Перси Джексон и последнее пророчество - Риордан Рик - Страница 67

— Она никогда не пройдет через защиты, — сказала Аннабет. — Ее сожрет Пелей.

Об этом я как-то не подумал. Туман не обманет Рейчел, как он обманывает большинство людей. Она без проблем найдет лагерь, но я надеялся, что его волшебные границы, словно некое силовое поле, не пропустят ее внутрь. Но мне как-то не приходило в голову, что на нее может напасть Пелей.

— Мы должны поторопиться. — Я посмотрел на Нико. — А каких-нибудь лошадей-скелетов ты не можешь вызвать?

Он вздохнул на бегу.

— Я так устал… и собачью косточку не смог бы вызвать.

Наконец мы выбрались на берег, и я громко свистнул. Мне не хотелось это делать. Хотя я и дал Ист-риверу песчаный доллар для волшебной очистки, вода здесь была ужасно грязная. Жаль, если кто-нибудь из морских зверей заболеет — ведь они откликнулись на мой зов.

В серой воде появились три кильватерные линии, и на поверхность всплыла стайка морских коней. Они жалобно ржали, отряхивая речной мусор со своих грив. Они были прекрасны — многоцветные рыбьи хвосты, а головы и передние ноги — как у белых жеребцов. Морской конь во главе стаи был крупнее остальных — вполне мог прокатить и циклопа.

— Радуга! — окликнул я его. — Как поживаешь, приятель?

Он недовольно заржал.

— Да, извини, — сказал я, — но тут срочный случай. Нам нужно попасть в лагерь.

Конь фыркнул.

— Тайсон? — переспросил я. — С Тайсоном все в порядке. К сожалению, здесь его нет. Он теперь большой начальник в армии циклопов.

— И-и-и-а-а-а!

— Он наверняка принесет вам яблок. А теперь — подвезите нас поскорей…

И вот Аннабет, Нико и я понеслись по Ист-ривер быстрее любого катера. Мы проскочили под мостом Трогс-Нек и направились в сторону Лонг-Айлендского пролива.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем мы увидели лагерь. Мы поблагодарили морских коней и вышли на берег, где нас встретил Аргус. Он стоял на песке, скрестив руки, все его сто глаз взирали на нас.

— Она здесь? — спросил я.

Он мрачно кивнул.

— Все в порядке? — спросила Аннабет.

Аргус помотал головой.

Мы пошли следом за ним. Трудно было поверить, что мы снова в лагере, — все вокруг казалось таким спокойным: ни тебе горящих зданий, ни раненых бойцов. Яркое солнце освещало домики, на полях посверкивала роса. Вот только лагерь был почти пуст.

У Большого дома явно что-то происходило. Из его окон лился зеленый свет — точно так, как в моем сне про Мей Кастеллан. На дворе клубился Туман — не обычный, а магический. У волейбольной площадки на носилках лошадиного размера лежал Хирон, вокруг него стояла стайка сатиров. Пират нервным галопом скакал туда-сюда по траве.

«Я тут ни при чем, босс! — виноватым голосом сказал он, увидев меня. — Эта чудная девчонка меня заставила».

На нижней ступеньке крыльца стояла Рейчел Элизабет Дэр. Руки у нее были подняты, словно она ждала, что кто-то из дома бросит ей мяч.

— Что она делает? — спросила Аннабет. — Как она пробралась через защиты?

— Перелетела, — объяснил один из сатиров, сердито глядя на Пирата. — И мимо дракона, и над волшебными границами.

— Рейчел! — позвал я, но когда я хотел подойти к ней поближе, сатиры остановили меня.

— Перси, не делай этого, — вмешался Хирон. Он попытался шевельнуться и поморщился. Его левая рука была в гипсе, голова забинтована. — Ей нельзя мешать.

— Я думал, ты ей объяснил, что к чему!

— Я и объяснил. И я пригласил ее сюда.

Я недоуменно смотрел на него.

— Ты говорил, что больше никому не позволишь попробовать еще раз! Ты говорил…

— Я знаю, что я говорил, Перси. Но я ошибался. Рейчел было видение о проклятии Аида. Она считает, что теперь это проклятие может быть снято. Она убедила меня предоставить ей шанс.

— А если проклятие не будет снято? Если Аид еще не достаточно очистился? Она ведь тогда с ума сойдет!

Вокруг Рейчел вихрился Туман. Ее трясло как в припадке.

— Эй! — закричал я. — Остановись!

Я побежал к ней, не обращая внимания на сатиров, но когда до нее оставалось метра три, я ударился во что-то — словно в невидимую преграду. Меня отбросило назад, и я упал на траву.

Рейчел открыла глаза и повернулась. Она была словно лунатик, то есть она видела меня, но как бы во сне.

— Все хорошо. — Голос Рейчел доносился откуда-то издалека. — Поэтому я и здесь.

— Ты погибнешь!

Она покачала головой.

— Мое место здесь, Перси. Наконец-то я поняла почему.

Она несла что-то в духе Мей Кастеллан. Я должен был остановить ее, но я даже на ноги подняться не мог.

Из дома донесся рокот. Двери распахнулись, и наружу вырвался зеленый свет. Я узнал теплый, плесневелый змеиный запах.

Туман распался на сотни дымчатых змей, которые поползли по колоннам крыльца, вокруг дома. Потом в дверях появился оракул.

Высохшая мумия в цветастом платье двигалась к нам. Вид у нее был, мягко говоря, еще хуже, чем обычно. Волосы клочьями выпадали из головы. Высохшая кожа растрескалась, как старое сиденье в автобусе. Ее остекленевшие глаза смотрели пустым взглядом, словно ничего не видя, но меня вдруг бросило в дрожь, потому что я понял; она направляется прямо к Рейчел.

Рейчел распростерла руки. Я не видел в ней и капли испуга.

— Ты заждалась, — сказала Рейчел. — Но теперь я здесь.

Солнце засветило еще ярче. Над крыльцом появился какой-то тип — он плыл по воздуху, светловолосый, в белой тоге, противосолнечных очках, на губах самоуверенная ухмылка.

— Аполлон, — узнал я.

Он подмигнул мне и прижал палец к губам.

— Рейчел Элизабет Дэр, — торжественно проговорил он. — Ты наделена даром пророчества. Правда, это не только дар, но и проклятие. Ты уверена, что хочешь этого?

Рейчел кивнула.

— Это моя судьба.

— И ты принимаешь все риски?

— Принимаю.

— Тогда продолжай, — сказал бог.

— Я принимаю на себя эту роль. — Рейчел закрыла глаза. — Я посвящаю себя Аполлону, богу оракулов. Я открываю глаза будущему и проникаю в прошлое. Я принимаю роль духа Дельф, голоса богов, хранителя загадок, наблюдателя судьбы.

Я понятия не имел, откуда она взяла эти слова, но она произносила их, а Туман вокруг нее сгущался. Изо рта мумии появился зеленый столб дыма и, извиваясь кольцами, как питон, пополз вниз по ступеням крыльца, а потом нежно обвился вокруг ног Рейчел. Мумия оракула рухнула на ступени и распалась на части — от нее осталась только горстка праха в истрепанном пестром платье. Вокруг Рейчел образовался столб Тумана.

На несколько мгновений я вообще потерял ее из вида. Потом дым рассеялся. Рейчел упала и свернулась в позу эмбриона. Аннабет, Нико и я бросились к ней, но Аполлон скомандовал:

— Стойте! Это самая опасная часть.

— Что происходит? — напирал я. — Что ты хочешь этим сказать?

Аполлон озабоченно посмотрел на Рейчел.

— Дух либо укоренится в ней, либо нет.

— А если нет? — спросила Аннабет.

— Три слова, — сказал Аполлон, загибая пальцы. — Будет очень плохо.

Несмотря на предупреждение Аполлона, я шагнул вперед и опустился на колени рядом с Рейчел. Запах чердака исчез. Туман ушел в землю, зеленый свет поблек. Но Рейчел все еще оставалась бледной. Она едва дышала.

Потом веки ее вспорхнули. С трудом она сфокусировала взгляд на мне.

— Перси.

— Как ты?

Рейчел попыталась сесть.

— Ой! — Она прижала руки к вискам.

— Рейчел, твоя жизненная аура почти полностью поблекла. Я видел, как ты умираешь, — с тревогой сказал Нико.

— Нет-нет, — пробормотала она. — Пожалуйста, помогите мне. Видения — от них голова немного идет кругом.

— Ты уверена, что с тобой ничего не случилось? — спросил я.

С крыльца спустился Аполлон.

— Леди и джентльмены, позвольте представить вам нового дельфийского оракула.

— Ты шутишь, — изумилась Аннабет.

Рейчел сумела улыбнуться.

— Для меня это тоже немного удивительно, но такова моя судьба. Я увидела ее, когда была в Нью-Йорке. Я знаю, почему я родилась с истинным в идением. Мне с рождения было предназначено стать оракулом.