Гулы - Кириенко Сергей - Страница 216

Через короткое время он выглянул из-за угла здания и оглядел библиотечный фасад. В глаза ему бросились клумбы фиалок, крыльцо и дорожка, ведущая к воротам ограды. Все окна, выходящие на площадь, были закрыты, никого из людей перед оградой не было. Опершись о стену, Франческо стиснул ружье. На мгновение в сознании его промелькнуло: что происходит сейчас внутри здания? Он замер — словно паук, ждущий добычу…

Глава сорок пятая

На какой-то миг после слов гула в комнате смолкли все звуки. Глядя в глаза твари, похожие на две гнилые вишни, Гольди подумал, что им все-таки не удалось избежать этой встречи, а потом время словно свихнулось и события понеслись вскачь.

Сделав шаг к двери, гул выбросил руку — словно резиновая, она метнулась над полом и врезалась в девушку. Выронив рукопись, Паола отлетела к стене, рука тут же подхватила тетрадь и втянулась назад. Лицо твари исказила ухмылка. Андрей поднял руку, и комиссар увидел в ней уже знакомую фляжку. Прежде чем он успел крикнуть, что нельзя этого делать, демонолог нажал кнопку, и из фляжки вырвался газ. Беловатая масса облепила голову и туловище создания, Андрей взмахнул зажигалкой и струя газа превратилась в огонь. Через мгновение крик комиссара заглушился хлопком: гул вспыхнул факелом, люди отшатнулись назад, и почти в тот же миг раздался душераздирающий вопль. Резко отвернувшись от Андрей бросился к Паоле, Гольди же поднял ладонь пытаясь разглядеть то, что металось в огненном вихре возле шкафов. Сквозь языки пламени, охватившие гула, он различил рукопись и успел подумать: «Как глупо все получилось!..», однако почти в тот же миг ощутил смещение в «шорохе» и обернулся к двери. Через секунду она распахнулась, и на пороге показался «карабинер», приехавший сюда на голубом родстере. Прежде чем сидящие у стены успели сделать движение, комиссар поднял «скорпио» и выстрелил в гула — пули отбросили шагнувшую тварь на косяк. Комиссар выкрикнул: «На пол!» и, сорвав бутылку с ноги, бросил ее в существо. Он заметил, как, отпихнув девушку, демонолог закрыл ее своим телом, и когда бутылка оказалась на уровне головы гула, нажал на курок. На мгновение в дверях расцвел огненный шар, Гольди пригнулся, чтобы не попасть под горящее облако, а в следующий миг к вою гула добавился еще один вопль. Комиссар разглядел, как, метнувшись назад, «карабинер» исчез в коридоре, однако прежде чем успел осознать, что нужно не дать гулу уйти, Андрей вскочил с пола и, крикнув: «Он мой!» — бросился в охваченную пламенем дверь. Через секунду демонолог выскочил в коридор, Гольди же повернул голову и метнул взгляд на гула.

Дьявольское существо уже не стояло на ногах, а, согнувшись, корчилось между шкафов. Огненные языки яростно плясали над ним, и комиссар видел, как стремительно оно теряет человеческий облик — на месте головы, из которой вырывался нестихающий вой, уже чернел голый череп, грудь и живот напоминали раскаленную печь. Долю мгновения он смотрел на огонь, а затем скинул пиджак и попытался сбить пламя…

Несколько секунд комиссар яростно махал пиджаком, чувствуя дым и жар от огня, однако все это ничего не давало — огонь не сбивался, к тому же через короткое время он ощутил резкую боль. Бросив взгляд на пиджак, Гольди увидел, что тот полыхает, отшвырнул его и мгновение стоял на проходе, а затем опять шагнул к гулу, пытаясь понять, можно ли еще спасти рукопись. Какое-то время он ничего не мог разобрать в языках пламени, наконец разглядел книжку, намертво сжатую в скрюченных руках твари. Он непроизвольно отметил, что прошло не больше половины минуты, как огонь охватил гула, и за это время вещество из фляжки успело сделать такое… Комиссар шагнул к коридору — теперь ему стало ясно, что спасти рукопись им уже не удастся, — и метнул взгляд на шкаф. Часть горючего вещества попала на полки, и стеллаж полыхал, книги, на которых корчился гул, также занимались огнем, который перебрасывался на соседние тома подобно пожирающей урожай саранче.

Внезапно, прерывая ход его мыслей, из коридора донесся грохот стекла. Не отводя взгляда от гула, Гольди двинулся к двери — через пару минут здесь все будет кончено, понял он, тушить пожар бесполезно, да и нет в этом смысла… Оказавшись у двери, сделал шаг к девушке — Паола сидела на полу и, словно загипнотизированная, смотрела на живой факел. Заглянув ей в глаза, комиссар увидел в них ужас, смешанный с болью, наклонился, помогая Паоле встать, а, когда та поднялась на ноги, бросил:

— Паола, как вы?

Девушка кашлянула, но комиссар не понял — то ли от дыма, то ли из-за боли в груди.

— Идемте отсюда! — протянул Гольди, поворачиваясь к двери.

Однако выйти они не успели — в этот миг из коридора до них долетел громкий топот. Отпихнув Паолу, комиссар направил автомат на открытую дверь. Через мгновение в проеме показалась фигура, и Гольди едва не нажал на курок, лишь в последний момент узнав демонолога, — лицо его было черным от сажи. Остановившись на входе, Андрей скользнул взглядом по комиссару, заметил уже стоящую Паолу и перевел взгляд на гула. Тело последнего уже не корчилось в языках пламени, а только мелко подрагивало, изо рта вырывалось шипение, окружающие книги горели разноцветным огнем…

— Что с рукописью? — выдохнул демонолог.

— Сгорела!

— Что?

— Сгорела! — повторил комиссар. — Вы сожгли ее вместе с гулом!

На какой-то миг демонолог застыл. Мгновение растерянно глядел на огонь, а потом перевел взгляд на Гольди, и комиссар увидел в его глазах отражение пламени.

— Ну, что же, видимо, это было предопределено, комиссар: если рукопись сгорела, значит, она не могла, не сгореть!

Прежде чем Гольди успел спросить, что он имеет в виду и что стало со вторым гулом, Андрей шагнул к Паоле и, обхватив ее за плечи, добавил:

— Но сейчас нам нужно идти, комиссар! В коридоре пожар — если мы хоть немного промедлим, нам, уже отсюда не выбраться!

Он развернулся и шагнул к выходу. Гольди бросил взгляд на огонь — пламя уже заканчивало пожирать, гула — и повернулся к двери. Однако прежде чем он успел шагнуть сквозь огонь, где-то в глубине здания, раздался удар. Комиссар невольно напрягся, увидев, как остановился Андрей, а через мгновение удар повторился…

Глядя на площадь, Франческо внимательно слушал: за время, что он находился возле стены, из здания не раздавалось ни звука — это было весьма необычно, впрочем, прошло не больше трети минуты, как он перелез через изгородь, и в любой момент события могли начать развиваться… Бросив взгляд за ограду, он разглядел Доминика, замершего на углу виа ди Сета, и поправил ружье — в этот миг тишину здания разорвал вопль.

Франческо замер, превратившись в пружину.

Взорвавший тишину вопль через мгновение перешел в вой — впрочем, звучал он неясно, словно пробиваясь через многослойные перекрытия. Франческо напрягся, и в этот миг грохнула автоматная очередь. Через секунду выстрелы повторились, и почти тут же к истошному вою присоединился еще один вопль.

Рывком повернув голову, Франческо оглядел окна здания — он быстро понял, что события в библиотеке развиваются стремительно и нужно быть очень внимательным, чтобы не пропустить самого главного. «Кто уцелеет в библиотеке? — лихорадочно мелькало в сознании. — Гольди или те твари? И откуда они выйдут из здания: через окно или главную дверь?» На мгновение он сосредоточил взгляд на окне, через которое в библиотеку проник комиссар, и в этот миг раздался быстрый топот. Вначале звук этот был едва различимым, однако с каждой секундой усиливался, и Франческо решил, что кто-то мчится к окну. Не долго думая, он дал знак Доминику двигаться вдоль решетки ограды и, повернувшись, бросился по дорожке.

Он успел пробежать десять метров, когда последовал еще один крик, вслед за которым стихли все звуки. Франческо остановился, но словно лезвием тесака отрубило все звуки. На мгновение он решил, что все уже кончилось, и подумал: а не ошибся ли он? Что, если сейчас выжившие выйдут через главную дверь? Однако в этот миг где-то возле окна раздался удар. Франческо поднял ружье, наводя его на проем, и знаком приказал Доминику не двигаться с места…