Затерявшиеся во времени - Кларк Саймон - Страница 58

– Пока вы занимались своими, без сомнения, очень важными делами, я пытался расспросить туземцев. – Он прикоснулся к губам кончиком салфетки. – Особенно тщательно я расспрашивал их о бродягах, которых в этих краях предостаточно.

– И...

– И тут их целая троица. Они прожигают жизнь под кличками: Вонючий Джо, Жаба Гилберт и мистер Сикспенс. Их настоящие имена один Бог ведает. Горожане дали им эти кликухи много лет назад.

– Вам удалось получить их описания?

– Я сделал кое-что получше. Кому-нибудь угодно еще чаю? – Карсвелл налил себе чай, его зрачки с бешенством сверлили коричневую жидкость, струившуюся из носика чайника в чашку. – Помните, джентльмены, не жалейте молока, иначе, боюсь, у вас вода начнет выступать прямо из глаз. – Он отхлебнул из своей чашки. – Итак... трое бродяг. Жаба Гилберт сидит сейчас как раз против нас на торговой площади. Он рыщет там в поисках гнилых фруктов и овощей.

Джад вытянул шею, чтобы видеть получше.

– Не утруждайте себя, – предостерег его Карсвелл. – Это не наш человек. Ему около семидесяти, он в совершенном маразме – ну просто полный идиот. Можем мы исключить и Вонючего Джо. Он африканец и лыс, как колено. – Карсвелл замолк, чтобы глотнуть еще чая. – Вонючий Джо. Явно в сороковых годах никто не боялся обвинений в расизме.

– Значит, остается лишь тот, которого кличут Сикспенс. Вы его видели?

Карсвелл опять щелкнул пальцами, и служаночка тут же подбежала к нему.

– Дженни, мистер Сикспенс. Как он выглядит?

– Опять вы о нем, сэр? – Девочка застенчиво улыбнулась. – Ради Бога, зачем вам снова надо говорить о нем, сэр?

– Для моих друзей. Вот этих. Я уже говорил тебе, что мы бригада медиков, которые выясняют те ужасные и крайне тяжелые условия, в которых живут такие вот джентльмены с большой дороги. Ну, так что же о мистере Сикспенсе, Дженни?

– Ну, он носит оранжевый комбинезон... впрочем, может быть, это такая у него летняя куртка, я не уверена. Галоши. У него рыжие волосы. Они торчат вот так. – И она показала на собственной головке, как выглядят нерасчесанные патлы бродяги. – Его зовут мистером Сикспенсом, потому что, когда бы вы его не встретили, он всегда спрашивает: «Сикспенс? Есть ли у вас сикспенс?», а потом уходит и бормочет...

Официанточка все еще говорила, а Карсвелл переводил взгляд с Сэма на Джада, подняв брови и будто говоря: «Мы нашли того, кто нам нужен, верно?»

Найти Ролли оказалось довольно легко. Они увидели, как он бредет по одной из задних улочек Кастертона, прижимая к груди большой пакет из бурой бумаги. Его спутанные рыжие патлы казались коллекцией туго закрученных штопоров, а колени и локти оранжевого комбинезона были измазаны травяной зеленью. Сэм подумал: а не падал ли бродяга ниц на какой-нибудь лужайке, чтобы вознести хвалу Господу?

Карсвелла тонкости общения не тревожили. Он просто схватил Ролли за локоть, когда тот проходил мимо. Вид Карсвелла полностью соответствовал роли детектива, производящего арест подозреваемого.

– Отпустите его, Карсвелл, – сказал Сэм. – Он ни в чем не обвиняется.

– Ну, если он наша единственная надежда убраться из этой безумной круговерти и скачков сквозь время, то я не могу позволить ему проскользнуть у нас сквозь пальцы.

– Карсвелл... Нам нужно добровольное сотрудничество мистера Ролли.

Недовольный Карсвелл пожал плечами, будто говоря: «О'кей, вам кажется, что вы лучше разбираетесь в этих делах, но не просите у меня помощи, если он удерет».

– Мистер Ролли, – быстро вмешался Сэм. – Вы меня помните?

– Вы из ямы, из Недреманного Ока. Я помню. Я помню. Помню... – Он как бы выпевал эти слова, положив их на странную пульсирующую мелодию, незатейливую и быструю. – Я сказал вам, что вам всем следует уйти подальше от ямы. Иначе вас интегрируют, вы сольетесь, вас превратят в фарш, надо слушаться...

– Интегрируют? – Сэм вспомнил человека с птицей, которая проросла через его щеку. – Вы хотите сказать, что каждый раз, когда происходит прыжок во времени, кто-то из нас подвергается опасности срастись с чем-то, что занимает то же пространство, что и материализующийся человек?

– Именно... И что поток времени стал дырявым проводником, ох каким дырявым... Лиминалы[12]разбегаются. Они стремятся удрать в сюда и в теперь. – Ролли даже смешливо хмыкнул, хотя его глаза не отрывались от лица Сэма. – Так сколько же времени... сколько его осталось до того дня, когда Робин из Гринвуда въедет на торговые улицы завтрашнего года? И сколько его пройдет, пока вы встретитесь с Цезарем у стойки Макдональдса? Биг-Мак, Кровавый-Мак, Мертвый-Мак... Извините, мой язык скользок как угорь. Он забегает вперед очень, очень быстро. – Ролли глубоко втянул воздух, чтобы успокоиться. – Теперь моя кровь бурлит... Спасение... Спасение – Господом мне поручена забота о спасении... – Он сделал несколько мелких шажков, будто боялся опоздать на важное свидание. – У меня есть дела и в других местах.

– Стой! – закричал Карсвелл. – Мы с тобой еще не покончили. Нам надо знать, как можно соскочить с этого проклятущего конвейера обратно в историю. И, что еще важнее, нам необходимо вернуться обратно в свой 1999 год. Ты понимаешь, в тысяча девятьсот гребаный девяносто девятый! Я приказал тебе стоять!

Что-то бормоча себе под нос, Ролли попятился. Ему очень хотелось уйти. Карсвелл не колебался. Он схватил бродягу за локоть, стремясь остановить его и не дать убежать. Пакет Ролли упал на землю.

Сэм взглянул вниз и увидел, что из пакета выкатилось около дюжины коричневых бутылочек с пилюлями. Были там и стеклянные ампулы с желтоватой жидкостью.

– Это еще что такое? – неприятным голосом спросил Карсвелл.

– Пожалуйста, ради Небес Господних, ради сладчайших Небес Иисусовых... это для моих соседей... они мне совершенно необходимы...

– О чем этот кретин болтает?

– Извините меня, сэр! Когда я бываю в мире... в сегодняшнем мире, мой язык болтается слишком быстро, слишком быстро, так быстро, что голова и мысли не успевают за ним...

Джад присел на корточки и стал собирать ампулы обратно в пакет. Поглядел на бутылочки с таблетками. «Пенициллин». Пакет он вернул Ролли.

– Благодарю вас, сэр. Нужда в этих вещах огромная. Они необходимы, притом немедленно. – Ролли снова сделал попытку уйти, нервно прижимая к груди свой пакет.

– На что они тебе? – не отставал Карсвелл. – Тут их достаточно, чтобы открыть целую аптеку!

– Это не наше дело, Карсвелл, – сказал Джад. – Полагаю, у мистера Ролли есть свои соображения.

– Так оно и есть, сэр. Так оно и есть.

Карсвелл издал одно из своих раздраженных хмыканий.

– Целый день мы потратили на его поиски. И все ради того, чтобы на него любоваться! Это ж просто бродяга! Ничего больше – вонючий бродяга, и все тут! Да еще сумасшедший, как мартовский заяц! – Глаза Карсвелла горели опасным огнем, рука тянулась к пистолету, лежавшему в кармане. На какое-то мгновение Сэму показалось, что сейчас Карсвелл вытащит пистолет и уложит Ролли прямо на улице.

– Подождите, – очень спокойно сказал Джад Ролли. – Я понимаю, что вы торопитесь. Но нам необходимо поговорить с вами. Только поговорить. Поверьте, что это очень важно.

– Времени нет. Страшно сожалею. – Ролли говорил быстро, будто нанизывая слова на одну звуковую нить. – Мне надо торопиться. Очень. Очень. Умирают дети. Множество умерло. Быстро. Появляются нарывы. Здесь и здесь. – Свободной рукой он указал на подмышки и низ живота.

– Бубоны? – удивленно спросил Джад. – Пенициллин для них?

– Да.

– Пожалуйста, разрешите помочь вам.

Легким отрицательным движением головы Ролли отказался.

– Нет... нет...

– У нас машина. Мы можем довезти вас куда надо.

– Ха! – Это было скорее выражение отрицания, чем смех. – Ваша машина так далеко не ездит.

– Мистер Ролли, – убеждал его Джад. – Мы очень нуждаемся в вашей помощи. Нельзя ли нам встретиться попозже? Все, что нам надо, – это поговорить с вами.