Жертвоприношение - Болтон Шэрон - Страница 97

Я перевела взгляд на свекра.

– Боюсь, что это так, Тора, – сказал Ричард. – В прошлое воскресенье, когда ты была под воздействием снотворного, я взял у тебя анализ крови. У тебя довольно высокий уровень хорионических гонадотропинов. Думаю, Дункан в последнее время легкомысленно относился к приему своих таблеток.

Хорионический гонадотропин – это гормон, который вырабатывается организмом беременной женщины. Именно высокий уровень гонадотропинов показывает тест на беременность, который можно купить в любой аптеке. Но анализ крови определяет их наличие в организме уже через несколько дней после зачатия.

Гээр продолжал ухмыляться, но я видела его как в тумане. У меня не было оснований сомневаться в их словах. В последнее время я чувствовала себя просто омерзительно, но приписывала тошноту и хроническую усталость – этих вечных спутников беременности – тому, что постоянно находилась в нервном напряжении. Я беременна! После двух лет безуспешных попыток и горьких разочарований я наконец-то беременна! Я ношу под сердцем ребенка Дункана, и эти монстры думают, что смогут отнять его у меня?

– Как ты попал в мой кабинет? – спросила я, испытывая острый приступ ненависти к Гээру за то, что он подсыпал какую-то дрянь в мой кофе в ту ночь, когда я выяснила, что на моем лугу была похоронена именно Мелисса, его бывшая жена. Наркотики и сильнодействующие препараты могут очень сильно навредить зародышу, который только начал развиваться. – Я знаю, как ты попал в дом, но как ты попал в мой кабинет?

Я еще не успела договорить, как уже поняла, что знаю ответ на свой вопрос. В тот вечер в сумочке не было моих ключей от кабинета, и мне пришлось воспользоваться запасными. Гээр украл их тогда же, когда оставил в моем доме ягоды и свиное сердце. Кроме всего прочего, он был еще и искусным вором.

– Подними веревку и свяжи Ричарда, – сказала я, показывая на моток, который бросила на ступени несколько минут назад. – Сделай это быстро и тщательно, и тогда никто не пострадает.

Гээр посмотрел на меня, и мне стало страшно. Я никогда в жизни не видела таких пустых и мертвых глаз.

– И почему я должен это делать? – спросил он.

– Потому что когда в твой мозг вонзится десятисантиметровый металлический штырь, тебе будет немного больно, – ответила я, вытягивая руку из кармана.

Гээр перевел взгляд на предмет в моей руке, и я с глубоким удовлетворением отметила, что спеси у него значительно поубавилось.

– Что это за фигня?

– «Гуманный убийца» моего дедушки. Только не думаю, что он покажется тебе очень гуманным, когда я приставлю его к твоему виску.

Краем глаза я заметила, как Ричард потер ладонями лицо и запрокинул голову. Этим характерным жестом он так напоминал Кенна, что я не могла понять, как можно было сразу не догадаться, что это отец и сын.

– Тора, я прошу тебя немедленно положить эту штуку, – сказал Ричард. – Иначе кто-то может пострадать.

– Ты совершенно прав. И этим кто-то буду не я.

Гээр шагнул ко мне. Я резко обернулась, и теперь ствол пистолета был направлен прямо на него. Он отпрыгнул и попробовал зайти с другой стороны. Я снова ткнула в него стволом, заставив отступить. Теперь Гээр начал кружить вокруг меня, перемещаясь из стороны в сторону, делая ложные выпады и отскакивая в последний момент. Он дразнил меня, пытался вывести из равновесия, и это начинало срабатывать. Кроме того, после каждого обманного маневра он оказывался все дальше от лестницы и все ближе ко мне. Он загонял меня в ту часть рубки, где находился Ричард, к которому я невольно постепенно поворачивалась спиной.

Резко развернувшись, я прыгнула вперед и оказалась сбоку от Ричарда. Тот попытался схватить меня, но я увернулась, вцепилась свободной рукой в ворот его пуловера и приставила дуло «гуманного убийцы» к его щеке. Если бы я нажала на спусковой крючок прямо сейчас, то штырь не попал бы в мозг, но последствия все равно были бы крайне неприятными.

– Стоять! Не пытайтесь даже сдвинуться с места. Оба.

Гээр застыл на месте. Несмотря на поднятые руки, он явно готовился к решительному броску. Теперь его глаза ярко блестели от возбуждения.

– Тора, – тяжело дыша, сказал Ричард, – не делай глупостей. Через считаные минуты сюда прибудут наши люди.

– Вот и прекрасно! – огрызнулась я, хотя была еще в состоянии мыслить достаточно связно и понимала, что эта новость не сулит мне ничего хорошего. – У меня как раз накопилось несколько вопросов к Энди Данну, не говоря уже о моем любимом боссе.

Гээр нахмурился. Ричард слегка повернул голову, чтобы лучше меня видеть.

– Ты имеешь в виду Кенна? – спросил он.

– Послушай, Ричард, давай не будем…

– Кенн не приедет.

Я отвела ствол от щеки Ричарда, чтобы он мог повернуться ко мне лицом. Гээр сгруппировался, приготовившись к прыжку.

– Даже не пытайся, Стивен. Я успею выстрелить прежде, чем ты доберешься до меня. – Несмотря на то что я обращалась к Гээру, мой взгляд был прикован к лицу свекра. – Что ты хочешь этим сказать?

Глаза Ричарда сузились. Несколько секунд он просто пристально смотрел на меня, как будто пытаясь прочитать что-то в моих глазах. Я затаила дыхание.

– Кенн никогда не был одним из нас, – наконец сказал он печальным голосом. Таким тоном обычно сообщают плохие новости. – Я понимаю, почему ты ошиблась. Он действительно производит соответствующее впечатление. Но это впечатление ошибочно.

– Ошибочно? – переспросила я, отказываясь поверить в то, что противоречило всякой логике. – Тогда объясни, как получилось, что Дункан… что он с вами… был с вами… а Кенн нет.

– Ричард, у нас нет времени на всякие дерьмовые сантименты, – вмешался Гээр.

– Я любил его мать, – сказал Ричард. – Когда она родила Кенна, я не смог причинить ей боль. Я помог ей бежать. В течение последних сорока лет она живет в Новой Зеландии.

– И Кенн ничего об этом не знает?

Ричард покачал головой.

– Он знает свою мать. Я познакомил их несколько лет назад. Но он ничего не знает о нас. Во многих отношениях это самая настоящая трагедия. Кенн незаурядный человек, необычайно одаренный, перед ним могли бы открыться исключительные возможности, если бы… Впрочем, сейчас бесполезно рассуждать о том, что было бы… Это, конечно, моя вина. Я позволил эмоциям взять верх над разумом. Но этого больше не произойдет.

Я заметила, что Гээр все сильнее проявляет признаки нетерпения.

– Пойми, Тора, ты тоже никогда не должна была ничего узнать и тем более оказаться на Тронале, – продолжал Ричард. – Мы с Элспет всегда симпатизировали тебе и знали, что Дункан тебя любит. – Его взгляд утратил остроту, и мне показалось, что он ушел в себя. Возможно, в эту минуту он вспомнил о матери Кенна. – Через год ты бы благополучно усыновила новорожденного ребенка. Возможно, это даже был бы ребенок Дункана. И никто бы не пострадал.

– Кроме несчастной женщины, которая родила этого ребенка. Интересно, я видела ее сегодня? Кто из них? Одел или Фрейя?

– Бесполезно говорить о вещах, которых ты никогда не сможешь понять.

– На твоем месте я бы положил пушку, – снова заговорил Гээр, делая шаг вперед.

– А я бы на твоем месте вскрыла себе вены и прыгнула за борт.

Со стороны каюты, из которой несколько минут назад вышел Гээр, послышался какой-то шум. Мы с Ричардом одновременно обернулись в ту сторону, и в эту секунду Гээр прыгнул. Прежде чем я успела отреагировать, он навалился на меня, и хотя я все же выстрелила, но это не причинило Гээру большого вреда. А в следующую секунду он выбил оружие из моей руки, и мы оба рухнули на пол.

Слегка оглушенная падением и распятая на жестких досках, я была совершенно беспомощна. Под весом тела Гээра я не могла не только двигаться, но и дышать.

– Поосторожнее, Стивен, прошу тебя, – услышала я голос Ричарда. – Мы не должны потерять этого ребенка.

– Послушай, Ричард, может быть, ты займешься лодкой? Одному богу известно, где мы сейчас находимся.

Я услышала звук шагов, потом двигатели снова заработали в полную силу, и лодка резко повернула влево. Еще я слышала треск рации. Судя по всему, Ричард пытался связаться с какой-то другой лодкой.