Я демон! Что это меняет? - Ткаченко Даниил - Страница 15

– Ну что, не зря Тораки заплатили мне за работу?

Я согнул пальцы, прижав их подушечки к ладоням (так не видно было, как они у меня дрожали), и принялся демонстративно разглядывать свои ногти. Прерывистый вздох оповестил меня о том, насколько разгневана Саттория моим поведением. Я рискнул взглянуть на ее лицо. Девушка явно боролась с собой: смуглая кожа побледнела, а на скулах, наоборот, зажглись лихорадочные пятна румянца, глаза метали молнии и едва не испускали неоновый свет, красивые губы кривились. Ого, как я ее довел! Я поспешно опустил глаза на ногти и, пока она ничего еще не сказала, заговорил сам:

– Рад, что ты догадалась так оперативно скрыться с места стычки – мне не пришлось думать, что ты можешь попасть под удар. Но в будущем не отходи настолько далеко – убийц может быть несколько групп, и, пока я буду разбираться с одной, ты глупо попадешься в руки другой. И тогда я лишусь своего вознаграждения. Это было бы очень некстати – ты же знаешь, что я сейчас на мели…

Откуда я все это взял, сам не представляю, но остановиться никак не мог. Чтобы избежать праведного гнева моей наемщицы, я решил ретироваться и, бодро встав, направился к двери:

– Ты в порядке, а мне пора к Саору. Если соберешься уходить из академии, проинформируй, ага?

Оскорбления в мой адрес ударились в дверь с внутренней стороны, когда она уже захлопнулась за мной. Я помчался по коридору вон из общежития, а в голове звенели не только выкрики Саттории: «Выскочка! Подлец! Продажная шкура!» – но и дружный гогот Демона и Светлого. И почему это они так единодушны сейчас?!!

Глава 6

Визит к Саттории не занял много времени, и после него я взял такой разгон, что в зале боевых искусств оказался в числе первых, среди которых был и Олод. Его удивил мой ранний приход, и, кажется, он даже уловил отголоски моего смятения после встречи с темной эльфийкой. Только вот причины такого моего состояния были растолкованы им неверно.

– Что бы ты там ни говорил, Рай, а секс с вампиршей – это круто даже для тебя! – Олод довольно хмыкнул.

– Ты о чем?

К этому моменту я уже и думать забыл о прошедшей ночи, и смысл подколки приятеля до меня дошел не сразу. Заметив мое искреннее удивление, Олод несколько подрастерял свою уверенность, но парень он был честный и прямодушный и решил досказать свою мысль:

– Я о Клариссе. Признай, ведь она выбила тебя из колеи? Опять ее хочешь?

Так вот оно что! Я задумался. Что скрывать-то? С Клариссой мне понравилось, но, если бы мне предложили выбрать между этой не в меру агрессивной секси и Сатторией, не задумываясь, я бы выбрал последнюю. В голове опять засмеялись. Мысленно я послал Демона куда подальше – о вкусах не спорят, так ведь?! Но марку надо было держать, и я насмешливо глянул на Олода:

– При чем здесь Клэр? Ее я уже повалял, теперь на очереди другая.

– Кто?!

Олод выжидающе уставился на меня, но я только ухмыльнулся и двинулся вдоль стеллажей с учебным оружием. Орк слегка отстал от меня и забубнил себе под нос что-то о везении, а также о непостоянстве и его роли в вымирании расы эльфов. Последнее он едва ли не про себя произнес, но для моего волчьего слуха достаточно громко, и я наградил приятеля кривой усмешкой. Олод осекся: друзья мы с ним или нет, а о взрывном характере Райнэра забывать не следовало.

Тренировочный зал боевых искусств представлял собой огромное прямоугольное помещение с высоким потолком, который поддерживали колонны, переходящие в стрельчатые арки. Вдоль длинных стен тянулись стеллажи и стойки с разнообразным учебным оружием. Над полками висели настоящее боевое и трофейное оружие, щиты, элементы доспехов, знамена и гобелены с изображениями боевых амулетов или легендарных схваток. У стены, противоположной входу, был устроен огромный камин. В его топку запросто могли поместиться в ряд шесть воинов в полном боевом облачении, и им даже не пришлось бы пригибать головы. С одной стороны от камина в углу находилась дверь в тренерскую и судейскую комнаты, а с другой – стоял длинный стол с тринадцатью креслами, на которых восседали судьи во время проведения учебных или экзаменационных турниров. Эта часть зала была убрана особенно пышно и приподнята на три ступени над тренировочной частью, где проходили наши уроки.

Я постоял напротив камина, наблюдая за язычками темного магического огня, который питался от агрессии и боли, испытываемой в этом помещении. Пока он был еще небольшим и слегка потрескивал, но во время занятия начнет реветь. Уже сейчас пламя поднималось и начинало искрить – в зале собрались почти все студенты, и все они заметно нервничали: сегодня Саор обещал начать тренировки не с учебным – деревянным оружием, а с магическим. Ходили слухи, что это будут призрачные мечи. Такое оружие не ранило и не убивало, но пронзало плоть, как настоящее, и приносило совершенно реальные страдания. Призрачным мечом можно было пробить сердце, вскрыть живот или отрубить голову, и при этом «раненый» испытывал в точности те же ощущения, что испытал бы на поле боя, получив такие ранения. Только сердце, живот и шея при этом оставались целыми и неповрежденными. Поговаривали, что многие умерли на этих уроках просто от болевого шока, а некоторые сошли с ума. Так что повод для страха был вполне серьезный, и магический огонь в камине разгорался все сильней.

Я огляделся. Народ прибывал. Больше всего, конечно, было людей, но так же много и орков. Отдельной группкой стояли эльфы, и кое-где по залу бродили несколько вампиров – их выдавал угрюмый и независимый взгляд. Орки все как один – качки, хотя до Олода дотягивали не многие. Все высокие – выше меня – и большинство с голым торсом: явно понтуются друг перед другом. Ну, или перед девушками – их в зале тоже было немало.

Саор еще не пришел, но он всегда появлялся неожиданно и вполне мог опоздать. Только все знали, что едва ударит гонг – сигнал о начале занятия, – есть Саор в зале или нет его, а тренировку нужно начинать. В этом случае командиры отрядов разбивали всех попарно и командовали разминочные спарринги.

К слову говоря, Олод курировал группу из пятнадцати орков, Кларисса гоняла всех девятерых вампиров, ну а Райнэр главенствовал над дюжиной темных эльфов и был там тринадцатым членом группы. Было еще две группы по дюжине человек, так что зал на уроках набивался битком, что приближало общие тренировочные бои к реальному сражению – всегда можно было наткнуться на меч дерущихся рядом или получить тычок от соседа в спину. Обычно же Саор распределял учеников так, что разные группы в один момент времени занимались различными упражнениями и друг другу не мешали. Например, пока спарринговались орки, люди выполняли силовые упражнения на снарядах в другой стороне зала, а неподалеку от них эльфы медитировали, а вампиры изучали новый удар или блок рядом с орками. Саор успевал следить за всеми, и каждый, кто отлынивал, обязательно получал подзатыльник, а это было сравнимо с ударом парового молота.

Прозвучал гонг, и двери в зал захлопнулись сами по себе – опоздавшие автоматически получили понижение балла на экзамене. Кроме того, им следовало дважды отработать пропущенное занятие.

Саора не было, и мы с Олодом двинулись к тем секторам зала, где обычно занимались со своими группами. Я лихорадочно вылавливал из памяти Райнэра имена и сведения о дюжине эльфов, которыми мне предстояло сейчас руководить, и старался не нервничать слишком заметно. Призвать на помощь Демона мне не позволяла гордость. С мыслью: «Я справлюсь» – я подошел к своей группе. Одиннадцать парней и – о! Саттория!!! – уже выстроились в полукруг и ждали моих распоряжений. Дисциплина, однако! Присутствие темной эльфийки все многократно усложняло для меня, и, как обычно при девушках, которые мне нравятся, во мне поднялась волна грубости и язвительности и понеслась…

– Саттория Торак, на днях я был свидетелем одной стычки, где ты проявила прямо-таки детскую неуклюжесть и неумение уклоняться и вынуждена была уйти от схватки. К бою! Остальные следят и учатся.