Нетопырь - Несбё Ю - Страница 45

Харри услышал стук в дверь.

— Чертов администратор! — Он спрыгнул с кровати и, прикрываясь подушкой, открыл дверь.

За ней стояла Биргитта.

— Привет! — Улыбка ее застыла, едва она увидела его измученное лицо. — Что с тобой, Харри? Что-то не так?

— Да, — ответил Харри. — Не так. — В голове белыми вспышками бился пульс. — Почему ты пришла?

— Мне так и не позвонили. Я все ждала, потом позвонила им сама — никто не ответил. Должно быть, перепутали время и звонили мне, пока я была на работе. Летнее время и все такое. Скорее всего, не учли разницу в поясах. Очень похоже на папу.

Она говорила быстро, делая вид, будто нет ничего особенного в том, чтобы стоять посреди ночи в гостиничном коридоре и болтать о пустяках с парнем, который, очевидно, не хочет пускать тебя внутрь.

Они стояли и смотрели друг на друга.

— У тебя в номере кто-то есть? — спросила она.

— Да, — голос Харри прозвучал, словно хрустнула ветка.

— Ты пьян! — со слезами на глазах воскликнула она.

— Знаешь, Биргитта…

Она толкнула его в грудь, он сделал пару шагов назад, и она вошла за ним. Сандра уже надела юбку и пыталась нацепить туфли. Биргитта скорчилась, будто от боли в животе.

—  You whore! [68]— выкрикнула она.

— Угадала, — сухо ответила Сандра.

Она воспринимала происходящее с большим спокойствием, чем Харри или Биргитта, но все равно ей хотелось поскорее уйти.

— Бери свои вещи и вон отсюда! — задыхаясь от слез, крикнула Биргитта и швырнула в Сандру ее черной сумочкой.

Сумочка упала на кровать, из нее вывалилось содержимое. Харри стоял покачиваясь посреди комнаты и с удивлением смотрел, как из сумки выполз лохматый пекинес. Рядом с ним оказалась зубная щетка, сигареты, ключи, кусок зеленого криптонита и самые разнообразные презервативы. Сандра печально вздохнула, схватила пекинеса за шкирку и запихнула его обратно.

— A monetas, [69]сладкий? — спросила она.

Харри не двинулся с места. Сандра подобрала его брюки и вытащила из них кошелек. Биргитта осела в кресло. Кроме ее тихих рыданий и голоса Сандры, отсчитывающей деньги, в комнате не раздавалось ни звука.

—  I'm outta here, [70]— сказала Сандра с довольным видом и вышла.

— Погоди! — крикнул Харри, но было поздно. Дверь захлопнулась.

— «Погоди»? — переспросила Биргитта. — То есть ты ее еще ждешь? — выкрикнула она, вставая с кресла. — Козел! Чертов бабник и пьяница! Как ты мог…

Харри попытался было обнять ее, но она вырвалась. Они стояли друг против друга, как боксеры на ринге. Биргитта словно впала в транс: горящие слепой ненавистью глаза, перекошенный от ярости рот. Харри подумал, что будь у нее в руке нож, она не задумываясь убила бы его.

— Биргитта, я…

— Вон из моей жизни! Пей, пока не сдохнешь!

Она развернулась на каблуках и выбежала прочь, хлопнув дверью так, что задрожала вся комната.

Зазвонил телефон. Говорил администратор:

— Что происходит, мистер Хоули? Звонила дама из соседнего номера и…

Харри положил трубку. В нем вдруг вскипела дикая злоба, ему захотелось что-нибудь уничтожить. Он схватил со стола бутылку и собрался швырнуть ее о стену, но в последнее мгновение передумал.

Надо всегда держать себя в руках, сказал себе Харри, прикладывая горлышко бутылки к губам.

Звякнули ключи. Открылась дверь, Харри проснулся.

—  No room service now, please, come back later! [71]— крикнул Харри в подушку.

— Мистер Хоули, я представляю правление отеля.

Харри повернулся. В комнате стояли двое в костюмах — на приличном расстоянии от кровати, но с очень уверенным видом. В одном Харри узнал вчерашнего дежурного администратора. Второй продолжал:

— Вы нарушили регламент отеля, сожалею, но вам придется покинуть его как можно быстрее, мистер Хоули.

— Регламент? — Харри замутило.

Человек в костюме откашлялся:

— Вы привели к себе в номер женщину, которую мы… подозреваем в проституции. Кроме того, посреди ночи вы разбудили своей ссорой пол-этажа. У нас респектабельный отель, и ничего подобного мы не допустим, мистер Хоули.

В ответ Харри хмыкнул и повернулся к ним спиной:

— Отлично, представители правления. Я так и так сегодня уезжаю. Дайте спокойно доспать, пока я не выпишусь.

— Вам следовало выписаться еще с утра, мистер Хоули, — сказал администратор. Харри посмотрел на часы: четверть третьего. — Мы пытались вас разбудить.

— Самолет…

Со второй попытки Харри сумел поставить ноги на пол и встал, забыв о том, что он голый. Администратор и другой служащий испуганно отвернулись. У Харри закружилась голова, потолок завертелся, и он сел обратно на кровать. Потом его вырвало.

Буббур

14

Дежурный администратор, двое вышибал и парень по кличке Лихач

Официант в «Бурбон энд Биф» забрал тарелку с нетронутой яичницей «Бенедикт» и сочувственно посмотрел на гостя. Вот уже больше недели Харри приходил сюда по утрам, читал газету и завтракал. Иногда он, конечно, выглядел усталым, но таким измученным официант видел его впервые. К тому же появился он только в половине третьего.

—  A hard night, Sir? [72]

Клиент, сегодня небритый, красными глазами уставился в пустоту. Рядом со столиком стоял его чемодан.

— Да. Да, тяжелая. Я тут делал… много всякого.

—  Good on уа. [73]Этим-то и славится Кингз-Кросс. Еще что-нибудь, сэр?

— Благодарю, у меня самолет…

Официант извинился — так тихо, что слышно было ему одному. Ему пришелся по душе этот спокойный одинокий норвежец, всегда приветливый и щедрый на чаевые.

— Да, вижу, у вас тут чемодан. Раз уж вы у нас в последний раз, считайте этот завтрак бесплатным. Могу я предложить вам бурбон «Джек Дэниелс»? One for the road, Sir? [74]

Норвежец посмотрел на него удивленно, будто официант предлагал ему то, чего он и сам хотел, но как-то постеснялся спросить.

— Будьте добры, двойной!

Владельца «Спрингфилд-Лодж» звали Джо, он был грузным и добродушным парнем и вот уже почти двадцать лет разумно и исправно заправлял своим потрепанным заведеньицем в Кингз-Кросс. Заведеньице было ничем не лучше и не хуже других ночлежек в этом районе, никто из посетителей не жаловался. Во-первых, Джо всегда сохранял свое добродушие. Во-вторых, он всегда показывал комнаты своим постояльцам и предоставлял пять долларов скидки, если те останавливались больше чем на одну ночь. А в-третьих — самое главное, — ему каким-то образом удавалось уберечь заведение от туристов, пьяниц, наркоманов и проституток.

Незваные гости и те не могли не любить Джо. Потому что в «Спрингфилд-Лодж» никого не сверлили взглядом при входе и не просили убраться, а с извиняющейся улыбкой говорили: «Простите, мест нет, но приходите на следующей неделе — возможно, они появятся». Отлично разбираясь в людях, Джо почти мгновенно решал, кому лучше отказать, глаза у него не бегали, и он редко нарывался на грубость. Но иногда он все же ошибался в своих клиентах и порой горько об этом сожалел.

Именно о подобных случаях вспоминал Джо, пытаясь за пару секунд оценить, что представляет собой высокий блондин в простой, но качественной одежде — значит, деньги у него есть, но он не совсем вправе ими распоряжаться. Иностранец — большой плюс. Проблемы в основном возникают с австралийцами. Туристы с рюкзаками и спальниками часто закатывают дикие попойки и крадут полотенца. А у этого чемодан, к тому же не слишком потрепанный. Значит, владелец не так уж часто переезжает с места на место. Конечно, небрит, но волосы чистые. К тому же аккуратно постриженные ногти и зрачки как будто нормального размера.