Своевременное вмешательство - Громова Л. - Страница 23

— Про мужчину, который меня обожает. — Рози нахмурилась. — Мама, я должна сделать тебе одно признание. — И, поколебавшись, уточнила: — Два признания.

Фло задумчиво коснулась рукой ее подбородка.

— Дай-ка я угадаю. Вы со Стивом поженились, потому что ты была беременна. И Стив — не отец ребенка.

Глаза Рози расширились:

— Как ты догадалась?

— Видишь ли, я знаю Стива и знаю тебя. Но не была уверена, пока ты не поведала о своей беременности. Тогда все встало на свои места.

— Почему ты не сказала мне, что знаешь?

— Ты же всегда протестовала против того, чтобы я вмешивалась в твою жизнь.

— А папа… знает? — спросила Рози.

Фло отрицательно покачала головой:

— И не вижу причин сообщать об этом ни ему, ни твоим братьям.

— Почему?

— По той же причине, по какой Стив заверил нас в том, что он отец ребенка: чтобы наши мужчины не наделали глупостей.

— А есть что-нибудь, чего ты не знаешь, мам?

Фло кивнула:

— Да. Например, почему ты сейчас плачешь, дочь.

— Стив не любит меня, мама.

— Как ты ошибаешься!

Рози яростно прошептала:

— Ты путаешь с любовью всего лишь жалость. Фотографии — лучшее тому доказательство.

— Доказательство тому, что я была права насчет Вэйна. Вопрос только в том, почему Стив решил это сделать.

— Ты наняла его, чтобы выследить Вэйна.

— Ничего подобного! Стива никто не просил собирать эти материалы! Он действовал по собственной инициативе.

— Но почему?

— Розмари, ты же не глупа. Не понимаю, почему такие очевидные вещи ставят тебя в тупик. Он любит тебя.

— Ты ошибаешься, мама. Он ни разу не говорил о любви.

— А ты сказала ему, что любишь его?

— Ну… — От близкого, в упор, взгляда матери Рози заерзала, потом тихо призналась: — Нет.

— Дала ты ему как-нибудь знать о своих чувствах?

— Нет, мама.

— Итак, ты страдаешь из-за того, что он не умеет читать твои мысли! — Фло возмущенно посмотрела на дочь и продолжала: — Ты младшая и самая избалованная из всех пятерых детей. Кроме того, остальные четверо — мальчишки, и они обожают тебя. Всю свою жизнь ты получала все, что хотела, и тебе не приходилось об этом просить. А в тех нескольких случаях, когда это было не так, удалялась в свою комнату и там дулась. Довольно некрасиво, дорогая. Почему он должен брать на себя инициативу?

— Потому что он мужчина.

— Да, но мужчина, которого отвергли те, кто должен был любить больше всех, — его родители. Да горят их души в аду! — гневно пожелала Фло. — Он не мог рисковать, обнажая перед тобой свои чувства. Если бы и ты его отвергла, это его уничтожило бы.

— Я никогда не причинила бы ему боли! — пылко возразила Рози, подтянула колени к груди и обхватила их руками. — Не думаю, что риск так уж велик. Это обеспокоит его только в том случае, если он любит меня.

— Я теряю терпение, Розмари. Если бы он тебя не любил, ни за что бы на тебе не женился и не представился бы всем отцом твоего ребенка. Да тебе бороться за него надо! — И наклонилась ближе. — Хочу рассказать тебе один секрет. Прежде чем я вышла замуж за твоего отца, он встречался с кем-то еще. Я-то уверена была: он именно тот человек, с которым я хочу создать семью. И я убедила его бросить своих подружек — ведь я любила его больше, чем когда-либо смогли бы они.

— Мама!..

— Суть дела в том, что надо бороться за своего мужчину. Стиву нужно знать, что ты любишь его так же сильно, как он любит тебя!

Рози собралась что-то возразить, но Фло добавила строго:

— И это всегда было написано на его лице. А помнишь, как он поколотил Томи Кендерсона, когда тот столкнул тебя с велосипеда? А когда тебе было десять лет, тайно соорудил в твоей комнате ночник, чтобы мы не знали, что ты не спишь и читаешь? За время вашего общения слово «нет» ни разу не появлялось в его словаре. Он сделает все, чтобы ты была счастлива! Он любит тебя, Рози. Он всегда тебя любил.

Рози слушала эти слова со странным чувством — будто какой-то плотный туман вдруг рассеялся перед ее глазами и она стала видеть вещи в их истинном свете.

— Мне кажется, мама, я всегда это знала, просто боялась поверить. Знаешь, как мучилась из-за этого все годы? — (Мать понимающе кивнула.) — Каждый раз, когда мы могли с ним сблизиться, я отталкивала его.

Фло задумчиво посмотрела на дочь.

— Здесь что-то связано с Ником. Точно еще не знаю, что именно. Но моя следующая миссия — выяснить это и помирить их со Стивом.

— Постараюсь избавить тебя от этого беспокойства, мама.

Ширма сдвинулась в сторону — в двух шагах от кровати стоял Ник…

— Ты… ты здесь давно, Ник? — спросила Фло.

— Достаточно, чтобы понять, что я вел себя как последний придурок.

— Это бывает, сынок. Но ты себе льстишь. — Фло посмотрела на него. — Не стану уточнять, как именно ты вел себя в присутствии сестры. Она же еще не оправилась после родов.

— В общих чертах я понял, мама. — Ник повернулся и взглянул на спящую малышку. — Она бесподобна, моя маленькая племянница!

Рози улыбнулась:

— Ну и как тебе?

— Быть дядей? Да прямо-таки здорово! Сколько же придется ждать, пока я смогу прокатить ее на всех каруселях в парке…

— Нет, я имела в виду не это, разве ты не понял? Как тебе наши новости? Как будешь теперь выкручиваться?

— Так же, как стараюсь делать все в этой жизни, — с достоинством и благородством… — Взгляд его стал серьезным, он наклонился и поцеловал сперва мать, потом Рози. — До встречи!

— Куда ты идешь? — в один голос спросили обе женщины.

— Выполнять свою миссию, — улыбнулся Ник.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Стив оглядывал свое жилище, недоумевая: что, собственно заставило его приехать сюда, а не в квартиру Рози? Его апартаменты, хотя и не слишком просторные, занимали три этажа. Внизу — кухня, гостиная и столовая; весь второй этаж — большой зал, которым он почти никогда не пользовался; на третьем — четыре спальни. Стив окинул свой дом беглым взглядом и удивился: почему все это уже не кажется ему знакомым, привычным, удобным… Причина тут только одна, ее имя — Рози.

Рядом с ней он где угодно чувствует себя дома. Здесь она еще никогда не была, кроме того вечера, когда случайно застала у него другую женщину. Да будь на то его воля, ни одна женщина, кроме нее, никогда не переступила бы порога его дома!

Внезапно раздался звонок в дверь, Стив вздрогнул, невольно подумав: беда не приходит одна. Кто бы это мог быть? Все его мысли о Рози, о предстоящей разлуке с ней… Ему надо побыть в одиночестве, попытаться справиться с этим. Тот, кому понадобилось отыскать его здесь, едва ли принес хорошие новости. Стив отворил дверь и замер на пороге: ожидал кого угодно, но только не этого человека — перед ним стоял Ник. Овладев собой, Стив расправил плечи, закрыв ими весь дверной проем.

— Что тебе надо?

— Ты не предложишь мне сначала войти?

Стив отступил в сторону. Подождал, пока Ник прошел, с шумом захлопнул входную дверь: пусть соседи на всякий случай знают, что у него гость. Трудно судить, чем кончится этот визит; хозяин прошел вслед за незваным посетителем в гостиную.

— Как ты узнал, где найти меня?

— Тебя не было на квартире, вот я и подумал, что ты здесь.

Итак, Ник приложил некоторые усилия, чтобы отловить его. Хотя для него это не очень трудная задача, он слишком хорошо его знает. Но ради чего? Стив с недоумением смотрел, как его друг засунул руку в карман плаща и красивым жестом извлек оттуда сигару.

— А это еще зачем? — озадаченно спросил он Ника.

— Очень полезная вещь. Непременный атрибут отцовства! Существует обычай, согласно которому человек, становясь отцом, предлагает сигары своим лучшим друзьям и ближайшим родственникам. Ты мог об этом и не знать, но я-то знаю прекрасно. Ведь и к крестным отцам это тоже относится.

— Ты станешь крестным отцом ребенка? Рози мне ничего об этом не сказала!

— Она сама еще не знает. Но решение старшего брата — закон.