Гробница Геркулеса - Макдермотт Энди - Страница 59

— Ловушки? Через столько лет? Это вам не компьютерная игра.

Чейз кашлянул.

— Вообще-то в Тибете такие до сих пор исправно действуют. Мы с Джейсоном однажды чуть не погибли… — Нина взглянула на него. — Да-да, знаю, следовало тебе рассказать. Извини.

— Вот почему ваши отношения не крепкие, — заявила София. — Вам не хватает общения. — Она отпустила волосы Нины. — Ну, просвети нас. Как войти в гробницу?

— Я не знаю, — честно призналась Нина.

София кивнула Комосе, и тот огромным кулаком дал Чейзу под дых. Эдди ухнул от боли.

— Как туда войти? — снова потребовала София.

— Господи! — воскликнула Нина в ужасе. — Я не знаю!

Еще один кивок. Комоса взял в руки дубинку и вмазал Чейзу по шее. Падая со стула, пленник издал стон и больно ударился головой о деревянный пол библиотеки.

— Как туда войти?

— Ах ты, сучка! — выругалась Нина. — Сказала же, не знаю! Оставь его в покое!

На сей раз Софии не нужно было кивать Комосе. Тот сам подошел к столику и взял дрель. Комоса два раза нажал на кнопку, инструмент дважды издал зловещий визг. Затем негр наклонился к Чейзу и поднес сверло к плечу. Прежде чем Нина успела сказать хоть слово, он нажал кнопку в третий раз.

Толстенное сверло вонзилось в плоть. Чейз заорал. На пол брызнула кровь. Даже Корву скривился от отвращения.

— Прекрати! — запричитала Нина, обращаясь к Софии. — Прекрати же! Я ничего не знаю! Но я найду, даю слово! Останови его!

София немного подумала, затем щелкнула пальцами. Комоса разочарованно вернул на место дрель, с которой капала кровь.

Нина бросилась к Чейзу. Из рваной дыры текла кровь, и как глубоко вошло сверло, сказать было трудно. Чейз дрожал, его лицо исказила безмолвная боль. Нина бросилась на колени, прикрывая ладонью рану, чувствуя, как горячая липкая жидкость течет между пальцами.

— Ради Бога, помогите ему! Я сделаю все, я найду, как нужно входить в гробницу.

— Перевяжи его, — распорядилась София, принимая капитуляцию.

Комоса оттолкнул Нину от Эдди. Она запротестовала, но двое других охранников подняли теряющего сознание Чейза и вынесли из комнаты.

— Добро пожаловать на борт, — буднично сказала София. — Приступай к работе. Ты должна расшифровать текст до того, как мы доберемся до гробницы. Иначе бинты не спасут Эдди от того, что с ним сделает Джо. — Она направилась вслед за людьми, которые вынесли Чейза, потом неожиданно остановилась и сильно ударила Нину носком туфельки по ребрам. Нина согнулась от боли. — Еще раз назовешь меня сучкой, и я отрежу тебе язык. — С этими словами она развернулась на каблуках-шпильках и покинула библиотеку.

— Вставайте, доктор Уайлд, — велел Корву. — У вас много работы. А мне нужно как можно быстрее организовать экспедицию в Алжир. — Он тоже вышел из библиотеки, задержавшись в дверях. — Кстати, умойтесь. Я не хочу, чтобы вы запачкали пергамент.

Нина осталась сидеть, глядя на окровавленные ладони.

Глава 21

Алжир

Три вертолета грохотали над пустыней, миля за милей исследуя песчаные барханы. Температура в тени достигала бы тридцати градусов, если бы была тень. Безжалостное солнце сжигало все живое.

В кабине ведущего вертолета, огромного транспортного «Сикорского С-92», стоял кондиционер, но ни Нина, ни Чейз комфорта не испытывали. Прошло два дня, как они снова вместе; Нина вплотную подошла к разгадке последних секретов, скрытых в тексте «Гермократа».

И ее время истекало.

— Десять минут, — объявила София. Она вместе с Комосой сидела в заднем отсеке кабины, там же, где и Чейз с Ниной. Корву занял место второго пилота спереди. — Надеюсь, тебя скоро посетит блестящая мысль.

— Условия далеки от идеальных, — пожаловалась Нина.

Руки ее были скованы наручниками, хотя и не за спиной, чтобы она могла работать с пергаментом. Чейзу доверяли меньше и вывернули руки за спину. Рану на его плече обработали и перевязали, но все равно было больно. Без всякой явной причины София вернула ему кожаную куртку, которую было не снять из-за наручников. Эдди обливался потом, несмотря на прохладный ветерок из кондиционера.

Теперь Нина была как никогда уверена, что в словах Платона скрывается ключ, зашифрованное выражение, которое поможет решить загадку. С каждым новым прочтением древнегреческого текста разгадка становилась все ближе.

Однако никак не поддавалась.

— Ничего? — спросил Чейз.

После эпизода с дрелью он стал заметно более молчаливым.

Нина покачала головой:

— Ясно только, что есть шифр, который позволяет найти значимые для обнаружения гробницы слова. Например, третье слово в шестой строке на первой странице — «поверни», а седьмое слово в двенадцатой строчке — «ключ», и так далее. Здесь прямо говорится, что нужно искать скрытые слова! Но я не могу подобрать принцип шифровки. Должна быть точка отсчета, от которой все начинается, иначе даже осведомленный о шифре человек не сможет им воспользоваться.

— На бумаге больше ничего нет? — спросил Чейз. — Никаких тайных посланий?

София взглянула на часы.

— У вас осталось шесть минут.

Нина углубилась в чтение пергамента, быстро скользя глазами по строчкам. Слова скрыты среди других слов… Она стала читать еще быстрее, древние поблекшие чернила сливались в нечитаемую строчку.

Ничего нового ей не найти. Если шифр и есть, то ключ не описан в «Гермократе».

— Мне знакомо это выражение лица, — с надеждой в голосе произнес Чейз.

Нина отвлеклась от текста.

— Что?

— Такое выражение лица у тебя бывает, когда ты решаешь кроссворд и нашла ответ. Что ты нашла?

— Да, что ты нашла? — вмешалась София с новым интересом.

Корву тоже обернулся в кресле и пристально посмотрел на Нину.

— Я… я пока не уверена. По-моему, я смотрела на проблему под неверным углом. Из-за указания, что слова скрыты среди других слов, я решила, что существует шифр, что комбинация отдельных слов из текста образует послание. — Она перелистала пергамент до первой страницы. — А что, если нет? Ведь указание, что на обратной стороне есть информация, было буквальным. Может быть, здесь то же самое? «Слова друга нашего Гермократа пусть помогут открыть скрытое внутри…» И еще «краснеющее стекло»… Красное? Окрашенное?

Нина посмотрела на крышу вертолета. Над передними сиденьями имелись окошки, позволяющие пилоту следить за лопастями несущего винта. Окна были тонированы в зеленый цвет. Нина подалась вперед и подняла листок так, чтобы солнечные лучи просвечивали его насквозь. Листок поменял цвет на изумрудный, грязные чернила превратились в темно-коричневые.

Нина чуть не подпрыгнула.

— Есть! Есть!

— Что там? — с любопытством спросил Чейз.

— Нужно что-то красное, пластик или стекло! — Нина оглядела кабину. — Быстрее! — скомандовала она Софии. — Сделай что-нибудь полезное, найди красное стекло!

София нахмурилась, однако подчинилась.

— Джо, кинь мне мою сумку. Вон ту, синюю. — Комоса протянул руку за сиденье, вытащил вещевой мешок и передал его Софии. Она покопалась в содержимом и протянула Нине красную папку-скоросшиватель. — Подойдет?

— Отлично, — одобрила Нина, выхватывая папку из ее рук.

Папка содержала в себе перевод «Гермократа» с древнегреческого на английский, но сейчас он был ни к чему. Нине требовалась только обложка из прозрачного красного пластика.

Она поместила первую страницу пергамента в папку и приложила к иллюминатору. Красный фильтр поглотил цвет чернил, оставив лишь слабые тени.

Зато проявилось что-то другое.

Среди слов-привидений оригинального текста стали видны отдельные буквы, как будто изначально выцветшие чернила вдруг почернели…

— Вот что означает строка о краснеющем стекле, — восхищенно произнесла Нина. — Я думала, темные места появились из-за плохого качества чернил, а их скорее всего прорисовывали повторно после написания текста. Во времена Платона красное стекло было необычайно редким и ценным предметом, и лишь немногие люди могли найти скрытый текст. Кто-то выделил буквы водяными синими чернилами, получились слова внутри слов. Использовали либо чернильную жидкость осьминога, либо…