Я демон! Что это меняет? - Ткаченко Даниил - Страница 33

И все же…

– Демон, почему он такой тяжелый? – Я делал пробные махи. Инерция длинного меча была чудовищной.

– Ну а что ты хотел: сколько душ через него прошло! Да еще неизвестно, из какого он сплава выкован и какие при этом заклинания использовались. Тем более что для демона он в самый раз.

Да уж, меч шикарный, спору нет: длинный, прямой, с односторонней заточкой, лезвие достаточно широкое, но сама режущая кромка прямо-таки сияет белизной – так отточена. Я отсалютовал им гному.

– Приступим?

– Конечно, ушастик.

И он сорвался с места в молниеносной атаке. Ну, это он так думал, а на мой взгляд, все происходило достаточно медленно. Я отразил удар топора мечом, и его чуть не вырвало из моих рук. Ужас, какая же в этом гноме сила, если даже я не могу полностью совладать с ней! Удар за ударом Грак наращивал темп, загоняя меня в глухую защиту: у меня почти не было преимущества в длине клинка – у гнома топор тоже был двуручный, да и опыта сражений таким оружием ни у меня, ни у Райнэра в памяти не было. Я действовал чисто на инстинктах, отталкивая летящее в меня лезвие клинком или попросту уклоняясь от ударов, и тут меня спасала моя скорость. Ухх! Энергия из дара улетала, словно в прорву – столько сил мне требовалось на поддержание темпа боя, отражение атак и вообще для всех этих взмахов, выпадов и верчений моим стальным тяжеленным другом. А гном будто только начал. Что же это за гном такой?! Надо с ним кончать!

Уже сознательным усилием воли я увеличил отток энергии из дара и стал наступать, вкладывая в каждый удар всю свою силу, вес тела и клинка. От такого напора у любого другого противника уже все кости должны были переломиться, но коротышка держался! Он отбил все мои удары; правда, сильно покраснел и запыхался, в его взгляде проскользнуло изумление, и в какой-то момент он стал терять контроль над эмоциями и вскоре открылся. Я этим немедленно воспользовался и вбил свою ногу в его грудь. Эффект получился примерно такой же, как если бы в него из пушки выстрелили – пролетев через всю комнату, гном впечатался в стену. Она треснула.

Я думал, что сейчас он признает свое поражение – меч-то он мой так и не перерубил, сколько ни лупасил по нему своим топорищем, но вместо этого Грак дико взревел и не то что покраснел, а почернел! Татуировки на его коже задвигались как живые, глаза налились кровью. В воспоминаниях Райнэра было немного сведений о припадках неуправляемой гномьей ярости, но он никогда не наблюдал их вживую и знал только, что в таком состоянии гномы становятся словно одержимые бесами, у них неимоверно прибавляется силы и открываются новые возможности за счет прилива энергий земли – самой близкой им стихии.

– Ты только взгляни на его ауру! – восхитился изнутри Демон. – Это же вулкан прямо!

Я перешел на истинное зрение и действительно увидел, как изменилась аура Грака – будто тучи из черно-бурой пыли расширялись вокруг него во все стороны. Стало ясно, что сейчас драка начнется всерьез, а не на спор, и я решил, что убью гнома, если он не поостынет в процессе. Только не учел, НАСКОЛЬКО изменился Сердитый! Я просто не заметил, как он оказался рядом, и почти пропустил удар кулаком в правый висок. Ё-птыть! Уходя с траектории удара, я одновременно разворачивался и поднимал меч вертикально. Кулак гнома с гулким «доооннн!» ударился в широкое лезвие, а оно приложилось об мою голову. Перед глазами вспыхнул московский новогодний фейерверк. Ой, как больно! Я тряхнул головой, отгоняя звезды прочь, и приготовился к добивающему удару, но оказалось, что Грак не сдвинулся с места и смотрит на меня с усмешкой победителя. Как же меня это взбесило! Похоже, не только гномы могут впасть в неконтролируемую ярость, оборотни и демоны тоже. Я ринулся на него, как бык на красную тряпку, но при неполном превращении не сумел развить достаточную скорость и получил две раны по касательной уголком лезвия топора: в левую руку и в плечо около шеи. Внутри грязной руганью взорвался Демон:

– Он позорит нас перед самкой, порви его!

– Ну да – порви его, и плевать на сапоги… – прошелестел сожалеющий вздох.

– Ну и плевать!

И я скинул на пол плащ и запустил перевоплощение до конца. Момент – и перед опешившим гномом предстал другой я – двух с половиной метров ростом, трехсоткилограммовая громада из сплошных мышц, вооруженная двухметровым клинком. Теперь он порхал в моих руках как перышко, выписывая острием сложные вензеля в воздухе – я примерялся к новому восприятию его веса. Тяжеленный меч ощущался легкой и верткой рапирой. Ха-ха, а теперь поиграем, и плевать, что там подумает Саттория!

– Ну да, лишь бы не сбежала, – прокомментировал все тот же мятный голос.

Хм. Я посмотрел на эльфийку. Она замерла в напряженной позе с полусогнутой рукой, будто хотела выхватить меч, но вовремя вспомнила, что безоружна. Ее глаза, и без того большие, теперь были просто огромные, и в них читалось сложное чувство, состоящее из испуга, удивления и подозрения.

«Ну что ж, по крайней мере убегать она не собирается», – подумал я и перевел взгляд на гнома.

А у того глаза и рот по форме бублики напоминают – такие же круглые. Ну чисто ребенок, не хватало только вытянутой руки и слов: «Мама, мама, смотри – собачка!»

Что, удивлен, пенек бородатый?! Аха-ха!

Но, как ветеран, Грак просто не мог оставаться в состоянии растерянности долго, мгновение – и он уже принял свой обычный вид и шарил по моему телу истинным взглядом, оценивая мощь и выискивая слабые места. Хех! Вот упрямец! Ничего, сейчас мы поучим тебя осторожности!

Мысленным усилием я направил волну энергии из дара растекаться по организму, наполняя под завязку энергоканалы, которые в этом теле были в разы шире и разветвленней, чем в эльфийском. В теле дроу я никогда не смог бы использовать столько силы сразу – не выдержала бы его неразвитая энергоструктура, а значит, и возможности мои в эльфийском теле были ограниченными, не то что сейчас! Новый меч ощущался как продолжение руки, и его я тоже наполнил энергией до ровного и прямо-таки сытого электрического гудения. Появилось чувство, что я держусь за высоковольтный провод, вибрация от которого передается моей руке, а через нее и всему телу, рождая в мышцах противную мелкую дрожь. А потом вдруг меч сам потянул на себя энергию и загудел на тон выше; увеличилась частота вибрации и от рукояти, зажатой в моей руке, по мышцам разлилось тепло, дрожь стала такой частой и мелкой, что перестала ощущаться, а вместо нее появилось чувство легкости во всем теле. Меч снова потянул силу, и гудение его превратилось в комариный писк где-то на пределе слышимости, а я уже сгорал от внутреннего огня, вместе с легкостью тело наполнилось силой. Неудержимо захотелось двигаться.

Я сделал шаг вперед, но будто попал под воду – воздух стал необыкновенно плотным и сопротивлялся мне. Заклинание Грака? И когда он успел? Я злобно зыркнул на гнома. Хм… странно… что это с ним? Сердитый застыл в нелепой позе, держа перед собой на вытянутых руках топор и словно указывая им на меня. Его лицо было напряжено до окаменелости, а глаза совсем остекленели – он явно наколдовал неприятности на мою голову. Ну, я не стал дожидаться, когда он закончит, и, хорошенько оттолкнувшись от пола, прыгнул вперед. Краем глаза отметил, что доски во время моего толчка сильно прогнулись и даже треснули. Колдовство или это я просто так много вешу сейчас? Приземлился в двух шагах от Грака, но проклятый пол не выдержал моего веса и проломился. Гррр! Я оказался в ловушке прямо перед врагом. Более нелепого и унизительного поражения невозможно было и придумать. От боли и ярости я взвыл и взмахнул мечом, одним ударом перерубив топорище у самих пальцев Грака. Махнул в обратном направлении и рассек топорище еще раз. И только после этого до меня дошло, что оно уже должно было упасть на пол, но не только не упало, а ВООБЩЕ не поменяло своего положения в пространстве. Лишь напротив тех мест, где клинок перерубил толстую деревянную рукоять, в воздухе появились темные полоски. Я пригляделся. Одна полоска – около первого рассечения – тянулась влево от рукояти, вторая – вправо. В такой последовательности направлений я и бил, а полоски были не полосками, а облачками удлиненной формы. Облачками из древесной пыли. Я поднял взгляд на Грака. Как стоял, так и стоит. Что за?.. Но сначала выберусь. Упершись руками в пол, я выдернул свое тело из дощатого капкана. Гном продолжал неподвижно стоять. Может, это Сатти его заколдовала? Я обернулся к темной. Она прекрасным, но неподвижным истуканом застыла около выхода. Понятно… и эта тоже. Что за напасть? Но зато теперь я могу выиграть спор. Хе-хе!