Плохая вода (СИ) - Лосева Александра Анатольевна - Страница 48

Стив одного только не мог понять – зачем?

– Стив, может, я все-таки понесу твой топор? – уже в десятый, кажется, раз спросил Ааронн, дождавшись, пока дварф нагонит партию.

– Понеси лучше Иефу, – уже в десятый, кажется, раз буркнул Стив.

– Я уж как-нибудь сама… – уже в десятый, кажется, раз отмахнулась полуэльфка.

– Сдается мне, друг мой Ааронн, – неожиданно вмешался Зулин, – что ты слишком часто смотришь на Стива и слишком редко – под ноги.

– То есть?

– Я хочу сказать, что ты, видимо, забыл, что состоишь в отряде на должности проводника, – сварливо ответил маг. – Мы решили срезать угол, насколько я помню, но, друг мой, мы срезаем его уже третий день! Я понимаю, что мы движемся медленнее, чем обычно, но, даже учитывая нашу черепашью скорость, пора бы уже найти след. Что неясно? Ты проводник? Проводник. Почему ты не ищешь след, вот что меня интересует.

– Основания, – вызывающе бросил Ааронн. – Не вижу веских оснований для подобного вывода. Прости, но я не собираюсь опускаться на четвереньки и нюхать землю каждый раз, когда тебе захочется убедиться в том, что я добросовестно исполняю свои обязанности.

– Ты не ищешь след, – упрямо насупился Зулин. – И это видно невооруженным глазом. Не делай из меня идиота.

– Куда уж больше, – проворчала Иефа.

– Зулин, я не вмешиваюсь в твои магические игрища, поскольку убежден, что каждый должен заниматься исключительно своим делом. Было бы очень мило с твоей стороны, если бы и ты принял эту точку зрения.

– Ааронн, я бы с удовольствием предоставил бы тебе возможность спокойно делать свое дело, если бы ты его действительно делал! Но ты его не делаешь, и я хочу знать, почему!

– Так, – сказал Ааронн и остановился. – Стоп.

Иефа молча скинула со спины рюкзак, подозвала Вилку и уселась на землю. Стив подумал пару секунд и последовал ее примеру.

– Я, кажется, не командовал привал, – злым голосом сказал маг.

– Но ведь вы все равно не сможете как следует переругаться на ходу, – пожала плечами полуэльфка. – А сидя слушать удобнее. Так что давайте, приступайте.

Стив обессилено привалился спиной к ближайшему дереву и подумал, что после такого приглашения он лично ни к чему не приступил бы, но Зулин оказался крепким орешком. Он всего-то минуту испепелял Иефу яростным взглядом, а потом приступил по полной программе, с воодушевлением.

Лекция о вреде расхищения гробниц была жалким лепетом по сравнению с теперешней гневной речью мага, которую без преувеличения можно было назвать шедевром ораторского искусства. Зулин сыпал риторическими вопросами, патетически вскидывал руки, восклицая: "демон Баатора!" или "нонсенс, нонсенс!", трагически опускал голову и понижал тон, произнося: "я мог ожидать чего угодно, но только не этого…" или "это огромное разочарование, огромное…" и вообще совершал много других телодвижений, которые делали его речь необычайно выразительной и яркой. Через пять минут Стив окончательно запутался в хитросплетении посылок и логических выводов, а через десять поймал себя на том, что задремывает и даже начинает тихонько похрапывать.

Иефа задумчиво перебирала пальцами перышки на загривке детеныша и сосредоточенно смотрела на эльфа. По поводу следов ей тоже хотелось задать пару вопросов, но перебивать мага было опасно – от возмущения он вполне способен был разразиться речью раза в два длиннее.

– … и никто, да, я настаиваю, никто не следит за временем! – бушевал планар. – Более того, когда я позволяю себе вернуть вас в календарную действительность, вы проявляете недовольство! Что ж, позволю себе эту бестактность еще раз! Сегодня двадцать девятое! Три недели прошло!

– Скажи, пожалуйста, Зулин, – неожиданно прервал мага Ааронн. – Неужели ты думаешь, что у нас есть шанс, срезая угол, обнаружить след трехнедельной давности, даже если предположить, что преследуемая нами группа все это время тупо шагала на северо-восток, не меняя направления и на каждом привале вырезая свои имена на стволах деревьев?

– Но… – Зулин запнулся, растерянно посмотрел на эльфа и потер лоб. – Погоди… То есть… Ты хочешь сказать… То есть ты не ищешь след, потому что уверен, что мы его не найдем?

– Нет, Зулин. Я не ищу след, потому что уверен, что мы его найдем.

Иефа удовлетворенно кивнула и усмехнулась про себя: вот тебе и ответ, и никаких вопросов задавать не пришлось. В прочем, ничего другого и ожидать не стоило.

– Объяснись, – сурово потребовал Зулин и наконец-то тоже сел.

– Нечего тут объяснять, – пожал плечами эльф. – Даже если мы решим перезимовать на этой поляне, мы все равно, когда сойдет снег, обнаружим четкий, аккуратный след – просто потому, что кому-то очень нужно, чтобы мы его нашли.

Зулин открыл рот, закрыл его, снова открыл…

– Ты что, хочешь сказать, что все это время, все три недели вел нас по следу, который оставляли специально?! И ни словом об этом не обмолвился?!

– А смысл? – хмыкнул Ааронн. – Ну представь, что я тебе сказал. Ты бы отказался от преследования?

– Конечно, нет! – возмущенно крикнул маг. – Но все было бы принципиально по-другому! Мы были бы готовы…

– К чему?

– Да какая разница?! Мы просто были бы готовы… ко всему! Ты же сделал из нас самых настоящих марионеток, ты позволял врагам беспрепятственно дергать за веревочки, ты…

– Зулин, угомонись, – усмехнулась Иефа. – На счет беспрепятственности – это уже перебор. Ты лучше подумай, как с нами намучились наши бедные… хм… кукловоды. Держу пари, ни один кукольный театр не знал таких придурковатых и непоседливых марионеток. Смотри, нам оставили такой красивый, четкий след, а мы, не будь дураки, сами себя и всех вокруг перехитрили, поперлись на север. Представляешь, как они расстроились? Мало того, что мы изничтожили пяток гоблинов и шамана, которые, полагаю, были у них совсем не лишними, так еще и времени сколько потеряли! Потом, когда бедняги кукловоды наконец-то заманили нас на северо-восточный след, мы опять убрели на север. Я думаю, они здорово перетрусили, когда обнаружили, в какую гадость мы успешно вляпались…

– Ты говоришь так, будто за нами все это время следили, – подал голос Стив.

– А я уже ничему не удивлюсь, – махнула рукой полуэльфка. – Может, и следили. Во всяком случае, мы им здорово порушили все планы, особенно, если для них были важны сроки.

– Да, но зачем? – растерянно спросил Зулин. – Если все это- одна большая подстава, то с какой целью? Чего они добиваются? Что за бред – красть мирогляд, а потом оставлять четкие следы… для чего? Чтобы мы догнали и отобрали? Нет, это вообще сумасшествие какое-то…

– Ой, не могу! – Иефа расхохоталась до слез. – Вы только представьте себе картину: стырили себе гоблины мирогляд, спрятались за какой-нибудь корягой и сидят, ждут, когда мы из города выйдем! А мы день не выходим, два не выходим, три не выходим, мы в это время расследование, блин, проводим, в сыщиков во всю играем! Умереть!

– Иефа! – укоризненно воскликнул Зулин.

– И тут старший гоблин и говорит: "Чегой-то поисковая партия так долго в городе делает? Они, наверное, полные идиоты, так что нужно северо-восточный след почетче оставить, а то не найдут ведь!" – не унималась полуэльфка. – Нет, вы представляете себе – вот оставили они три следа, сидят на развилке в кустах, видят, что проводник следы обнаружил, радуются, а тут этот проводник, чтоб ему пусто было, губки эдак поджимает и говорит важно-важно: "Нам, мол, этот северо-восточный след не нравится, он слишком четкий. Пойдем-ка мы на север!" Главный гоблин в обморок – хлоп! А когда очнулся, так заплакал, сердешный! "Да что ж, – говорит, – они за дубины такие стоеросовые! Да что ж нам теперь делать-то, горемычным?"

– Иефа, успокойся, пожалуйста, – попросил Ааронн.

– И плачет, плачет! – Иефа смахнула выступившие от смеха слезы, перевела дух и снова захохотала. – "Отправьте, – говорит, – отрядец на север, пусть они там тихонько убьются об дерево, чтобы эти идиоты на нужный след наконец-то свернули…" И вот, значит, кинули они жребий, кому помирать идти, а сами носами шмыгают, друг дружку жалеют, а главный гоблин и говорит: "А пошлите-ка еще на юго-запад весточку, пусть тот отряд тоже себя обо что-нибудь убьет, на всякий случай. Вдруг эти кретины решат на юго-запад идти? От них всего можно ожидать!"