Жертвоприношение - Болтон Шэрон - Страница 99

Я наконец обрела дар речи.

– Тебе просто повезло с генами. Это не имеет никакого отношения к…

– Но у меня были и другие необъяснимые способности. Я обнаружил, что могу подчинять людей своей воле, заставлять их делать то, что я хочу.

– Другими словами, гипнотизировать.

– Да. Кажется, некоторые представители вашего поколения называют это именно так.

Я промолчала. Что можно было на это сказать? Ричарду ни на секунду не удалось убедить меня, но какие контраргументы я могла привести, чтобы опровергнуть то, во что он свято верил?

– Меня познакомили с двумя другими мальчиками, которым уже исполнилось шестнадцать. Один из них был с основного острова, другой – с острова Брессей. Они были почти такие же, как я – такие же сильные, такие же умные. Мне также рассказали о четырех других, которые были на несколько месяцев младше. Все мы входили в одну возрастную группу. Еще меня познакомили с нашими старшими собратьями – тремя мальчиками, которым было по девятнадцать лет. Они понимали, какой трудный, переломный период мы переживаем, потому что сами пережили его за три года до этого.

– Каждые три года… – сказала я.

Ричард кивнул.

– Каждые три года рождается от пяти до восьми мальчиков. Нам позволено иметь только одного сына. И этот сын вскоре становится одним из нас.

– Из троу?

Я хотела вложить в эти слова весь сарказм, на какой только была способна, и даже попыталась это сделать, но голос не слушался меня.

Ричард нахмурился:

– Кунал троу. – Потом он немного расслабился и даже улыбнулся. – Столько всяких легенд, столько глупых россказней: маленький серый народец, который живет в пещерах и боится железа… Но в каждом, самом фантастическом предании обязательно отыщется зерно истины.

– Все эти женщины… Все эти смерти… Как вы это делаете?

Ричард снова улыбнулся. Мне показалось, что он даже начал рисоваться передо мной.

– Собственно, с чисто практической точки зрения это элементарно. Главное – иметь своих людей в нужных местах. Как только мы находим женщину, которая нам подходит, мы начинаем следить за каждым ее шагом. Главное, чтобы она попала в больницу. Можно организовать несчастный случай, а можно договориться с ее лечащим врачом, и он обнаружит у нее какую-то болезнь. Конечно, не все врачи, практикующие на островах, наши люди. Поэтому тут возможны варианты. А после того как женщина оказывается в больнице, все уже совсем просто, хотя, естественно, в каждом случае необходим индивидуальный подход. Как правило, ей вводится высокая доза препарата типа мидазолама, чтобы сильно замедлить метаболические процессы. Аппараты жизнеобеспечения автоматически подают тревожный сигнал, констатируя состояние клинической смерти. Если при этом присутствуют родственники, медперсоналу приходится постараться, устраивая целое представление: они делают все возможное, чтобы спасти жизнь пациентки, но, к сожалению, терпят неудачу. Потом женщину, которая по-прежнему находится без сознания, отвозят в морг, где уже ждут наши люди, чтобы доставить ее на Тронал. Патологоанатом составляет акт вскрытия, которого не было, и утяжеленный гроб, якобы с телом покойной, хоронят или кремируют. Естественно, мы отдаем предпочтение кремации.

– Понятно. А что получилось с Мелиссой?

Ричард вздохнул:

– Мелисса – это особый случай. Как и ты. С ней не должно было произойти ничего подобного! – Он бросил в сторону открытой двери сердитый взгляд. Судя по всему, он был адресован Гээру. – Мы не трогаем наших собственных жен.

– Она узнала о вас?

Ричард кивнул:

– Она узнала пароли Стивена и однажды вечером просмотрела все его компьютерные файлы. – Он протянул руку, погладил мой лоб и продолжал: – Мелисса была очень умной и очень упрямой женщиной. Во многом она очень сильно напоминала тебя. Это просто какая-то жестокая ирония судьбы, что именно ты нашла ее тело. Несмотря на свой ум, она сделала роковую ошибку: решила пойти против собственного мужа. Необходимо было срочно принимать какие-то меры. Сначала мы думали просто ликвидировать ее, но Стивен узнал, что она беременна, и не хотел терять своего ребенка. Идея с подменой Мелиссы женщиной из Обана принадлежала ему. Я был против. Слишком много осложнений. Но нас поджимало время.

– А Кирстен Ховик? Я уверена, что она тоже похоронена на моем лугу. Это вы организовали несчастный случай? За рулем грузовика сидел ваш человек?

Ричард покачал головой.

– Нет, несчастный случай с Кирстен не был подстроен. Нам пришлось просто преувеличить серьезность ее травм. Она родила сына. Он сейчас живет на Йелле. Очень славный мальчуган.

Кирстен тоже могла бы жить. Тогда и жизнь Джосса Ховика была бы совсем другой. Она была бы наполнена радостью, а не невыносимым горем. Мне хотелось плакать, но я понимала, что если начну, то уже не смогу остановиться.

– Но зачем вы хороните этих женщин? Если бы вы выбрасывали их в море или сжигали, я бы никогда не нашла Мелиссу.

– Это невозможно. Это противоречило бы нашим убеждениям. Матери наших сыновей лежат в земле, которая для нас священна. Это одна из посмертных почестей, которые мы им воздаем.

– А так как на Тронале хоронить их слишком рискованно, вы создали импровизированные кладбища, которые разбросали по всем островам, да?

Ричард слегка наклонил голову, подтверждая мою догадку.

– А Дункан? Дункан тоже это делал? Пил…

Ричард кивнул.

– Да. Как и его отец, и его дед. Как мой отец, мой дед и мой прадед. Мы все – кунал троу. Мы сильнее и могущественнее остальных мужчин на земле.

Он встал, собираясь вернуться в рубку. Я чувствовала невероятную, нечеловеческую усталость. Больше всего на свете мне хотелось поскорее впасть в забытье. Но я знала, что если поддамся этой слабости, то точно умру. Необходимо было продолжать говорить.

– Сколько? Сколько вас вообще?

Ричард остановился на пороге.

– Всего в мире нас около четырех или пяти сотен. Большинство, конечно, живет здесь, но около ста лет назад мы начали колонизировать и другие места, отдавая предпочтение отдаленным островам с развитой экономикой.

Мое тело сотрясала крупная дрожь, я с трудом сдерживала рвотные позывы. У меня, несомненно, был самый настоящий шок, однако благодаря ему реальность перестала ускользать от меня и я больше не боялась отключиться. Боль была адской, но приходилось терпеть.

– В вас нет ничего особенного, – сказала я. – Вы придумали собственную исключительность, и она существует только в вашем воображении.

Ричард понизил голос и заговорил таким тоном, словно увещевал раскапризничавшегося ребенка:

– Ты даже представить себе не можешь ту власть, которой мы обладаем. Могущество, о котором можно только мечтать. Эти острова и многие другие, разбросанные по всему миру, принадлежат нам. Мы не кичимся своими состояниями, но, поверь, их размеры впечатляют.

– Вы самые обычные мужчины.

– Мне восемьдесят пять лет, Тора, но я до сих пор сильнее большинства пятидесятилетних. Насколько это обычно?

– Ричард, – донесся из рубки голос Гээра, – кажется, я слышу звук мотора. Мне нужно подняться наверх и подать сигнал. Можешь стать за штурвал?

– Постарайся поверить мне, если сможешь, – сказал Ричард перед тем как повернуться и уйти. – Это значительно облегчит твое существование в течение следующих нескольких месяцев.

Он вышел, закрыл дверь, и я осталась наедине с абсолютно неподвижной Фрейей. Я не могла понять, почему они не усыпили меня. Возможно, Ричард слишком увлекся, пытаясь доказать мне собственную уникальность, и просто забыл об этом? Хотя, скорее всего, он решил, что боль и сильная кровопотеря обездвижат меня не хуже седативного средства. Я посмотрела на ногу. Кровь перестала фонтанировать, и у меня появилась надежда на то, что артерия не перебита. Осторожно опустив ногу, я приподнялась и села на койке. Кровотечение усилилось, но не катастрофически. Я посмотрела на Фрейю. Если не считать дыхания, которое, правда, стало менее тяжелым, она не подавала никаких признаков жизни. С этой стороны помощи ждать нечего.