Я демон! Что это меняет? - Ткаченко Даниил - Страница 58

– Хватит, а то младшие опять останутся голодными. Свои затраты ты уже возместил, надо и меру знать.

Вот козявка жадная! Голод был согласен с моим возмущением и не торопился укладываться спать возле дара. Кэс’сшео дернула меня за поводок:

– Хватит, кому сказала!

– Это тебе хватит, мелкая, а я большой, мне больше надо!

– Да какой же ты большой? – усмехнулась девчонка. – Четыреххвостый всего лишь! Съел по одному простому на хвост, и хватит.

– Да я в прошлый раз знаешь сколько съел?! Ты бы лопнула!

– Ну, ты и ребенок, – захохотала эта заноза мелкая и выпустила свой Голод. – Считать умеешь?

– По простому на хвост? – дошло до меня.

– У тебя дар просто пустой был после сражения – мне ловчий сказал, вот и поместилось. А сейчас хватит, а то нас к общему столу не допустят.

– Что еще за общий стол?

– Там, где просто едят. – Она насмешливо блеснула глазами. – Или это не твой живот так громко поет?

Черт, точно! Голод мой смирился с малой добычей и улегся охранять дар, а вот в животе начиналась революция кишок, во всяком случае, вопли митингующих уже давно слышались из той гулкой пустоты внутри меня. Есть хотелось страшно!

– А скоро уже этот ваш общий стол?

– Как только я переоденусь, так сразу и пойдем, – заверила меня демоница, и я мысленно застонал: известно, как «быстро» собираются модницы, а тут дело еще и усугублялось всякими подпространствами и стабилизацией полей…

Глава 20

Очередной портал привел нас назад в покои Кэс’сшео, девушка скрылась за завесой Тьмы, а я от нечего делать стал рассматривать окружающую обстановку. Центральное место в просторной комнате занимал длинный извилистый стол из распиленного вдоль ствола дерева необычной черно-стальной расцветки. Сверху и на торцах столешница была идеально гладкая и шелковистая на ощупь, а вот снизу древесный ствол вообще не обрабатывался, и на нем сохранилась кора, похожая на шлаковую накипь в плавильном чане – такая же шершавая и прочная. Массивная столешница лежала на козлах, цельновырезанных, вероятно, из второй половины ствола этого же дерева, и стол производил впечатление дикости, но из-за богатой и необычной текстуры дерева не выглядел слишком простым. Из другой мебели в комнате были только низкие и массивные, похожие на комоды шкафчики из такого же очень тяжелого и плотного дерева и табуреты вокруг стола. В общем, вся мебель была сделана в одном основательном стиле и уставлена сверху самыми разными вещами – от мерцающих кристаллов в кованых подставках, чаш с различной мелочовкой внутри, вроде цепочек, колец или браслетов, до шестиглазого черепа какой-то зубастой твари. На одном из шкафов лежала изящная сабля вместе с ножнами, а также парочка недлинных кинжалов из странного материала, напоминающего кость, но с очень острой, хоть и неровной режущей кромкой. Ничего легковоспламеняющегося в комнате не было. Подушки, разложенные на табуретах и кучами наваленные на толстых чешуйчатых шкурах, застилающих каменный пол в разных частях помещения, тоже были обтянуты негорючими кожами. Такие уголки отдыха отделялись от остального пространства комнаты мерцающими и колышущимися завесами из туманов различной расцветки, которые генерировались несколькими артефактами, лежащими на полу под этими неткаными занавесями. Особенно меня заинтересовала одна, выглядевшая как водопад, бегущий вверх, и я подошел поближе, чтобы рассмотреть непонятную магию.

– Только не прикасайся, – раздался позади голос Кэс’сшео. – Я еще не поставила защитное поле.

– Это вода? – спросил я, рассматривая текущие вверх голубовато-стальные струи.

– Что ты! Эта сгущенная энергия, я закольцевала поток на мощный накопитель, – она указала на кристалл под «водопадом», – а чтобы он не занимал много места, зажала его в складке пространственного кармана. Осталось поставить щиты на проход в карман, но все руки не доходят… да и привыкла уже обходить. А чтобы ты не влез – поставлю сюда что-нибудь.

Подлетел притянутый телекинезом табурет, и Кэс’сшео поставила его перед водопадиком. Мда, правильно говорят, что лень родилась задолго до человека… наверное даже раньше демонов, и поэтому нет ничего более постоянного, чем временное.

– Пойдем, я готова.

Я обернулся. Девчонка опять вырядилась в длинное платье из Огня и Тьмы, а тонкие волосы, одуванчиковым пухом окружавшие ее голову, убрала под костяной обруч с вделанными в него мерцающими черно-красными камнями.

– Ты всегда к обеду так одеваешься?

– Нет, но сегодня особый случай: я собираюсь представить клану своего воспитанника – тебя.

Я попал!

– Слушай, Кэсс, а нельзя ли без этого? Отпусти меня.

От удивления ее глаза расширились, и в них появились красные точки, как зрачки. Белокожая демоница стала походить на эльфийку. Светлую.

– Отпустить?! И куда же ты пойдешь?

– Я связан клятвой души, если останусь здесь, клятва будет нарушена, и я погибну.

Она впилась в меня взглядом, пронизывая им насквозь, до самой души.

– Действительно, клятва…

На мгновение мне показалось, что она согласится и отпустит меня, но… демонам несвойственна жалость, на то они и демоны. Кэс’сшео тряхнула головой и потянула меня за поводок:

– Пошли, если клан признает тебя моим воспитанником, то после Игры, если ты хорошо выступишь, старшие снимут с тебя клятву.

– Девушку, которую я поклялся защищать, могут убить в любой момент, я даже до Игры твоей могу не дотянуть. Отпусти меня!

– Нет, мне надоело, что все видят во мне только ребенка! Я не могу выступить сама, но выставлю тебя, и ты докажешь, что я уже достаточно взрослая, чтобы со мной считались!

Вот эгоистка мелкая, только о себе и думает!

– Она демон, забыл?

– Ты тоже демон, – вспыхнул я, – а о Клэр думаешь!

– Граах, Волчонок, это просто инстинкт размножения! Клэр – хорошая самка.

– Ага. – У меня в голове возник план. – Тогда, может, и у этой пигалицы пощекотать… гм… инстинкты? – И я обратился к Кэс’сшео: – Послушай, Кэсси, дело в том, что та девушка, которой я поклялся, дорога мне, очень дорога. Понимаешь, о чем я?

– Не называй меня так! – Ошейник на горле предупреждающе сжался. – Терпеть не могу, когда меня называют уменьшительными именами. Кэсс еще потерплю, но никаких Кэсси!

– Хорошо, хорошо, только Кэсс и никаких Кэсси! – Да она хоть слышала, о чем я?! – Но ты поняла, о чем я говорю?

– О любви. – Девчонка презрительно скривила губы. – Только я в нее не верю, во всяком случае, в темных мирах любви нет. Ты пришел из срединных миров, где наслушался сказок о спонтанной духовной привязанности, которую низшие существа, далекие от понимания истинной сути магии, назвали любовью. Но это бред необразованных, просто они не знают, что такое магический симбиоз или слияние сущностей с целью взаимодополнения. Понял?

Я ошеломленно кивнул.

– Да она просто нашла книжное объяснение тому, чего сама не переживала и не понимает, – прошелестел из глубины сознания Светлый.

– Значит, на чувства не надавишь, – разочарованно протянул Демон. – Ох, и сложно с такими зазнайками, которые жизнь по книжкам изучают. Ничем их не проймешь! И силы еще мало, чтобы просто раздавить ее…

– Остается притвориться, что смирились, и ждать, когда она научит открывать порталы или… А давайте позовем Наргха?

– Исключено! – вспыхнул Демон. – Мы призывали его всего пару дней назад, нельзя злоупотреблять.

– А если Сатти убьют?! – вскинулся я.

– Она с Клэр и с Олодом, и у них остались все наши артефакты – хорошее подспорье для выживания, так что непосредственной опасности для эльфийки нет.

– Когда она появится, будет уже слишком поздно звать на помощь, – буркнул я.

Наш мысленный совет длился не больше пары секунд, на протяжении которых Кэс’сшео рассматривала свое отражение в зеркальной пленке. Я скользнул взглядом по тонкой угловатой фигурке и невольно поморщился – богатое взрослое платье только подчеркивало детскую неразвитость демоницы.