Смотрите, Джейн забивает! - Гибсон Рэйчел - Страница 60

— Что ты делаешь?

Люк стоял так близко, что ее нос оказался в дюйме от его груди, и Джейн почувствовала запах чистой хлопковой рубашки, смешанный с дезодорантом.

— Не играй в игры, Джейн.

— Я не играю.

— Тогда почему ты сначала говоришь, что любишь меня, а в следующее мгновение предлагаешь быть просто друзьями? — он поднял пальцем ее подбородок и заставил посмотреть себе в глаза. — У меня есть друзья. От тебя я хочу большего. Я эгоистичный парень, Джейн. Если я не могу быть твоим любовником, если я не могу иметь всю тебя, тогда я не хочу ничего. — Он наклонил голову и поцеловал ее. Мягкое прикосновение его губ, и слезы, которые она старалась сдержать, наполнили ее глаза, а руки сжались на его рубашке: Джейн крепко вцепилась в нее. Она будет его любовницей. И в этот раз не станет изобретать причины, чтобы избежать отношений. Она слишком сильно хочет быть с ним.

Люк скользнул губами по ее щеке и прошептал ей на ухо:

— Я люблю тебя, Джейн. И я скучал по тебе. Без тебя моя жизнь была полным дерьмом.

Джейн отстранилась и посмотрела ему в лицо:

— Скажи это еще раз.

Он взял в ладони ее лицо и провел большими пальцами по щекам.

— Я люблю тебя, Джейн, и хочу быть с тобой, потому что ты делаешь мою жизнь лучше. — Он заправил прядь волос ей за ухо. — Однажды ты спросила меня, что я вижу, когда думаю о своем будущем, — он провел ладонью по ее плечу, взял за руку и сказал, поцеловав кончики ее пальцев: — Я вижу тебя.

— Ты не злишься на меня? — спросила Джейн.

Он покачал головой, и его губы потерлись о ее ладонь.

— Я думал, что злюсь. Думал, что буду злиться на тебя вечно, но нет. На самом деле, я до сих пор не понимаю, что заставило тебя отослать тот рассказ, но меня это больше не волнует. Думаю, больше всего я был в ярости из-за того, что чувствовал себя дураком, а не из-за самого рассказа, — Люк положил ладонь Джейн себе на грудь. — Когда я увидел, что ты ждешь меня, моя злость испарилась, и я понял, что буду еще большим дураком, если позволю тебе уйти. Я хочу провести остаток жизни, узнавая твои секреты.

— У меня больше нет секретов.

— Ты уверена, что нет хотя бы одного? — Счастливчик обнял ее и поцеловал в шею.

— Например?

— Например, что ты нимфоманка?

— Ты серьезно?

— Ну… да.

Джейн покачала головой и, прежде чем расхохотаться, умудрилась выдавить:

— Нет.

— Ш-ш-ш, — Люк отстранился и посмотрел ей в лицо. — Кто-нибудь услышит тебя, и нас арестуют.

Джейн не могла перестать смеяться, так что он заставил ее замолчать поцелуем. Губы Люка «Счастивчика» Мартинo были теплыми и манящими, и Джейн отдалась этому поцелую со страстностью истинной нимфоманки. Потому что в этой жизни Кен не всегда выбирает Барби. И за это должен быть вознагражден.

ЭПИЛОГ

Она бьет! Она забивает!

Выйдя из лифта на смотровую площадку «Спейс-Нидл», Люк повернул голову налево. Женщина в красном платье смотрела на великолепную панораму центра Сиэтла. Ее волосы темными завитками падали на плечи, а несколько прядей теплый августовский ветерок разметал по лицу. Они только что закончили ужинать в ресторане внизу, и, пока он ждал счет, она ускользнула от него на верхний этаж.

Она смотрела, как Люк приближается к ней, и уголки ее алых губ приподнялись в соблазнительной улыбке.

— Прекрасная ночь, чтобы понаблюдать за звездами, — сказал он.

Женщина в красном платье прикусила нижнюю губу, затем, чуть слышным шепотом, произнесла:

— А ты? Любишь наблюдать?

— Я больше люблю делать, — он обнял ее и прижал спиной к своей груди. — И прямо сейчас я хочу кое-что сделать со своей женой.

— Этого нет в сценарии, — сказала Джейн, растворяясь в его объятиях.

Они были женаты уже пять недель. Пять недель Люк просыпался с ней каждое утро.

Смотрел на нее за обеденным столом, а затем они вместе загружали тарелки в посудомоечную машину. Наблюдал, как она чистит зубы и натягивает носки. Никогда раньше, даже за все золото мира, он не подумал бы, что эти земные, повседневные дела могут быть такими сексуальными.

Больше всего ему нравилось наблюдать, как она работает. Создает все эти эротические истории в своей голове. Видеть настоящую женщину за внешностью обычной девушки.

Когда они обручились, Джейн перестала писать об одинокой жизни в Сиэтле. А Крис Эванс вернулся с больничного к работе над спортивными статьями. «Таймс» отпустила Джейн, и сейчас она была новым спортивным журналистом их конкурентов — «Сиэтл Пост-Интелидженсер».

Им пришлось планировать свадьбу во время игр плей-офф за Кубок Стэнли, и, так как половину этого времени Люк проводил вне города, Джейн, Мари и Каролина по большей части самостоятельно занимались всеми приготовлениями. Что жениха вполне устраивало. Все, что он должен был сделать, это появиться в смокинге и сказать:

— Согласен.

Эта часть оказалась легкой. А вот наблюдать, как жена танцует с каждым чертовым игроком «Чинуков» на свадебном банкете, было очень трудно.

За несколько месяцев до свадьбы Мартинo «Чинуки» добрались до финала, но были выбиты из борьбы за Кубок «Колорадо Эвеланш» в третьем раунде.

Люк опустил голову и зарылся носом в волосы Джейн. Всегда есть следующий год.

— Хочешь пойти еще куда-нибудь? — спросила жена.

Они проводили много времени, вместе исследуя Сиэтл. Он, Джейн и Мари. Джейн знала все хорошие места и те, которых следовало избегать.

— Я хочу домой, — сказал Люк. Мари ночевала у Ханны, и Счастливчик хотел воспользоваться преимуществом и провести немного времени наедине с женой. — Что ты на это скажешь?

Она повернулась и обняла его:

— Дом — мое любимое место.

Дом был и его любимым местом. Но для него домом стало любое место, где находилась Джейн. Никогда в своей жизни он никого так не любил, как любил ее. Так сильно, что это иногда пугало его.

Он прижимал ее к себе и смотрел на город. Он был влюблен в свою жену. Да, он знал, что это говорило о нем. Что он был конченым человеком. Стреноженным на всю оставшуюся жизнь. Погоняемый маленькой женщиной с большим характером.

Да, он знал, что это говорит о нем. И ему было наплевать.