Око Каина - Бовен Патрик - Страница 25

У Томаса осталось впечатление, что он их не убедил. Поэтому он и пошел обыскивать автобус. Поиски заняли довольно много времени. От вони горелой пластмассы першило в носоглотке, а раскаленное добела солнце превратило салон автобуса в настоящую парилку.

Как люди вообще могли жить в подобном месте? Он сам один раз в жизни побывал в Долине Смерти, но по сравнению с этой дырой там был просто курорт.

Он стоял на четвереньках, заглядывая под сиденье, и готов был уже выпрямиться, когда вдруг заметил краем глаза какой-то красноватый отблеск. Он протянул руку, и его пальцы сомкнулись вокруг гладкой поверхности предмета, Томас с колотящимся сердцем осмотрел свою находку. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять: он не обманывался.

Он прижал предмет к груди и осторожно выбрался через разбитое окно — тем же путем, что и вошел.

ГЛАВА 19

Увидев Карен и Камерона, Томас застыл на месте от удивления — их возвращением, а также тем, как они смотрели на него. Недовольно-выжидательно.

— Ну что? — спросил Камерон. — Еще не наигрались в детектива?

Томас, не отвечая, перебросил ему огнетушитель. Камерон едва успел поймать его на лету.

— Мать вашу! Вы что, спятили?

— Тяжелый, да?

— Конечно, тяжелый!

— Именно. Вот тут-то и нестыковка.

Камерон непонимающе смотрел на него.

— До меня никак не доходило, как такое могло случиться, — продолжал Томас. — Как горящий автобус смог проехать такое большое расстояние, прежде чем рухнуть здесь.

Камерон открыл было рот, но Карен сделала ему знак молчать.

— А теперь вы это выяснили? — спросила она Томаса.

— Да.

— И что же?

— Ответ простой: такого просто не было. Автобус, охваченный пламенем, не смог бы столько проехать. Значит, когда он выехал с бензоколонки, он не горел. Больше скажу, даже сюда он прибыл еще в целости и сохранности. Потому что я проверил этот огнетушитель.

Он взял огнетушитель из рук Камерона и снял пластмассовый предохранитель.

— Смотрите: его даже не вскрывали.

Затем повернул рукоять, и белая пенистая масса хлынула наружу.

— Он полон. Им вообще не пользовались.

Камерон нахмурился.

— И что это означает?

— Что автобус подожгли уже посленашего прибытия. Это не случайность, не несчастный случай: кто-то нарочно устроил пожар. И не собирался его тушить. Он хотел, чтобы у нас не осталось возможности отсюда выбраться.

— Вы хотите сказать, что нас нарочно заперли в этой дыре?

— Да. Водительское место почти не повреждено, а радио разбито. Кто-то позаботился о том, чтобы мы не смогли вызвать помощь. И это еще не все.

— Ах вот как?

— Нам подсыпали в питье какой-то наркотик. Поэтому никто ничего и не помнит.

— Та-ак…

Камерон снова скрестил руки. Карен нервно расхаживала туда-сюда, не отрывая от Томаса глаз.

— Элизабет навела меня на эту мысль, когда рассказала об эпизоде с Ленни. Он поперхнулся, когда пил кофе. Что-то было подсыпано в термосы.

— Не понимаю, — сказала Карен слегка раздраженным тоном. — Если речь идет о порошке или таблетках, они же должны были раствориться, нет?

— Значит, какая-то частица таблетки не успела раствориться. Или тот, кто подсыпал таблетки, случайно уронил одну из них, и она оказалась среди картонных стаканчиков.

— А почему в кофе?..

— Все его пили, кроме Питера. Поэтому он единственный сохранил полную ясность сознания на момент появления того психа.

— А все остальные, значит, пропустили такой занимательный эпизод, — с легкой иронией сказал Камерон. — Не считая вас, конечно.

— Дело в том, что я почти не притронулся к кофе. — Томас пожал плечами. — Явыпил слишком много спиртного в отеле, и меня подташнивало.

— Ну хорошо, допустим, — сказала Карен. — И что потом?

Томас соединил обе ладони и поднял их на уровень рта.

— Возможно, виной всему псевдорелигиозная подоплека реалити-шоу. Это могло вызвать ненависть какой-то экстремальной религиозной группировки. Или психа-одиночки. Может быть, кто-то захотел дать нам урок и одновременно показать свою власть. Все возможно! Даже шантажировать телеканал — почему бы нет? Во всяком случае, он или они решили нас не убивать. Стало быть, речь идет о похищении.

Карен остановилась.

— Только если не рассматривать еще одну возможность. И вы сами знаете какую.

Томас взглянул на нее с недоверием. Почему она так насмешливо улыбается?..

— Ну, если у вас есть лучшая гипотеза…

— Есть: возможно, вы совсем съехали с катушек, старина.

Томас почувствовал, как мышцы его лица каменеют.

— Если нас ничем не опоили, — медленно заговорил он, — как вы тогда объясните всеобщую потерю памяти? Необычную слабость Перл? Долгий сон Элизабет? Это явные последствия той дряни, которую…

— Это также симптомы отравления организма продуктами сгорания, — перебила Карен.

Томас невольно отступил. Об этом он не подумал.

— Послушайте, — продолжала Карен, — в автобусе возникла какая-то техническая проблема, пока мы спали. В результате он загорелся. Фрэнки потушил пламя — возможно, с помощью огнетушителя, их могло быть несколько, — но мы уже надышались гарью. Фрэнки отклонился от намеченного маршрута и направился к ближайшему населенному пункту. Он остановил автобус здесь, вытащил нас и отправился за помощью. Как вы думаете, какая версия более вероятна; моя или ваша, с этим абсурдным похищением — без доказательств, без свидетелей и, самое главное, без похитителя?

— Я знаю то, что видел своими глазами.

— Ваш мозг, одурманенный алкоголем и страдающий от кислородного голодания, мог запросто породить эту галлюцинацию.

Камерон фыркнул:

— Ну что, нечем крыть, Линкольн?

Томас почувствовал, как у него подкашиваются ноги. Неужели он до такой степени заблуждался?

— Хорошо, — внезапно сказал Ленни, — я полагаю, теперь и мне настало время предъявить кое-что.

Он вынул из кармана шелковый платок и осторожно развернул его.

— Что у вас тут? — насмешливо спросил Камерон. — Вставная челюсть?

Старый денди извлек из глубин платка крошечную белую частичку.

— Вот этим я подавился, — сказал он. — Вначале я подумал, что это мог быть осколок пластиковой ложечки. Но в свете того, о чем вы говорили… Доктор Линкольн (он особенно подчеркнул этот титул, как всегда в обращении с Томасом), можете ли вы сказать, что это такое?

Томас осторожно зажал крошечный осколок таблетки между большим и указательным пальцами.

— Черт подери, Ленни, вы просто гений!

— Что это? — спросила Элизабет.

— Кусочек таблетки.

— Кажется, на нем даже буквы есть.

Томас повернул белый кусочек к свету.

— Да R, потом О, и, кажется, половинка С. А под ними — цифра 1 в кружочке.

— ROC-1? И что это означает?

— Это может быть шифр какого-то медицинского препарата, — признала Карен. — Большинство производителей ставят на таблетках шифр или просто значок — чтобы слепые или те, кто не умеет читать, смогли определить, что это за препарат.

Томас протянул ей осколок таблетки.

— В данном случае, — сказал он, — это не шифр препарата, а скорее название лаборатории, где он изготовлен: ROCHE. Это европейская фирма. Цифра 1 означает дозировку — 1 миллиграмм.

Камерон развел скрещенные руки.

— Ах вот как? А вы откуда знаете?

— Вы никогда не были в Майами во время весенних студенческих каникул?

— А, это когда толпы студентов наводняют отели и трахаются сутки напролет?

— Там эти таблетки всюду продаются. Это финитразепам. Коммерческое название — рогипнол. Запрещен к продаже в США.

— Я о нем читала, — сказала Элизабет. — Вроде бы его еще называют «способ изнасилования».

— Да, он почти мгновенно вырубает намеченную жертву, а после вызывает у нее амнезию. Это бензодиазепин быстрого действия. В десять раз сильнее валиума. Студенты его используют, чтобы остановить перевозбуждение после кокаина. Новые образцы окрашивают воду в голубой цвет, чтобы их можно было распознать. Но в кофе…