Жертвоприношение - Болтон Шэрон - Страница 105

Я мгновенно забыла о птицах.

– Где?

– Видишь людей возле Хелен? Высокий мужчина с рыжеватыми волосами и женщина в очках в толстой оправе? Рядом с камышами.

Я быстро отыскала глазами маленькую группу, о которой говорила Дана. Они больше не были одними из многих. Внимание всех полицейских, работающих на нашем лугу, теперь было сосредоточено исключительно на них. Один за другим одетые в белые комбинезоны эксперты подтягивались к тому месту, где они стояли.

– Да они там что-то обсуждают уже целый час, – отмахнулся Дункан. – Мне кажется, что эти двое просто более эмоциональны, чем остальные.

– Они сейчас очень близко от того места, где я нашла Мелиссу, – сказала я сдавленным голосом.

Некоторое время мы молча наблюдали за тем, как четверо мужчин начали старательно копать в том месте, на которое указали эксперты.

– Давайте зайдем в дом, – предложил Дункан, но никто не сдвинулся с места.

Разбросанные по всему лугу полицейские прекратили поиски. Все взгляды были устремлены на четырех мужчин с лопатами. Даже неугомонные крачки притихли, как будто понимали важность происходящего.

Со стороны залива начали надвигаться темные тучи. Земля, которая еще минуту назад была расцвечена яркими красками поздней весны, погрузилась в полумрак. Казалось, никто не в состоянии заговорить. И мы, и полицейские на лугу молча прислушивались к размеренным, глухим ударам заступов о влажную землю и ждали.

Когда я поняла, что больше не в силах выносить это нервное напряжение, мужчины прекратили копать и отступили от ямы. Зато к ней сразу же устремились другие. Камеры экспертов защелкали, полицейские переговаривались по рации, из фургонов, припаркованных на нашем дворе, начали выгружать оборудование, а толпа журналистов заволновалась. Хелен начала спускаться по склону, направляясь к нам.

В конечном счете на нашем лугу обнаружили идеально сохранившиеся, потемневшие от торфа тела четырех женщин. Первую из них, которую откопали в тот день, когда я наблюдала за крачками, звали Рейчел Джибб. Остальные были опознаны как Хизер Патерсон, Кэйтлин Корриган и Кирстен Ховик. Все эти имена были мне знакомы – я видела их на экране своего компьютера в тот вечер, когда познакомилась с Хелен. Впоследствии я узнала гораздо больше об этих женщинах: о том, где они жили, какой образ жизни вели и какова была официальная версия их смерти. Я значительно больше, чем мне хотелось бы, думала о том, как они провели последний год своей жизни. Беременность и роды – это нелегкое и мучительное испытание для любой женщины. Так как же должны были чувствовать себя эти несчастные, вырванные из привычного окружения, разлученные с теми, кого они любили, обреченные на постоянный страх и одиночество? Конечно, им был обеспечен самый лучший, высококвалифицированный медицинский уход, но рядом не было никого, кто мог бы взять их за руку, нежно обнять, утешить и сказать, что в конце концов все обязательно будет хорошо, что их страдания окупятся с лихвой. Этих узниц собственных тел, которые удерживали их на Тронале не менее надежно, чем снотворные, наручники и охрана, содержали в одиночных загонах, как беременный скот, до тех пор, пока они не выполняли свою миссию и не переставали быть нужными мучителям. И если при мысли об этом в вас все клокочет от ярости, милости просим в наш клуб…

Как и у Мелиссы, у каждой из найденных на нашем лугу женщин было вырезано сердце. У каждой на спине было три рунических символа: Othila,то есть Плодовитость; Dagaz,или Урожай; и наконец Nauthiz –Жертвоприношение.

Я была очень расстроена, когда группу экспертов отозвали, так как была абсолютно уверена в том, что где-то похоронены еще два тела. На следующий год после официально зарегистрированной смерти этих женщин на свет появилось семь мальчиков, рядом с записями о рождении которых стояла аббревиатура KT. Но полиция уверяла, что вся земля вокруг нашего дома была исследована достаточно тщательно. Даже Дункан и Дана уговаривали меня отступиться и не настаивать на дальнейших поисках. Так что, видимо, этим женщинам суждено навсегда остаться здесь, на лугу. Возможно, они вечно будут лежать в земле Шетландских островов вместе с сотнями других женщин, которые бесследно исчезали здесь на протяжении многих столетий. Или когда-нибудь, совершенно неожиданно, появится еще кто-то, такой же невежественный, как я, и осмелится потревожить их покой…

Крачки покинули нашу землю и нашли себе другое место для гнездовий. Мы с Дунканом на них не в обиде. Мы тоже собираемся вить свое гнездо совсем в другом месте.

Послесловие

Все предания, на основе которых был создан роман «Жертвоприношение», задокументированы, но эти документы довольно малочисленны. В основном потому, что в течение многих лет жители Шетландских островов не видели необходимости в том, чтобы записывать свои легенды. Из-за удаленного местонахождения и относительной изоляции население на этих островах оставалось стабильным, и в течение очень длительного времени рассказы передавались из уст в уста. Кроме того, я обнаружила, что местные жители крайне неохотно говорят об этих странных и сверхъестественных вещах.

Возможно, шетландский фольклор никогда бы не стал достоянием широкой общественности, если бы не упорство уроженки этих мест, женщины с острова Анст. Как девятый ребенок девятого ребенка (в древнескандинавской мифологии числу девять придается совершенно особый смысл), Джесси M. E. Сэксби занимала привилегированное положение в местном обществе и потому знала много историй о сверхъестественном, не известных другим. Их она и изложила в своей замечательной книге «Традиционные верования Шетландских островов». Идею романа «Жертвоприношение» мне подсказала жуткая легенда о кунал троу которую я обнаружила, как это ни странно, в публичной библиотеке городка Эйлсбери, в Бакингемшире. А эта книга вообще была написана в графствах центральной Англии. Я не отважилась отправиться на север, прежде чем она была завершена.

Когда я впервые оказалась на Шетландских островах, было утро ясного, морозного дня конца ноября. В соответствии с представлениями, которые сложились в процессе написания романа, я очень многого ожидала от этой поездки и не была разочарована. Острова не только не обманули моих ожиданий, но и превзошли их. Мне они показались самым прекрасным местом из всех, в которых мне когда-либо довелось побывать.

Из Самбургского аэропорта я поехала на север, и всю дорогу с моего лица не сходила улыбка, потому что за каждым поворотом открывались все более и более потрясающие виды. С основного острова я переправилась на Йелл – восхитительное место цвета осенних листьев, а оттуда отправилась на Анст, который воистину можно назвать «самым прекрасным и уединенным местом на земле».

И на протяжении всего дня мне встречались сердечные и дружелюбные люди, всегда готовые помочь и абсолютно нормальные (хотя чего я, собственно, ожидала?). Было совершенно непонятно, почему эти потрясающие острова до сих пор остаются настолько малоизученными и не слишком популярными среди туристов. Меня даже начали мучить угрызения совести: как я могла написать такую зловещую историю о столь замечательной и гостеприимной земле? И тем не менее…

Вечером того же дня Лервик показался мне неестественно тихим и тревожно темным. Следуя карте, я направилась к небольшой церкви Святого Магнуса. В отличие от своей героини, я так и не отважилась пройти по мрачной пустынной улочке с причудливыми деревьями и нависающими громадами домов. Вместо этого я решила прогуляться к морю. Почти на каждой подъездной дорожке сушились темные, мокрые рыболовные сети, и мне почему-то не хотелось думать о том, что или кого ими собираются ловить. Когда же я наконец добралась до берега, то обнаружила там молчаливую группу людей, столпившихся вокруг огромного костра, разложенного на песке. Что это было? Запоздалое сжигание чучела Гая Фокса (пятое ноября давно прошло) или нечто совершенно другое? Я вспомнила все прочитанные истории об исчезновении женщин, о темницах на отдаленных островах, о призрачных серых существах, которые охотятся на людей, и у меня в голове вдруг отчетливо зазвучали слова одного из моих героев. «Столько всяких легенд, столько глупых россказней: маленький серый народец, который живет в пещерах и боится железа… Но в каждом, самом фантастическом предании обязательно отыщется зерно истины».