Последнее оружие - Ле Руа Филипп - Страница 56

Кей Афтер спал. Они остановились посреди пустынной улицы. Клубы красного песка осели в желтом свете фар, открыв вид на безмолвные хижины и мачту с флагом.

– Как он? – спросил Натан Мари.

– Потерял сознание. Жгут остановил кровотечение, но я беспокоюсь. Вы можете мне объяснить?…

К ним вышел человек, закутанный в одеяло. Натан показал ему рану Поля. Селянин покачал головой, что-то сказал на своем диалекте и махнул в сторону грунтовой дороги, ведущей в Джинку. Они немедленно тронулись, не теряя времени. Еще километров двадцать.

– Кто эти люди, которые в нас стреляли? – спросила Мари.

Она уже раз в двадцатый задавала ему этот вопрос. Он и сам не знал. Торговцы оружием? Или те, что охотятся за ним от самого Сомали?

– Они способны видеть невидимое. В Джинке наши пути разойдутся. Вы сядете в самолет до Аддис-Абебы.

Он вновь подумал о том, что сказал. Эзиан Зави и Сюзан Фокс пытались сделаться невидимками, спрятаться у афаров или в кратере Нгоронгоро. Они знали, что их преследует нечто, пустившее в ход огромные средства, чтобы их выследить.

Они домчались до Джинки за пятнадцать минут. Было десять вечера. Аэродром оказался закрыт на ночь. Натан разбудил типа, спавшего в своей машине. Тот представился шофером-гидом-таксистом, заодно продающим прохладительные напитки. Его багажник был набит пивом местного эфиопского производства. Натан купил у него три бутылки и кое-какую информацию. Прибытие первого самолета «Эфиопских авиалиний» ожидалось завтра в 7 30. В Аддис-Абебу он полетит в 9 часов. Имелся также частный самолет с местным пилотом. У него дом с синими ставнями, на выезде из Джинки, за рекламным щитом «Тойоты».

Они побежали в медпункт, служивший также больницей, отделением «скорой помощи» и аптекой. Им открыл заспанный сторож. Увидев Поля, обошелся без всяких вопросов. За отсутствием медперсонала Мари и Натан экспромтом превратились в хирургов. Сторож предоставил в их распоряжение операционный стол, скальпель, пинцет, хлороформ, компрессы, спирт и иголку с ниткой. Поль потерял много крови, продырявленное бедро выглядело плохо. Он получил две пули. Натан усыпил его хлороформом и сделал надрез скальпелем. Первый кусок металла удалось извлечь довольно легко. Он вытер тыльной стороной ладони капли пота, выступившие на лбу, и приступил ко второй ране. Эта была гораздо глубже. Пришлось сперва долго искать пулю в мышцах, прежде чем она оказалась в его пальцах. Мари продезинфицировала раны спиртом. Натан перевел дух и взялся за иголку с ниткой, которую она протянула. Потом закрыл обе раны, тщательно их зашив.

– Надо наложить компресс и обмотать стерильным бинтом, чтобы не занести инфекцию.

Мари была бледна. Духота казалась нестерпимой.

– Вы в порядке?

– Справлюсь, – сказала она.

Натан вышел из парилки и присел на крыльце медпункта. Мари присоединилась к нему через несколько минут. Сторож ушел спать.

– Хотите теплого пива? – спросил он. – Местное производство.

Она приняла предложение.

– Выдержите?

– Надеюсь.

Ночь была полна звезд, каких-то нескончаемых теней и странных звуков.

– Хочется курить, – сказала она.

– Тут я вам ничем помочь не могу.

– У меня есть, в бардачке.

– Так у вас еще и бардачок есть?

Он встали принес ей пачку «Кэмела». Пуля угодила как раз в предупреждение «Курение убивает».

– Одна-две наверняка уцелели, – сказал он.

Ее лицо осветилось огоньком зажигалки, потом скрылось за завесой дыма.

– Спасибо.

– Не за что.

– Я не за сигареты, а за то, что вы сделали. Вы спасли нам жизнь.

– Это как посмотреть.

– А как же еще?

– Если бы вы меня не подобрали, спали бы сейчас спокойно в гостиничном номере.

– Кто же вы такой, если тратят столько усилий, чтобы вас уничтожить?

– Чем меньше вы об этом знаете, тем целее будете. Мы скоро расстанемся.

Она отпила половину бутылки и сделала затяжку, достаточную, чтобы заработать рак.

– Знаете, почему мы с Полем отправились в это путешествие?

– Вы мне говорили.

– Настоящая причина в том, что мы на грани развода.

Натан сделал глоток, запасаясь самообладанием, поскольку откровений было не избежать. Мари отличалась словоохотливостью, слова ее успокаивали. Что ж, если душевные излияния помогали ей держаться, необходимо ее выслушать, хотя у него есть более срочные дела.

– Хлое, нашей дочке, всего четыре года. Ради нее мы пытались склеить осколки. Думали, что эта поездка пойдет нам на пользу, что, оказавшись в стране, где у людей другие заботы, не похожие на наши, мы отвлечемся от собственных проблем. Что, пережив небольшое приключение, опять сблизимся. Ведь превратности судьбы укрепляют узы брака.

– Ну, этого добра вам сегодня хватило.

– Благодаря вам.

– Скорее уж по моей вине.

Мари искала решения внутренних проблем вовне. Пыталась спасти брак искусственными средствами. Заставляла себя любить мужчину, чтобы не нарушить душевное равновесие ребенка, рискуя увидеть потом, как накопившееся разочарование, неудовлетворенность, горечь спровоцируют гораздо больший разлад в душе ее дочери.

– Вы спасли жизнь Полю, вытащив его из «лендровера», – сказал он. – Когда очнется, будет считать вас героиней.

– Вы считаете, этого хватит для взаимности?

В этом он не был уверен.

– Мне надо поговорить с пилотом самолета, который я видел на аэродроме.

– Сейчас?

– Чем раньше, тем лучше.

– Куда вы потом?

– Государственная тайна, – сказал он шутливо.

– Воспользуйтесь нашим номером в гостинице, чтобы немного отдохнуть. Он на фамилию Жоффруа. «Маго-мотель». Я в любом случае останусь здесь, с Полем.

– Сначала разберусь с пилотом.

– Думаете, тут есть полицейский участок?

– Как-то не задавался этим вопросом.

– Это из-за страховки, чтобы заявить о случившемся. Не беспокойтесь, ваше имя упоминать не стану. Впрочем, я его и не знаю.

Она погасила окурок о землю. Когда подняла голову, Натан уже исчез.

108

Натан постучал в дверь желтого саманного дома с синими ставнями и крышей из гофрированного металла. Человек, открывший ему, был белым, лет пятидесяти, с седоватыми волосами и черными глазами.

– Мне нужен ваш самолет, – сказал Натан.

– И вы приперлись ради этого среди ночи?

Несмотря на акцент, тип говорил на том же языке, что и он сам.

– Завтра будет слишком поздно.

– А я-то тут при чем?

Натан силой вошел в дом. О чем сразу же пожалел – так там воняло. Либо тип спал с открытым ртом, либо у него были проблемы с выгребной ямой.

– Проваливайте отсюда!

Пилот вытащил откуда-то ружье со спиленным стволом. Натан сделал шаг в сторону, выходя из-под прицела, и ударил по оружию ногой. Обрез взлетел в воздух и выстрелил. Заряд крупной дроби пробил в стене дыру размером с окошко. Прежде чем ружье упало в руки Натана, второй удар согнул хозяина пополам. Первое знакомство с тем, кто должен был вытащить его отсюда, не предвещало ничего хорошего. Оправившись от удара, тип рухнул на диван, прихватив с собой стакан бурбона. Судя по батарее бутылок в его баре, пластинкам Билла Монро и «Фогта Маунтин Бойз» рядом с проигрывателем, двум фотографиям в рамках и нескольким счетам, Натан заключил, что тот родом из Кентукки, работал когда-то в гражданской авиации, отзывается на имя Барни Риггз и не купается в золоте.

– Проклятье, вы мне печенку отбили.

Натан разрядил обрез.

– Я вам попал в солнечное сплетение. Печень ниже. А испортили вы ее себе сами, выпивкой.

– Вы что, из «Анонимных алкоголиков»?

– Мне надо как можно скорее добраться в Танзанию.

– А почему не на Бора-Бора?

– Сколько вы берете?

– Сто баксов за полчаса. С вас двести возьму.

– Я дам тысячу, если вылетим прямо сейчас.

– Не могу, у меня клиенты завтра утром. Пара австралийцев хотят полюбоваться с воздуха долиной Омо.