Я демон! Что это меняет? - Ткаченко Даниил - Страница 46

– Круть! – только и смог вымолвить Димон, не в силах отвести взгляд от обугленной тушки зверька.

– Да что там, обыкновенный Огненный Пульсар, – усмехнулся довольный произведенным эффектом Олод.

– А теперь наследник высокого дома Рэйн – Райнэр Рэйн покажет вам еще один фокус и отправит домой, – произнесла Саттория. – Так ведь, Райнэр?

Я вздохнул – вот ведь язва! – и высыпал на землю перед собой все магические кольца. Серебристых с трехгранными кристаллами и руной Переноса на ободке оказалось еще целых четыре – видно, каждый убийца носил с собой портальный артефакт на случай, если придется в срочном порядке уносить ноги. А вот для второго перстня, на котором треснул кроваво-красный камень, когда я нечаянно его активировал, нашелся только один близнец – значит, у меня будет только одна попытка для создания портала на Землю.

– Так, мелкие, слушайте сюда, – обратился я к попаданцам. – Нужный артефакт у нас только один, если не получится с первого раза – останетесь болтаться на дороге и станете кормом для хищного зверья либо рабами для тех, кто проедет здесь следом за нами. Для нас вы обуза, и брать вас с собой мы не будем. – Я окинул взглядом мордашки ролевиков: они побледнели, и даже Димон, несмотря на то что был густо измазюкан краской, как будто перестал быть таким насыщенно-черным. Интересно, чем это он красился? Гуталином, что ли? Убедившись, что меня внимательно слушают, я продолжил: – Так вот, чтобы настроить портал, вам нужно будет изо всех сил, просто до пара из ушей думать о том месте, откуда вас «засосало» сюда. Ясно? Если кто-то подумает о другом, то, скорее всего, в целом виде вы не доберетесь – вас размажет по всему пространственному коридору до вашего мира. – Я посмотрел на девушку-эль. – И еще раз для блондинок: думать только про то место, ОТКУДА ВАС ЗАСОСАЛО, а не про отчий дом и не про коллоквиум, и изо всех сил ХОТЕТЬ ТУДА ПОПАСТЬ. Это ясно? – Все четверо кивнули. – Ну, тогда поехали!

Я сжал ладонь с двумя перстнями, они хрустнули, пространство всколыхнулось, и открывающийся портал потянул из меня силу.

Ох, как медленно растет эта проклятая дыра! Сколько же энергии она из меня выпьет?! Демон внутри непотребно ругался и сетовал на меня, безмозглого и чересчур жалостливого щенка-транжиру. Голод стал раскручивать спираль, стремясь вырваться из-под контроля, удержать утекающую энергию, пожрать страх людишек, их вкусные души. Я сдерживал его из последних сил, обещая себе, что больше никогда и ни за что… и что это в последний раз я делаю что-то ради чужаков… и что потом никуда не поеду, а сяду и съем все наши запасы провизии, а потом все-таки поеду и в ближайшем селении отпущу Голод, и пусть он пожрет хоть Тьму, хоть души. Ибо Я ГОЛОДЕН!!!

Портал открылся, и в это же мгновение Голод вырвался из-под моего контроля. Гигантской черной гадюкой он устремился в нору портала и потащил за собой меня. Я ГОЛОДЕН!!! ЕДА!!!

Глава 16

Дальнейшее я наблюдал из дальнего уголка сознания, куда меня отшвырнул озверевший от голода Демон.

Портал, пробитый между мирами, пожрал просто неимоверное количество энергии, и теперь демонический дар выглядел всего лишь небольшим завихрением Тьмы, только намеком на воронку в основании длинного языка Голода. Впервые я осознал, что Голод – это, по сути, и есть язык, подвижная часть дара, способная улавливать не только рассеянную в окружающей среде темную энергию, но и захватывать активную воплощенную энергию – темные заклятия и души. Благодаря Голоду Демон был способен «обонять» Тьму и темные эманации на расстоянии, определять их происхождение, качество, количество и пригодность к употреблению. Вместо вкусовых рецепторов в язык демонического Голода вплетались разнотипные энергии, которые и опознавали «вкус» родственных энергетических потоков. Голод вообще не был однородным, как я думал вначале, он не состоял из чистой Тьмы, скорее она служила клеем, соединяющим микропотоки из разнообразных темных энергий, и, когда попадалась «пища» с новым «вкусом», его след обязательно оставался на языке Голода, формируя новый рецептор. Теперь они добавлялись просто с ужасающей скоростью, поскольку Демон дорвался до еды.

Мир, в который забросил меня портал, оказался вовсе не Землей, и в первые мгновения в нем я был уверен, что пришел мой смертный час: ни атмосфера, ни гравитация, ни сама энергетическая природа этого места не подходили для жизни. Я как будто очутился в плавильном чане, наполненном жидким свинцом: воздух был настолько плотным, что казался кипящей смолой, чудовищное давление распластало меня на раскаленных камнях, и если бы не насыщенность этого мира темной энергией, которую тут же начал поглощать дар демона, моему жалкому тельцу пришел бы немедленный каюк. Инстинктивно я перекинулся, направив максимум энергии из дара оборотня к коже боевого тела, сплошь покрыв ее костяными пластинами. Но и тело оборотня оказалось плохо приспособленным для жизни в этом аду: костяная броня начала тлеть сразу же, как я ее нарастил, ткани не успевали регенерировать, и я корчился на горячих валунах, сходя с ума от боли и теряя последние силы своего дара на восстановление поврежденных участков. Долго я не смог бы продержаться, и все же моя жалкая попытка защититься от жара и давления дала Демону время частично восстановить силы и заняться нашим спасением. Тогда-то он и отшвырнул меня в сторону – любезничать времени не было.

И вот, сидя в своем закутке, поскуливая от боли и не имея возможности участвовать в происходящем, я наконец смог как бы со стороны понаблюдать своего соседа по телу и рассмотреть его во всех подробностях, на что раньше у меня банально не хватало времени.

Перво-наперво Демон поставил Щит Тьмы вокруг нашего тела, чего не догадался сделать я. Правда, толку от щита было не особенно много: он защищал от летящего, словно черный снег, пепла и раскаленной каменной крошки, которую швырял в нас ураганный ветер, но от жара и чудовищного давления не спасал. Потом Демон стал выстраивать матрицу собственного тела вокруг моего тела оборотня. Из его дара потянулись змейки энергоканалов, оплетая уже существующие мои каналы, выбиваясь за пределы кожи далеко в ауру и активно там разветвляясь. Я был настолько истощен энергетически и физически, настолько ослабел и отупел от непрекращающейся боли, что даже не смог удивиться, когда все-таки сообразил, что Демон начал выстраивать наше новое тело, начав с кожных покровов. Это было неправильно, опасно и вообще нелогично, но вскоре я убедился, что Темный поступил верно. Едва закончив формировать внешний панцирь, причем не особенно заботясь о его форме и пропорциях, Демон залил матрицу силой из своего дара. Как только это случилось, внешний мир перестал для нас существовать, мы оказались в коконе из прочнейшей материи, непроницаемой для температуры, света, ветра и вообще любых физических воздействий. Мы были в безопасности. Окуклившись, Демон стал неторопливо и любовно выстраивать новую матрицу, чуть меньшую, чем матрица наружного панциря.

– Спи, Волчонок. – На миг он обернулся ко мне. – Я на родине и теперь буду рулить сам.

Обрадовал! Мелькнула мысль: а не ожидает ли меня участь Светлого, отстраненного от управления нашим общим телом и вообще нашей вынужденной совместной жизнью? Но усталость и облегчение от исчезнувшей боли были столь велики, что я решительно забил на все и отдался созерцанию работы Демона. А тут было на что посмотреть!

Энергоканалы матрицы демонического тела многократно дублирующимися спиралями обвивали каналы тела оборотня, давали многочисленные ответвления, которые, в свою очередь, распадались на микроканалы будущих костей и мышц. Отдельные энергопроводы тянулись от дара к мозгу и к нервам. Очень много внимания Демон уделил наружному покрову – коже и панцирю, формируя непробиваемую прочнейшую живую броню, способную противостоять как стихиям физического мира, так и магии. И что удивительно, мне показалось, что я различаю в некоторых деталях рисунка на чешуях в броне Демона элементы защитных плетений и контуры некоторых рун. Что ж, это было логично: даже на Земле широко использовалась ритуальная татуировка и раскрашивание тела перед боем или другими важными событиями. Теперь я осознал, для чего предназначались все эти дикарские традиции, и ругал себя за то, что сам не догадался использовать магию рисунка на коже, выстраивая матрицу оборотня. А с другой стороны, мне очень смутно представлялось, как это можно было делать быстро: наверняка, для того чтобы собрать кожные пигменты в четко очерченный рисунок на коже, требовалось мастерство, которым мне еще только предстояло овладеть, и время, которого перед боем никогда не хватало. Демон встраивал в матрицу брони готовые защитные конструкты, но и это показалось мне слишком сложным и энергозатратным. Накладывать общее заклятие на броню не имело смысла: если вылетит одна чешуйка с элементом рисунка, то ослабнет вся броня, поэтому необходимо было обработать каждую из чешуй.