Гулы - Кириенко Сергей - Страница 128

— Около двухсот.

— Они вооружены?

— Конечно… Правда, у них почти не осталось боеприпасов после недельных учений. Но думаю, вы что-нибудь придумаете?

— С этим проблем не будет, — машинально проговорил Гольди. И тут же добавил, словно до сих пор не мог поверить в услышанное: — Вы действительно можете это сделать, инспектор?

— Не сомневаюсь… Предварительно мы должны будем, конечно, проверить вашу информацию — это формальность, но все-таки в таком деле, понимаете, комиссар?.. И хотелось бы поговорить с вашим начальником полиции. Дзагатто сказал, что он ранен?

— У него прострелено плечо, но рана легкая.

— Вот как? Понятно… Значит, мы переговорим с доктором Плацци?

— Конечно. Но сначала свяжитесь с карабинерами. Немного помедлив, словно раздумывая над ответом, Ретти сказал:

— Сейчас я свяжусь с префектом, но сначала еще один вопрос вам, комиссар… Как это произошло? Каким образом погибло столько людей?

— Я и сам точно не знаю, — поморщился Гольди. — Свяжитесь с начальником полиции — он все объяснит. Он разрабатывал операцию и был на месте перестрелки… Единственное, что известно мне, — людей расстреляли из автоматического оружия.

— Из автоматов? — переспросил Ретти. — Вот дьявол!.. Ладно, комиссар, мы начинаем работать… Я думаю, разрешение на перевод карабинеров получим быстро. Сейчас они на расстоянии тридцати километров от Террено, так что, если все пойдет гладко, они будут у вас самое позднее через тридцать минут. Может быть, раньше.

— Хорошо.

— Куда им прибыть в Террено?

— К комиссариату — на главную площадь города. Ее легко найти — главная улица ведет к этой площади,

— Понял. Я передам координаты командиру отряда. — Ретти помедлил, делая пометку. — И вот еще что, комиссар… Кроме этих людей, вам нужны дополнительные силы? Может быть, поднять по тревоге отряд ДИА? (Специальное подразделение итальянской полиции для борьбы с мафией.)

— ДИА? — Гольди задумался… Отряд специально обученных профессионалов пригодился бы им сейчас как нельзя более кстати, а еще лучше вызвать в Террено один из антитеррористических отрядов. Но подобных подразделений в стране всего пара штук, да и те наверняка в Риме. Чтобы вызвать такой отряд в Террено, одной его просьбы недостаточно — здесь нужен запрос официальных лиц города… Неожиданно его взгляд упал в зеркало — на лицо старика, — и на мгновение Гольди показалось, что в глазах того промелькнуло просительное выражение, но комиссар уже принял решение и ответил: — Нет, я не имею подобных полномочий… Свяжитесь с карабинерами, а об остальном распорядится начальник полиции. Переговорите с доктором Плацци — все дальнейшие распоряжения будут исходить от него.

— Ясно, — ответил Ретти. — Сейчас мы вас отключаем, комиссар, нужна линия. У вас больше нет ничего срочного?

— Пока нет.

— Хорошо. Тогда до связи.

В динамике щелкнуло, но прежде, чем диспетчер местного комиссариата успел отключиться, Гольди сказал:

— Диспетчер, свяжитесь с доктором Плацци и передайте ему о моем разговоре с Миланом. Если он захочет переговорить со мной, я буду в комиссариате через пять минут.

— Понял, комиссар, — сказал диспетчер и отключился.

Гольди повесил микрофон рации на панель и замер. Некоторое время в машине висела мертвая тишина…

Прервал ее человек в зеленой рубахе: пошевелившись на своем месте, он отчетливо произнес:

— Вы все сделали правильно, комиссар. Теперь главное — чтобы они приехали как можно быстрей.

Комиссар повернулся назад и секунду разглядывал старика-араба и его спутника. Потом наклонился к решетке и спросил:

— Кто вы такие? Что вы делаете в Террено? Почему вы знаете то, что по роду работы положено знать полиции? Откуда вам стало известно об организации убийц, появившейся в Террено? Что вы делали в монастыре?

Он перевел настороженный взгляд на лицо Аз Гохара. Старик и мужчина переглянулись, и Белов хотел уже было ответить, но в этот момент снова сработала рация — на ее панели загорелся голубой индикатор. Гольди нехотя обернулся к панели, оторвав взгляд от сидящих за решеткой, щелкнул клавишей и услышал знакомый голос:

— Комиссар, ответьте, комиссар, ответьте — это Протти. Комиссар, ответьте…

— Марио? — выдохнул Гольди.

В следующую секунду монотонный голос инспектора сменился на напряженный:

— Комиссар, это вы? Слава Богу, я до вас добрался!

— Где ты, Марио? — перебил его Гольди.

— Я недалеко от Золотого бульвара, — быстро сообщил Протти. — Пятнадцать минут назад меня разбудил дежурный по комиссариату, сказал, чтобы я немедленно выезжал в управление. Он сказал, что в городе что-то произошло — что-то серьезное. Я связывался с комиссариатом, но мне никто не ответил. Я пытался вызвать вас два раза, но безуспешно. Комиссар, что произошло в городе?

Свои слова Марио выпалил на одном дыхании. Когда он замолчал, Гольди облизнул губы — услышать одного из инспекторов отдела — в этом для него сейчас было хоть какое-то облегчение, и сказал:

— У нас действительно чепе, Марио, — полчаса назад в заброшенном монастыре была дикая перестрелка.

— Кто-нибудь погиб? — с беспокойством спросил инспектор.

— Очень многие… — Немного помедлив, словно раздумывая, говорить ли следующие слова Марио, Гольди выдавил: — Убит Санти.

Несколько секунд из динамика не раздавалось ни звука. Потом изменившимся голосом Протти спросил:

— Санти убит?

— Да, я был там и видел его… — Гольди чувствовал, как вспотели его пальцы, держащие микрофон. — Марио, ты должен немедленно прибыть в комиссариат. Я скоро там буду, там мы и поговорим.

— Да-да, конечно, — как-то механически ответил инспектор и вдруг выдохнул: — О Господи!..

Помедлив еще и, видимо, не до конца поверив в услышанное, он начал говорить быстро, каким-то картонным голосом:

— Комиссар, я уже ехал в комиссариат, когда увидел кое-что непонятное: Тито Дамаччо сидел в машине возле аптеки на виз Куаттроченте один — без своих горилл. Мне это показалось необычным, а потом я увидел священника — пастора Сант-Антонио ди Франчезе. Он был одет странно: в какую-то серую хламиду, сел в машину к Дамаччо, и они поехали. Я проследил за ними — они отправились на Золотой бульвар, проехали «ничейную» территорию, оказались на пустыре и остановились возле одного из ангаров. Они вывели из него грузовик и сейчас осматривают его кузов, с ними еще один парень — я его не знаю… — Тут Марио неожиданно сбился. — Я думал, что этот вызов из управления не важен, комиссар, но раз такое дело, я сейчас же выезжаю в комиссариат — черт с ним, с Дамаччо!

Марио вдруг как-то резко замолчал — видимо, известие о смерти Санти до сих пор заставляло его пребывать в состоянии шока.

Выслушав инспектора, Гольди хотел уже подтвердить, чтобы тот ехал в управление — информация о Дамаччо и священнике была ничтожна по сравнению с тем, что случилось в монастыре, — но в этот момент различил хрип. Обернувшись назад, Гольди увидел вспыхнувшие яростным блеском глаза старика — Аз Гохар придвинулся к самой решетке и, на мгновение позабыв о ране, взялся обеими руками за прутья. В следующую секунду он выдохнул:

— Подождите!.. Остановите его: эти люди — одни из тех, кто устроил бойню в монастыре! Брови Гольди скользнули вверх.

— О чем вы?.. Пастор церкви — один из членов секты? — Кончики губ комиссара недоверчиво изогнулись вниз.

— Я разговаривал с отцом Федерико вчера вечером, — проговорил Аз Гохар. Внезапно его лицо исказила гримаса. — Поверьте мне: он — один из них!

За секунду рой мыслей пронесся в голове комиссара. В том, что Тито Дамаччо мог оказаться в загадочной организации убийц, на его взгляд, не было ничего удивительного. Но то, что к ним мог примкнуть священник?.. Он снова недоверчиво улыбнулся, но старик, не обратив внимания на выражение лица комиссара, продолжил:

— Спросите его, что они делают!

Какое-то мгновение Гольди колебался, но все-таки сказал:

— Подожди, Марио… Что эти трое делают сейчас?