Секс-трафик - Уикс Ли - Страница 21

— Мне необходимо вернуться на Филиппины, Энджи. Пусть Креветка приготовит мне новые документы. Скажи ему, что я хочу теперь быть Джоном Блэком. Нужно, чтобы я стал владельцем парочки языковых школ — возможно, одной здесь, в Лондоне, а второй где-нибудь в другом месте. Я также должен на паях владеть несколькими сомнительными барами и массажными салонами. Передай Креветке, что мне требуется убедительная, но запутанная легенда.

— Ладно, без проблем, но разве не проще кому-нибудь из Лондона это сделать?

— Наверное. Но пока я сам возвращаюсь в Гонконг. Проблема возникла не здесь. Нити тут сходятся, но основную игру затеяли в другом месте. Эми Тан, может, жива, а может, и нет. Даже если она все еще в Англии, находясь здесь, я ей помочь не сумею. Пусть местная полиция ищет ее. Я хочу, чтобы Креветка принял дела, после того как я уеду. Он может работать с командой напрямую и поддерживать связь со мной. Мы уже знаем, кто является Головой Дракона нового общества?

— Пока не знаем. Креветка этим занимается.

Мэнн закончил разговор с Энджи, открыл бумажник и достал оттуда листок, который дал ему Микки. Он набрал номер и оставил сообщение на автоответчике. Через пять минут Микки перезвонил:

— Я вам нужен?

— Есть женщина — умная молодая китаянка. Ее регулярно видели около дома в Ли-Вэлли вместе с двумя китайцами. Есть идеи? Не может женщина возглавлять операции по секс-трафику?

— Были разговоры о какой-то бабе, молодой, красивой — я узнаю что смогу. Еще говорят, будто кто-то устроил пожар, чтобы показать Луну свое уважение.

— Да, это возможно. Он сейчас очень опасен — если ему не вернут дочь, заплатят все.

— Лун знает, куда ударить. Может, он и своего противника знает. Или собирается поджигать бордели в Англии, пока не нападет на тех, кого ищет. Может, он просто хочет крови и полагает, что если прольет достаточно, все будут с ним сотрудничать и вернут ему дочь.

— Как бы то ни было, Микки, потребуется немало времени, чтобы волнение улеглось. Если Лун знает, что это за новая группировка, у него наверняка есть кто-то, работающий там под прикрытием. Ты слышал, что Стиви Хо вернулся?

— Да. Он наглый, ходит по Чайнатауну с таким видом, будто здесь все принадлежит ему.

— Он говорит о новой группировке?

— Да, я даже могу название сообщить — «Белый круг».

— Белый? Цвет смерти. Да… «Смертельный круг».

— Странный выбор.

— Возможно, — задумался Мэнн.

— Мэнн!

— Да?

— Стиви еще говорит, что вы все равно что мертвый.

Глава 24

— Так ты меня ищешь, Стиви?

В заполненном посетителями китайском ресторане, куда народ собрался на ленч, Мэнн легко нашел взглядом Стиви. Китаец облысел, когда ему было лет двадцать пять, теперь же он еще и разжирел, так что кожа на шее образовывала жирные складки, напоминая готовую для засолки свинину. Он был единственным лысым среди десяти отлично одетых китайцев — все в водолазках, темных пиджаках и солнцезащитных очках. Они сидели за круглым столом с вращающейся подставкой в центре, уставленной только что поданными дымящимися блюдами. Похоже, они настроились на продолжительный ленч.

Стиви не было необходимости поворачиваться, чтобы догадаться, кто задал вопрос.

— Кто бы это мог быть? Неужели детектив Джонни Мэнн?

Джонни и Стиви знали друг друга с давних пор — вместе учились в полицейской академии, соревновались в успеваемости и всегда и во всем были первыми и равными. После окончания академии Стиви предложили работать под прикрытием, но он так из-под этого прикрытия и не вышел. За исключением широких плеч в нем не осталось ничего, что напоминало бы симпатичного амбициозного молодого полицейского, каким он когда-то был.

Стиви жестом велел официанту принести еще один стул, для Мэнна. Джонни поднял руку, останавливая официанта.

— Ты, похоже, уже поел, Стиви. Пойдем отсюда.

Стиви пожал плечами, снял с колен салфетку, аккуратно ее свернул и положил на стол рядом с миской. Затем он начал подниматься… очень медленно. Человек, сидевший напротив и чуть левее, вскрикнул от боли, схватил свою правую руку и крепко сжал пальцы. Через три секунды кровь залила белую скатерть. Маленькая метательная звезда разрезала пальцы мужчины до кости, пока он решал, успеет ли дотянуться до кобуры. Звезда бесшумно приземлилась на ковер за его спиной.

Мэнн улыбнулся ему:

— Не делайте глупостей. Я легко мог отрезать вам руку.

Люди, сидевшие поблизости, потянулись за оружием, задвигались стулья, все старались продемонстрировать, что не имеют отношения к заварушке. Никто не достал телефон. Все тут были китайцами, и они мгновенно поняли, что это дело триад. Еще они знали, что избегут неприятностей, если сами не будут на них нарываться. Посетители ресторана отвели глаза и продолжили есть.

Стиви поднял руки, успокаивая всех.

— Я в порядке, сидите… сидите. — Он поморщился. «Делайла» беседовала с его почками.

— Да, заканчивайте ваш ленч, ребята, а Стиви скоро вернется. Если кто-то пойдет следом, Стиви вернется, но в разобранном состоянии.

Они прошли через притихший ресторан. Все головы были опущены к тарелкам. Выйдя на улицу, они направились к Ковент-Гардену. Никто не обратил на них внимания. Они были обычными бизнесменами и просто пробирались сквозь толпу пешеходов, запрудивших тротуар.

— Что с тобой такое? Как какие-то неприятности, обязательно появляешься ты. Тебе никогда не приходило в голову, Стиви, что ты живешь взаймы? Сколько лет тебе осталось, как думаешь? Что ты здесь делаешь?

— Путешествую по миру — ты это знаешь. Уверен, ты поинтересовался моим маршрутом. Я деловой советник у многих людей. Этим зарабатываю на жизнь.

— Ты имеешь в виду, что работаешь на «Во син син»? Если бы в том офисе имелось описание твоей должности, звучало бы оно так: сборщик денег за крышевание и долгов триад, связной с другими триадами, а также человек, ответственный за деловые операции триад за рубежом. Значит, тебя послал Лун? Ты приехал по делам «Во син син»?

Они прошли по брусчатке в крытый рынок Ковент-Гардена. Голуби лениво искали корм, и в воздухе витал аромат свежего кофе, слегка подпорченный запахом мыла кустарного изготовления.

— Мы оба знаем, что быть членом триады — незаконно. Но я представляю корпорацию Луна во многих ее деловых операциях, это верно. Я приехал сюда, чтобы позаботиться об активах Луна. Я был здесь и раньше, чтобы привезти деньги за освобождение его дочери, и лично заинтересован в ее благополучном возвращении. Мы все так или иначе работаем на Луна, правда? Даже тебя он нанял. Поговаривают, он тебе сейчас немало платит.

— Да, я тоже об этом слышал. Мы оба чего-то хотим. Только все твои помыслы сосредоточены на деньгах. Мы не все свиньи на пиршестве, где подают трюфели; у некоторых есть принципы, и я что-то не вижу своего «порше» на стоянке за полицейским участком. С кем ты имел дело, когда выплачивал выкуп?

— Я получил анонимные указания — по телефону.

— Мужчина или женщина?

— Женщина.

— Китаянка или англичанка?

— Китаянка.

Остановившись на краю площади, они стали наблюдать, как оперный певец опускает миску для подаяний на землю и включает магнитофон.

— Что ты делал на Филиппинах? Я слышал, покупал землю, встречался со своими приятелями сутенерами — Полковником и его дружками.

— Я не знаком с Полковником. А на Филиппинах все еще действительно можно купить собственность, баб и полицию. Разумеется, я блюду свои собственные интересы плюс к интересам корпорации Луна. Мне уже пора думать о будущем. Ты же знаешь — я человек амбициозный.

— Когда-то я тебя знал. Но тот человек давно умер, ты только оставшаяся от него скорлупа. В конечном итоге твои новые друзья тебя предадут. Ты якшаешься с прожженными подонками и не можешь надеяться на их порядочность. Ты когда-нибудь думал о своей совести, Стиви?

— Я договорился со своим собственным богом, Мэнн. Каждому свое.