Попала! - Кузьмина Надежда М. - Страница 59

– Вот. Речь об этой комнате.

Я зашла… и почувствовала себя молью, залетевшей в бабушкин сундук. Оторопела настолько, что чуть не упустила Арвиса, который собрался слинять куда-то, судя по всему, по делам. Чихнув, послала отчаянную мысль: «Стой! Хоть свою спальню покажи!»

Арвис крутанулся на каблуке и с интересом уставился на меня.

«Должна же я хоть представлять, как тут нормальные люди живут, – продолжила я. – А сюда… – с отвращением обвела взглядом помещение, – только Тутанхамона класть! И тот чихать начнет!»

Бровь снова заломилась. Изменив направление движения, маэллт подошел к двери в боковой стене. Распахнул ее и сделал приглашающий жест рукой, обращаясь к нам обоим:

– Я некоторое время побуду у себя в комнате. Если есть вопросы – обращайтесь.

И вышел.

Возможно, тот или та, что когда-то отделывали этот склеп в бордовых и черных тонах, хотели создать уют. Но черный бархат успел выцвести, винно-красный полинял почти до серого, и вид у комнаты стал душным, тесным и на редкость неуютным. Сюда помирать приползать. На последнем издыхании. Взглянешь – и окочуришься. Мрак в самом прямом смысле слова.

Мм-м… и с чего начинать?

– Нужно измерить помещение, – подсказал Лэарис.

Верно. Сначала план, потом осмотрю мебель, а там разберемся.

– Минуту, – отозвалась я. – Предлагаю, пока нас пускают, посмотреть, как оформлена соседняя спальня.

Мастер прищурил серый глаз. Кивнул. Мы вместе подошли к открытой двери, я постучала по створке – а то вдруг переодевается?

– Заходите, – послышался нейтрально-прохладный голос Арвиса.

Сунула голову внутрь – ну, другое дело! Мне было интересно – какие цвета ему нравятся? Оказалось, серый, оттенки коричневого и с вкраплением темно-синего. Интересно, спокойно и очень по-мужски. Мебель из темного дерева. Кровать с балдахином – почувствовала, как краснею, – настоящий сексодром, футбольную команду шеренгой уложить можно. Отвела взгляд, осматривая остальную обстановку. Интересно, он сам выбирал цветовую гамму и мебель или комната досталась от кого-то по наследству?

Арвис обернулся ко мне и неслышно прошептал:

– Сам. Нравится?

Я кивнула и отошла в сторону, пропуская в опочивальню маэллта мастера Лэариса. Тот далеко заходить не стал, осмотрел все от порога и ретировался. Мы остались вдвоем – он в глубине комнаты, у окна, рядом с небольшим столиком для писем. Я – в десяти метрах от него, в дверях.

– Скажи, что любишь! – беззвучно прошептал губами Арвис.

Невольно улыбнулась и почувствовала, как краснею. Он соображает, что делает? Как мне удержаться в роли, думая о его поцелуях? Сделала страшные глаза и громко, как могла, подумала: «Мы тут шпиона ловим, а не пляски вокруг твоей кровати устраиваем!»

– Вот жаль! – развел руками Арвис.

Я прыснула и быстро, пока он не отмочил чего-нибудь еще, вырубив меня напрочь, попятилась в свой склеп. Точнее, еще не свой. И вообще, о чем я?

М-да. Строили тут с размахом. До потолка больше пяти метров. Торцовые стены почти по десять метров, а длинная – с тремя окнами и одной стеклянной дверью – выходом на общую у нас с Арвисом террасу с видом на море – почти пятнадцать. Как-то я и не представляла такой объем работ. Это что, одна комната по площади – как три мои московские квартиры? А по объему – как шесть? Гм-м, а как зимой все это протапливать? Просто обалдеть! Кстати, площади площадями и просторы просторами, но где тут ванная и туалет? Неужели в конце коридора? Нет, не верю! Этот чернявый сноб даже в мансарде канализацию соорудил! Хотя там-то как раз сделать ремонт было проще.

Замерив комнату, результаты записала в блокнот. Мастеру свои закорючки не показывала – а то будет гадать, с какой луны я свалилась. К делу подошла ответственно – высота и ширина окон, глубина подоконников, жерло здоровенного камина, необъятная кровать – я оползала со своей веревкой все. Потом переписала имеющуюся в наличии мебель, промерив и ее размеры.

Жуть какая – не комната, а зал Третьяковской галереи. Представила на стене любимого мной «Демона» Врубеля – чуть-чуть на Арвиса смахивает, ага, – вздохнула. Кстати, картин, кроме той прелестной девы в плаще, что красовалась в витрине моего магазинчика вместо рекламы, я тут пока не видела. Надеюсь, у них тут нет Рубенса. С Саскией на коленях. Или Буше. С Геркулесом и Омфалой.

Может, устроить тут тренажерный зал или дискотеку? А что – места хватит. Ладно. Начну сначала. Посмотрю, в каком состоянии пол, стены, потолок. Оконные рамы однозначно меняю. Делаю дубовые, с поперечными перекладинами – иначе при такой высоте поведет. Наверху – небольшие витражные вставки, низ прозрачный – пусть будет вид на море. Тюля тут пока нет, но можно использовать самый легкий, прозрачный как газ золотистый шелк. Ничего, что дорогой, зато красиво. Вот и наметился один из цветов гаммы – либо бронзовый, либо медный. Наверное, бронза с добавлением зеленого и коричневого. Или кремового и коричневого? Не темного и не светлого, так, посередке. Мне такое нравится, Арвису тоже по глазам бить не будет. А насколько крупный нужен рисунок при таких-то размерах? Ясно, что не цветочек и не горошек. Ладно, посмотрю ткани, соображу…

Только непонятно – я каждый день буду ездить сюда из дома или Арвис найдет для меня комнату в замке? И еще – пока мы не видели никого – даже в большом коридоре было пусто. И сколько мне тут торчать, прежде чем нужная персона попадет в поле зрения и откроет рот? Может, моя идея была не так уж и хороша? И надо было просто пойти на прием?

Ладно – займемся-ка пока делом.

Что приятно, как только дело дошло до работы, Лэарис растерял свою немногословность. Четко и толково мастер объяснил, в каком порядке следует производить ремонт. Я вздохнула с облегчением. Ясно – никто и не ждал, что я сама буду потолок белить или стены штукатурить. Или подрубать занавески. Ну и хорошо. Потому как со здешними квадратными и погонными километрами не то что мне одной, но и бригаде гастарбайтеров-ударников за летний сезон не управиться. Координировать важный заказ Лэарис собирался сам. С меня же требовались эскизы, внятная концепция и самое общее руководство. Вменяемо.

Сейчас мне предстояло заняться подбором ковров; кстати, надо померить и прикинуть размеры – одного тут явно мало – ковров такой величины, чтоб на все этакое футбольное поле, не бывает! А еще выбором тканей, светильников, покроя занавесок и балдахина. На потолке я решила сделать фрески, а на стенах – медальоны в том же стиле. С чем-нибудь спокойно-растительным. Чтобы приятно разглядывать, но как фон, без сильных эмоций. Какие-нибудь цикламены, хризантемы, ирисы, лотосы… только не розы! Ближе к делу разберемся.

Мастер Лэарис исчез ненадолго и вернулся в сопровождении двух слуг, несущих длинную лестницу. Приставил ее к стене и полез рассматривать потолок. Я бродила по комнате, разглядывая мебель и прикидывая, что нужно заменить и чего не хватает. Вообще мне нравилась обстановка – все вокруг было настоящим. В смысле – добротным, сделанным с любовью и очень качественным. Резьба шкафа, украшенного плывущими по волнам парусниками, выныривающими из бурунов морскими чудищами, завитками и воронками облаков, меня просто покорила. Вот сидела б и разглядывала два часа кряду. Каждый день. Красиво же!

Удачно, что пол оказался не каменным, а деревянным, наборным. Кажется, на нем был даже какой-то рисунок, но пока не отциклюем и не отлакируем – точно не узнаем. Покрой штор с кокетливыми ламбрекенами мне понравился – можно снять эти гардины и по ним скроить аналогичные. А про потолок Лэарис сказал, что заново штукатурить его не надо – трещин нет. А есть у него идея, как красиво оттенить своды мореными гнутыми балками. Он давно это придумал, да помещений подходящих не попадалось. А тут как раз такой случай!

За два часа, пока посчитали количество ткани с запасом на занавеси, полог кровати, покрывало и обивку мебели, договорились о замене каминной доски и ее желательном цвете, подобрали тон дерева для стенных панелей, мы подружились. И я поняла, что этот сухарь с портновскими ножницами и острым взглядом мне симпатичен. И, кажется, я ему тоже. Кстати, попутно я узнала, что тут еще не придумали сматывающихся рулеток. Дело нехитрое, но зело полезное – пропутавшись целый день с веревкой в узелках, я это поняла точно.