Любовная петля - Кларк Луиза - Страница 59

– Алиса?

Она появилась из густых зарослей, и при виде ее Филипп усмехнулся. К амазонке прилипли листья, а волосы спутались, цепляясь за ветви. Хотя ее лицо было мрачным, она с обожанием посмотрела на него.

– Вы слышали?

– Большую часть, – ответила она, счищая обломки веточек со своей бархатной юбки. Она изучающе посмотрела ему в лицо:

– Пруденс угрожает смертельная опасность?

Он кивнул:

– Инграм не оставит ее в живых.

Она вздрогнула:

– Филипп, зачем вы сказала Осборну – этому гнусному человечишке, что вы знаете шпионские дела Цедрика Инграма?

Он взял ее за плечи и слегка погладил.

– Затем, чтобы Осборн не был заодно с Инграмом, если тот задумает убить Пруденс, скрывая свою тайну. Дорогая моя, более того, сэр Эдгар Осборн – реалист. Он не заинтересован в Цедрике Инграме, кроме как в агенте. Если Осборн поймет, что Инграм, больше не сможет служить ему, он без всяких угрызений совести уберет его. Но если Осборн уверится в полезности Инграма, то с легким сердцем позволит совершить самое гнусное преступление.

Она печально посмотрела в глаза Филиппу:

– Вы думаете, он сможет убедить Цедрика обменять Пруденс?

– Да. Он приведет Пруденс на место встречи, – Филипп скрыл остальные грустные мысли от Алисы. Осборн мог привести Пруденс на место встречи, но не дать никаких гарантий, что она свободно уедет. Обеспечить ее безопасность было делом Филиппа.

По щеке Алисы скатилась слеза.

– Какой ужасный выбор! Пожертвовать братом или сестрой! Как я могу его сделать?

Филипп осторожно стер слезинку:

– Вам не придется никем жертвовать. Если все пойдет так, как я планирую, Пруденс вернется в Стразерн-холл, Томас успешно отправится к королю, а Инграм будет вознагражден за предательство, как он того заслуживает.

Алиса улыбнулась сквозь слезы, доверчиво глядя на него:

– А это возможно?

– Если нам будет сопутствовать удача и при тщательной разработке, думаю, все удастся.

Она прижалась к нему:

– Теперь все, что я должна сделать, – уговорить папу выслушать вас.

Филипп улыбнулся:

– Он очень рассердился?

Алиса вздохнула:

– Он очень рассердится, когда подумает, что действительно означало мое отсутствие. Вне себя от тревоги за Пруденс он рад был узнать, что я невредимой возвратилась домой. Я не понимаю, что моя записка оказалась немного двусмысленной. Я написала, что мы с вами едем в логово льва, чтобы найти шпиона и заставить его рассказать, где Пруденс. Папа не спал всю ночь, беспокоясь о моей безопасности, а не о чести.

Филипп, желая успокоить ее, погладил по спине.

– Так вот почему вы смогли выскользнуть из дома сегодня, чтобы встретиться со мной.

Она взглянула на него с улыбкой:

– Меня ничто не остановило бы, Филипп, потому что я обещала прийти. Однако, ни папа, ни мама не запретили мне встретиться с вами, хотя я боюсь, мачеха догадалась, что мы стали любовниками. Она сказала, что я выгляжу чересчур довольной. Папы, к счастью, не было, когда она разговаривала со мной, но я уверена, что вскоре она ему скажет. Не знаю, что он тогда сделает.

Еще одна деталь, которую надо обдумать. Сейчас, держа Алису в своих объятиях в лесной тишине, Филипп не хотел думать о том, что он скажет лорду Стразерну. Обдумывание можно было отложить на потом. А сейчас он выбросил из головы все мысли о будущем и наслаждался настоящим.

Он приподнял ее подбородок, предоставляя ей право отстраниться, если она этого не пожелает, но ее губы раскрылись навстречу ему. И он, восторженно припав к ее губам, чуть слышно выдохнул:

– Алиса!

Она потянулась к его голове и привлекла к себе поближе. Их губы пожирали друг друга. Единственное, что нарушало тишину леса, были эти двое опьяненных счастьем людей.

ГЛАВА 17

Для спасения Пруденс Лайтон Филипп разработал такой стратегический план, который по своей скрупулезности не уступал военному. Прежде всего, он определился на местности: выбрал удобное пространство у подножия Фенвикских гор, осмотрел поверхность, не упустив ни одной впадины или каменистого бугорка. Не спеша, он подумал обо всех возможных участниках предстоящей операции. И, наконец, проверил весь свой план на гибкость: случилось непредвиденное – как сработает его проект? Обладает ли он способностью отклониться или же провалится, и, таким образом, приведет к аресту Томаса Лайтона?

Когда он убедился, что его стратегия надежна, то приступил к расстановке сил. Основным действующим лицом был лорд Стразерн.

Филипп навестил его, когда Стразерн был почти обезумевшим от горя: Пруденс и Алиса явились причиной всех несчастий. У него не возникло желания спокойно выслушать человека, который, как он знал, был в союзе с его врагами, не говоря уже о том, что этот самый человек подвергал опасности его Алису, разрушая ее репутацию.

Поскольку участие лорда Стразерна в обмене было решающим, Филипп дал выход его гневу и злости. Когда Стразерн выговорился, Филипп спокойно сказал:

– Лорд Стразерн, мое знакомство с Осборном и его делами – наше огромное преимущество, а не слабость. Это девиз любого военного: знать врага – значит победить его. Сэру Эдгару Осборну не нужна Пруденс; он просто использует ее, чтобы заполучить то, чего действительно хочет, – вашего сына Томаса. Если он поверит, что Томас свободно сдастся, то с радостью вернет нам Пруденс. Если же сочтет, что Томаса поймать нельзя, тогда будет держать Пруденс сколько ему вздумается, пока добьется этого ареста. Поэтому сейчас Томасу надо притвориться, что он сдается добровольно.

Стразерн обеспокоенно посмотрел на Филиппа:

– Я понимаю, что вы предлагаете, Гамильтон, но этот обмен в пользу Осборна. Он будет там со своим отрядом драгун…

– Мы договорились, что обмен произойдет тихо, только в присутствии принципалов, – быстро вмешался Филипп.

Стразерн отмахнулся:

– Осборн вероломный круглоголовый. Он не сдержит своего слова. Поверьте мне, драгуны будут там.

Филипп был склонен согласиться с ним, поэтому не стал оспаривать утверждения лорда Стразерна, а успокаивающе сказал:

– Осборн может привести отряд, но мы будем действовать с элементами сюрприза.

– Неужели?

– Да! – Филипп вспыхнул, и в его голосе зазвучал гнев: – Послушайте, Стразерн! Я знаю Осборна. Более того, я знаю людей его типа. Он всего лишь мелкий функционер при дворе лорда протектора. Ему дали задание, которое он может выполнить, если люди будут действовать по его указке. Он не научен добиваться успеха ценой тщательной разработки и упорного труда, поэтому не пойдет на Фенвикские утесы, не станет исследовать местность, выискивая оборонные позиции и пути отступления, как это сделал я. Он может пойти на утесы, чтобы узнать, где они находятся, но не приложит ни малейших усилий, чтобы, как хороший командир, проработать свою стратегию.

Стразерн хмуро смотрел на Филиппа из-под насупленных бровей:

– Что именно вы предлагаете, Гамильтон?

– На Фенвикских утесах, к востоку, есть заросли деревьев, где нет крутого обрыва. Вы знаете место, о котором я говорю?

Стразерн кивнул.

Филипп продолжал объяснять ровным спокойным голосом:

– Прекрасно. Когда я бродил между деревьев, то обнаружил тропинку, ведущую с горы вниз, на плоскогорье. Эта крутая тропинка немного шире, чем звериная тропа, но человек сможет пробраться по ней без особых усилий. Если внизу будет ждать лошадь, он сможет галопом проскакать до Фенвикской бухты, где сядет в приготовленную лодку и уедет далеко от Западного Истона.

– Ваша идея вполне осуществима, – немного подумав, медленно сказал лорд Стразерн, – но я вижу некоторые слабые места.

– Например?

– Если Томас сможет без труда пробраться вниз по тропинке, то любой преследователь сможет сделать то же самое.

Филипп улыбнулся и кивнул:

– Хорошее замечание, но если Томас первым спустится вниз, он будет в безопасности, потому что там – всего одна лошадь. Если за ним побегут по горе, то преследователи увидят лишь клубы пыли из-под копыт лошади.