я его потерял.

— Так и случилось, — кивнул Дамблдор. — На вершине Северной башни.

Драко машинально стиснул кольцо в кулаке. Я не должен был показывать, что оно мое…

— Я знаю, что оно принадлежит тебе, Драко, — словно почитав его мысли, заметил Дамблдор. — С того самого мига, как мне его передал Чарли: я много раз видел это кольцо на руке твоего отца — еще когда он был в школе, видел его на руке твоего деда Юлиуса. Твой отец носил его, не снимая, — я был удивлен, что он расстался с ним.

— Он сказал, что пришло мое время носить его, — Драко надел кольцо на палец. — И сказал, что я стал настоящим Малфоем.

Дамблдор качнулся вперед, пристально и мягко глядя на Драко:

— Ты хочешь мне еще что-то сказать?

Поколебавшись, Драко отрицательно качнул головой:

— Нет, профессор.

— Полагаю, что с моей стороны неуместно спрашивать тебя, — произнес Дамблдор, буквально пронзая Драко своими яркими, мягкими, но печальными синим глазами. — Думаю, что ты заметил… некоторые изменения с Гарри?

Драко опустил глаза к своим рукам. Сквозь окно лился слабый свет, в котором кожа буквально просвечивала. Он вспомнил кладбище — там ему показалось, что свет проходит сквозь Гарри.

— Заметил, — ответил Драко, внезапно ощутив, что словно предает Гарри, хотя всего-навсего сказал вслух одно слово. — Однако вам лучше поговорить об этом с кем-то, кто с ним близок, — с Гермионой или Уизли, например…

— Нет никого, кто был бы ближе ему, — возразил Дамблдор. — Ближе тебя. Хотя, думаю, они смогли бы защитить его в случае необходимости. А ты?

— Защитить? От чего?

— А разве это имеет значение?

Драко поднял взгляд:

— Думаю, нет. Конечно, я должен сделать то, что должен, — он поерзал на своем стуле. — Но я попробовал поговорить с ним, но он ответил… словом, я не знаю, что я могу сделать. Но если это в моих силах, я сделаю это, — и Драко в упор взглянул на Дамблдора, кто единственный (кроме Сириуса, не знавшего, тем не менее, подробностей) знал, что именно он видел, когда умирал. — Я причина этого, да?

— Ты не вызвал эту ситуацию, ты просто выявил ее. Наверное, ты считаешь, что должен все исправить, — однако ты не можешь и думаешь, что из-за этого он будет тебе не рад. Ты не можешь встать между ним и его страданием, слишком все это сложно и необычно для Гарри. Счастье похоже одно на другое, беды и горести все разные. Ты можешь понять, что значит потерять родителей, как Гарри, — ведь в некотором смысле ты никогда их не имел. Однако тебе не понять этого восхищения и идеализации этих несуществующих родителей, вложения в них всего добра мира. А потом вдруг обнаружить, что они, кому ты так обязан, все их муки и покой и их спасение от того состояния, в каком они сейчас, — легли тебе на плечи — а у тебя нет ни малейшего представления, как все это исполнить.

— Не надо, — Драко с грохотом поднялся, уронив стул, — это моя вина.

— Было бы странно, если бы это было так, — мягко покачал головой Дамблдор, взмахом руки возвращая стул в нормальное положение. — Однако я предполагал, что ты можешь так думать, а потому мое предисловие было чуть длиннее. Все дело в том, что я должен кое-что тебе сказать, я собирался это сделать уже очень давно.

— Что-то обо мне? Или о Гарри — удивленно переспросил Драко.

— Что-то, что вас обоих не касается, хотя, с другой стороны, имеет отношение к тому, что вас связывает.

Прекрасно, — подумал Драко, — может, вы будете изъясняться еще неопределенней? Однако вслух он сказал совсем другое:

— Это важно?

— Да, — кивнул Дамблдор. — Это важно.

Сердце Драко гулко заколотилось у него в груди.

Он почувствовал, что это и вправду что-то важное и, может быть, даже что-то плохое. Взгляд на лицо Дамблдора только подтвердил его подозрения.

— Что плохое случится с Гарри? — быстро спросил он. — Я бы предпочел не знать об этом, если вы не возражаете.

— Не знать? Почему? — удивился Дамблдор.

— Потому что не хочу стоять перед выбором, сказать ему об этом или нет, — Драко на мгновение замер, засунув руки в карманы и глядя в упор на Дамблдора, и все же взорвался, — разве мало того, что с ним произошло? Что — должно еще что-то случиться?

Дамблдор ждал, пока Драко успокоится и затихнет.

— Гарри сильный, — наконец заговорил он. — И многое может выдержать. А с чем он не справится в одиночку, вы справитесь вместе.

— С Роном, Гермионой и Сириусом, — закончил Драко.

— Но все это надо держать от них в секрете. Это ваш секрет, — Дамблдор махнул рукой в сторону стула, и Драко замер. — Присядьте, пожалуйста, мистер Малфой, и послушайте меня. Итак, прежде чем вы помчитесь вслед за Гарри на поиски возмездия, вам стоит кое-что узнать…

Игра должна была начаться уже десять минут назад, когда Гарри, оставив свою команду дожидаться около раздевалки, выскользнул поговорить с мадам Хуч. Через мгновение он вернулся в немного растрепанных чувствах и окинул взглядом взволнованную команду, топчущуюся в глубоком, по щиколотку, снегу у расчищенного поля, которого не было видно из-за высокого ограждения. Симус со скучающим видом прислонился к стене раздевалки, Рон играл застежками своих протекторов.