Отважное сердце - Янг Робин - Страница 100

В сумятице женщине все-таки удалось увлечь мальчика за собой, и в это время к ним подбежала замковая стража. Окружив мать и сына кольцом, воины с обнаженными мечами стали медленно отступать по склону к воротам замка.

Джильпатрик сумел справиться со своей лошадью.

— Во имя Господа, что вы делаете? — заорал он Роберту, кончиком меча указывая на отступающую кучку воинов. — Мы же могли захватить его!

Роберт спокойно встретил взбешенный взгляд холодных глаз.

— Нет.

— Вы получили приказ захватить в плен жену и сына!

— А вы получили приказ выполнять мои распоряжения.

Стражники, тем временем, достигли ворот и скрылись в замке, уводя с собой женщину и мальчика. По тропинке вдоль берега озера быстро приближалась группа всадников — это люди Роберта отреагировали на вражескую вылазку.

Кристофер переводил взгляд с Джильпатрика на Роберта и обратно.

— Что случилось, сэр Роберт? Почему вы остановили нас?

Роберт оглянулся, когда до него донесся скрип закрываемых ворот. Ему хотелось улыбнуться во весь рот, потому что он чувствовал себя так, словно одержал победу.

— Мы не будем брать в плен ни леди Дуглас, ни ее сына.

Джильпатрик уставился на него с раскрытым ртом. К ним подъезжали всадники, придерживая коней, поскольку все уже видели, что ворота замка закрыты. Воздух наполнился стуком копыт.

Роберт уже собрался заговорить, но запнулся на мгновение, подбирая слова. Что он делает?Усилием воли отогнав от себя этот вопрос, он обратился к рыцарям, которые все прибывали и уже полукольцом обступили его.

— Я призвал вас по приказу моего отца. Но теперь, когда мы здесь, я не могу выполнить полученные мною указания. — Голос его окреп, набирая силу. — Нас послали захватить в плен жену и сына человека, который сражается за наше королевство. Кто-нибудь здесь может сказать, что он согласен с этим?

— Не наше дело — ставить под сомнение приказы короля, — резко ответил Джильпатрик.

— У Шотландии нет короля, — ответил Роберт. — Баллиол низложен и находится в заточении в Англии.

— Вместо него правит король Эдуард. Или вы забыли о присяге, которую мы принесли ему после войны?

— Клятва побежденного победителю, — возразил Роберт ясным и звонким голосом. Он чувствовал себя так, будто спал много месяцев и лишь сейчас внезапно проснулся. Это было прекрасное ощущение легкости, от которого кружилась голова.

— Это безумие, — бросил Джильпатрик. — Вы опозорите своего отца и его доброе имя. Он может лишиться своих земель. Как и все мы!

— Этого не случится, если он не будет иметь к этому никакого отношения.

— Сэр Роберт, — вмешался один из рыцарей, — вы не сможете вернуться в Карлайл или Аннандейл, если откажетесь выполнить приказ короля. Вас посадят в тюрьму в Англии вместе с Баллиолом и остальными.

— А я и не намерен возвращаться. — Произнеся вслух эти слова, Роберт испытал огромное облегчение. Слишком долго дом отца оставался для него тюрьмой. Раздавленный властью лорда, не имеющий права голоса или возможности принимать самостоятельные решения, он походил, скорее, на покорного вассала, чем на графа, которым и был на самом деле, но с мнением которого не считались. Впрочем, даже когда все его сомнения отлетели прочь, их место тут же заняли другие мрачные мысли. Роберт подумал о том, что может попасть в тюрьму и лишиться своих владений. Он подумал о том, что нарушил клятву верности, данную королю и Рыцарям Дракона, и ощутил укол вины, когда перед его внутренним взором всплыло открытое лицо Хэмфри. Но он не мог допустить, чтобы данная им клятва или дружба определяли судьбу его королевства. Нет, такого больше не будет. — У вас есть выбор, — заявил он рыцарям. — Вы можете вернуться на службу к моему отцу в Аннандейл или пойти со мной. Но, в любом случае, мы уходим с земель лорда Дугласа. — Он огляделся по сторонам и вперил суровый взгляд в Джильпатрика. — Таково мое решение.

Тот злобно оскалился в ответ:

— Вы — глупец! Ни один человек в здравом уме не последует за вами. — На мгновение казалось, что он готов дать шпоры своему коню и умчаться прочь, как вдруг Джильпатрик выпрямился в седле и в руке его сверкнуло лезвие меча.

У Роберта, который уже успел опустить свой клинок, не было ни малейшего шанса защититься. Кристофер Сетон, однако же, успел прочесть враждебные замыслы по лицу Джильпатрика. Подав своего коня вперед, он загородил собой Роберта и взмахнул мечом, готовясь отразить удар. Но опытный рыцарь оказался намного быстрее. В самый последний миг изменив траекторию движения своего клинка, он нанес сокрушительный удар рукоятью меча в лицо оруженосца. Сила удара была такова, что Кристофера отбросило на спину и он упал с коня на землю. А затем одновременно произошло несколько событий. Роберт, подняв свой меч, с яростным криком бросился на Джильпатрика. Лошадь Кристофера встала на дыбы, отчего остальные кони испуганно заржали и шарахнулись в сторону, так что копыта Хантера едва не раздробили голову Кристоферу. Но Александр Сетон оказался самым проворным. Врезавшись в нестройную толпу рыцарей, он обхватил Джильпатрика рукой за шею. Подавшись назад, он едва не выдернул рыцаря из седла, отчего тот захрипел, задыхаясь. Кое-кто из товарищей Джильпатрика обнажил мечи, готовясь напасть на Александра, а в это время Кристофер с трудом поднялся на ноги, одной рукой зажимая разбитый нос. Джильпатрик выронил меч и попытался оторвать руку Александра от своего горла. Нес и Уолтер послали своих коней вперед, готовые защищать Роберта.

— Довольно! — Голос Роберта остановил разгоряченных рыцарей. Неожиданное и подлое нападение привело его в ярость, и он с трудом сумел овладеть собой. — Опустите оружие. Это всех касается, включая вас, — рявкнул он Александру, который и не подумал разжать руку. Лицо Джильпатрика, тем временем, обрело синюшный оттенок. — Я не допущу, что моим именем здесь пролилась кровь, будь оно все проклято!

Александр медленно ослабил хватку. Кристофер, пошатываясь, уже стоял на ногах и вытирал кровь с лица. Освободившись, Джильпатрик мешком обмяк в седле, с хрипом втягивая в себя воздух. Его товарищи держали мечи наготове, но никто из них не пошевелился, переводя взгляды с Роберта на Джильпатрика и обратно. Один из рыцарей спешился, чтобы поднять с земли упавший меч Джильпатрика.

А тот осторожно ощупывал горло, не сводя глаз с Роберта.

— Вы — не сын своего отца, — наконец прохрипел он. Выхватив из рук своего товарища меч, который тот протянул ему, он резко развернул свою лошадь и яростно вонзил ей шпоры в бока. Его люди последовали за ним по тропинке, вьющейся вдоль берега озера. Еще несколько всадников отделились от группы рыцарей, окруживших Роберта. Кое-кто из них попробовал переубедить Брюса и одуматься, но он сидел в суровом молчании, не желая внимать их доводам. Не прошло и нескольких минут, как рядом с ним остались только Нес, Уолтер и Сетоны.

Роберт кивком выразил свою благодарность обоим кузенам.

— Благодарю вас, что встали на мою защиту. — Он в упор взглянул на лорда. — Но ведь у вас богатое поместье, сэр Александр. Скорее всего, вы потеряете его, если присоединитесь ко мне.

— Боюсь, что я потеряю его в любом случае, невзирая на то, останусь я с вами или уеду, — ответил Александр. — Король Эдуард перекраивает наше королевство по своему вкусу. Очень скоро при власти не останется ни одного шотландца. — Он холодно улыбнулся. — Но, если восстание Уильяма Уоллеса увенчается успехом, мы все будем вознаграждены за то, что сейчас встанем на правильную сторону. — И он посмотрел на Кристофера.

Оруженосец вытер кровь из-под носа тыльной стороной ладони и кивнул Роберту.

— Я с вами, сэр Роберт, куда бы вы ни пошли.

Роберт помолчал, задумавшись над тем, к каким последствиям могут привести его действия теперь, когда он встал на сторону повстанцев. Он не питал особых иллюзий в отношении Уильяма Уоллеса. Насколько ему было известно, тот сражался во имя захваченного в плен Джона Баллиола, что необязательно превращало его в союзника. Из нелегких раздумий его вывел негромкий голос Неса.