Вампиррова победа - Кларк Саймон - Страница 63

И снова Дэвид ответил профессиональным «говорите-доктор-слушает» кивком.

— Официальной причиной смерти был назван сердечный приступ.

— Но ты оспаривала это.

— Я никому этого не говорила. Но я знала, что моя мать умерла от страха.

Дэвид кивнул.

— И ты упоминала о том, что сама слышала шум в подвале?

— Да, слышала, — согласилась хозяйка гостиницы. — Иногда его слышно даже на втором этаже. Отчаянный стук, словно кто-то бьется о дверь, чтобы его впустили.

— Ты проверяла, это не дети балуются?

— Поверь мне, Дэвид, это не дети. Шум, который слышу я, — тот же самый, который слышала моя мать, тот же самый, что напугал ее до смерти.

— Но это еще не подтверждение истории об армиях вампиров, ждущих под землей приказа выйти маршем на поверхность и... и совершить бог знает что.

— Нет. Но ты понимаешь, что я делаю? — Она смахнула упавшую на глаза прядь иссиня-черных волос. — Сегодня я одну за другой выкладываю карты на стол. Иными словами, я хочу предоставить тебе достаточно доказательств, чтобы ты сделал собственные выводы.

— Ты слышала шум в подвале, — мягко ответил Дэвид. — Я верю тебе, Электра, но что это доказывает?

— Протерпи немного. Бернис, что происходит с тобой?

Бернис обхватила себя руками, как будто ей было холодно.

— Я почти не сплю по ночам. Более чем что-либо, я чувствую абсолютную, глубочайшую уверенность в том, что здание... что город заражен чем-то. Такое ощущение, что какая-то злая сила только и ждет шанса вырваться на свободу.

— Бернис, сможешь рассказать Дэвиду о видеопленке, которую ты нашла?

— Я нашла ее в чемодане в Гробике. Гробик — это кладовка, где Электра хранит утерянные вещи или, что случается чаще, вещи, просто брошенные постояльцами.

Дэвид почувствовал, что снова кивает.

— Ты говорила об этом раньше.

— Ну... там я нашла видеопленку, знаешь, какие снимают маленькими ручными видеокамерами? На пленке — предварительный монтаж путевых заметок, которые снимал американец. Я знаю только, что его зовут или звали Майк Страуд. Ну... короче говоря, он снял номер в этой гостинице. Мой номер, думаю. — Она взглянула на Электру в поисках подтверждения. Та в ответ сдержанно кивнула. — Он, так же как и я, был убежден в том, что по ночам кто-то бродит за дверью его комнаты — взад-вперед по коридору и так всю ночь напролет. Он чувствовал, как эта уверенность проникает ему в кровь, будто какой-то вирус. Я тоже это чувствую. — Не переставая говорить, Бернис напряженно сжала кулаки. — Я привыкла баррикадировать дверь, придвигая к ней бюро. Я чувствовала, что это нечто за моей дверью — что бы это ни было, — протягивает щупальца в мой мозг, зовет меня выйти в коридор.

— В общем, — продолжала она после глубокого судорожного вздоха, — этот американец, Майк, решил поймать это... этого ночного преследователя на пленку. Однажды ночью он установил видеокамеру так, чтобы она засняла то, что произойдет, когда он откроет дверь.

— Что произошло?

— Он именно так и сделал. Он открыл дверь, потом... — Она прижала руку ко рту. — Что-то схватило его и вытащило в коридор. — Она с трудом сглотнула. — Дэвид, пленка у меня наверху. Я могу принести ее, если хочешь.

— Может быть, Бернис. — Он потер лицо и вздохнул. — Электра, тебе известно что-нибудь об этом Майке... Майке? — Он поглядел на Бернис, чтобы та назвала фамилию, выскочившую из его раскалывающейся головы.

— Страуд.

— Тебе известно что-нибудь о Майке Страуде?

Электра в ответ выразительно пожала плечами.

— Он поселился здесь на три дня. Исчез через два, не заплатив по счету. Все, что мне известно, это то, что он был американцем и оставил анонимные пожитки, которые я убрала в Гробик. Было это два года назад.

— Ты хочешь сказать, что он исчез с лица земли и никто и никогда о нем не спрашивал. Не наводил справок?

— Нет.

— Ни друзья, ни семья?

— Ни единая душа.

Дэвид снова вздохнул. Боль в голове пульсировала все сильнее.

— Видел ли кто-нибудь что-нибудь дурное... из ряда вон выходящее... ну, называя вещи своими именами, видел кто-нибудь монстра?

Все трое, не отрываясь, глядели на него..

— Так видел кто-нибудь? — нажал Дэвид.

— Только один-единственный человек, — медленно произнесла Электра и указала на Дэвида. — Ты.

Он покачал головой, губы его растянулись в недоверчивой улыбке.

— Вообразил себе? Мне приснилось? Как хотите, так и называйте.

— И есть еще то, что случилось вчера ночью, — сказала Электра. — Пара из номера 101. Что стало с ними?

Дэвид отпил кофе.

— Электра, ты же сама сказала, что они чрезмерно увлеклись какой-то сексуальной игрой. С чего это ты запела по-иному?

— Потому что прошлой ночью осознала, что слишком долго отрицала правду. Хотя мое признание и запоздало, но я знаю, что настало время выложить все начистоту и рассказать, что происходит.

— А что происходит?

— Многие годы из гостиницы пропадали постояльцы. Сотню лет мы, то есть Чарнвуды, замалчивали происходящее. Мы цокали языками, мы делали вид, что постояльцы просто сбежали, не заплатив. Мы складывали их пожитки в кладовку под лестницей. И мы так удобно обо всем забывали.

— Разве в дело не вмешивалась полиция?

— Временами, но не так часто, как ты думаешь. Если исчезает совершеннолетний человек и нет особых причин подозревать нечестную игру, они не слишком стараются. Если ты мне не веришь, попробуй пойти в полицейский участок и заявить о чьем-нибудь исчезновении.

— Ладно, и что же случилось с этой парочкой прошлой ночью?

— Что-то — и я правильно выбрала слово: не кто-то, а что-то — пробралось в гостиницу и напало на них. — Электра смотрела ему прямо в глаза. — Что-то жаждало их крови. В буквальном смысле.

— Да ладно тебе, — запротестовал Дэвид. — Не можешь же ты говорить всерьез?

— Поверь мне, я совершенно серьезна.

— Но кто или что жаждало их крови?

— Те существа, которых ты видел в пещере много лет назад.

— Вампиры.

— Да. — Электра сдержанно кивнула. — Да, за отсутствием лучшего слова, вампиры.

— Но, правда же. — Дэвид поднял обе руки, взывая к здравому смыслу. — Вампиры?

— Вампиры. Или если хочешь — вампироподобные существа. Иными словами, существа, обладающие определенными свойствами, которые обычно приписывают вампирам в фольклоре. Принимая во внимание, что существа у нас в Леппингтоне происходят не из Трансильвании, сомнительно, что их побеспокоят чеснок или распятия. Но, как я уже сказала, они вампироподобны. Они передвигаются по ночам. Они не старятся, как мы, и они не умирают. И они питаются кровью.

Качая головой, Дэвид потер виски, потом сказал:

— И эти вампироподобные существа выкрали парочку из номера 101, чтобы выпить их кровь?

— Не совсем так. Думаю, что те, кто пробрался вчера в гостиницу, это были просто добытчики, фуражиры, если хочешь. Они утащили парочку к другим, которые обитают — за отсутствием лучшего слова — под землей.

— Как если бы собирали скот для фермера?

— Можно сказать и так.

— Электра. — Дэвид потряс головой. — Господи, так странно, все... так странно...

— А теперь твой дядя с помощью динамита сломал ворота, которые все это время держали их, как в клетке... — Медленно пожав плечами, она оставила фразу незаконченной.

— Так что понимаешь, Дэвид, — испуганным голосом произнесла Бернис. — Ты должен нам помочь.

— Почему я?

— Это же очевидно. Ты — единственный, кто может помочь, — сказала Бернис. — Ты — последний из Леппингтонов.

— Неверно.

— Твой дядя в больнице, и потом, это ведь он их освободил.

— Есть еще мой отец.

— Плывет на яхте в Грецию.

— Сдается, он практически умыл руки, отвернулся от этого города, как по-твоему?

Дэвид обнаружил, что дрожит с головы до ног. Рациональная сторона разума — опоздавшая к началу фронтальная доля мозга, развившаяся за последние тридцать тысяч лет, — та, что была вместилищем рационализма и способности учиться, и логики, и мышления Hoвогo Времени, настойчиво повторяла: Дэвид, не слушай этой суеверной чепухи. Эти трое совсем помешались. Они и впрямь верят в нелепую сказочку. Собирай вещи. Уезжай отсюда.