«Белая чайка» или «Красный скорпион» - Кирицэ Константин - Страница 34

0.50

Тудор сразу же почувствовал, что за время его отсутствия что-то произошло, но не стал торопить события. Он вручил Иону Роману тетрадь в черной обложке, сопроводив свой жест пояснениями.

— На первый взгляд довольно безобидные записки и весьма однообразные. Есть пассажи, которые можно пропустить, но есть и такие, которые следовало бы перечитать. Вот примерно мои впечатления. Эти заметки, когда их прочтешь и сопоставишь с ситуацией, в которой мы находимся, не только любопытны, но и необходимы, особенно в том, что касается взаимоотношений некоторых лиц… Господин Энеску не ошибся, предложив их нам, и правильно сделал. Не знаю, как бы иначе нам удалось освоиться в здешней атмосфере и обстановке. Думаю, хорошо бы тебе это тоже почитать, если не помешают какие-нибудь срочные дела…

Ион Роман не дослушал Тудора и за несколько минут выложил ему все новости: исчезновение Дана, заключение судмедэксперта, неразборчивая записка в кармашке плавок и неожиданные показания носатой горничной.

— Ой! — вспомнил он. — Забыл сказать. Елена пока еще не дочь господина адвоката Паскала, а только племянница…

— Я начал это подозревать, читая записки журналиста, — ответил Тудор. — Вот почему он такой испуганный к нам пришел. Вероятно, боится скандала… В деловой же области чувствует себя на коне.

— А в той самой области чувствует себя на козе. Гнильца всегда где-то найдется… Даже в золотом яблочке. — сказал капитан Винтила, до кончиков ушей покраснев от собственной смелости.

Тудор свободно развалился в кресле. Но Ион Роман все равно ощущал его озабоченность и беспокойство, что начальник проявлял крайне редко. Даже голос его изменился, стал более резким.

— Не оседлать бы нам самим козу, причем задом наперед. Думаю, пришла пора взглянуть на вещи прямо, не закрывая глаза на то, что Раду Стоян был убит. Кто-то, безжалостный, захотел его утопить, и случилось то, что всегда случается в подобных случаях. Сердце обреченного не выдержало испуга и отказало. Мне понятны соображения судебно-медицинского эксперта, впрочем, я его знаю долгие годы как одного из самых сильных спецов в своем деле. Поэтому-то я и ожидал его заключения, чтобы точно знать, от чего плясать. Хотя оно было сделано и не в рекордно короткое время, но выводы следует считать безошибочными, что гораздо важнее. Следовательно, мы уверенно можем исходить из того, что Раду Стоян был убит.

— В заключении есть еще одно уточнение, — добавил капитан Винтила. — Наряду с причиной смерти указывается и время смерти…

— Совершенно верно! — продолжил его мысль Тудор. — И это в обычаях нашего судмедэксперта. Он указывает время с тем, чтобы мы могли сократить список подозреваемых. Если бы существовало хоть малейшее сомнение в отношении точности времени, последнее не фигурировало бы в заключении. Следовательно, мы имеем еще одно достоверное исходное данное — время смерти.

— В таком случае, — вступил в разговор Ион Роман, — это значит, что все лица, находившиеся на берегу, могут быть зачислены в невиновные. Я имею в виду лиц, находившихся на берегу в тот момент, когда Раду Стоян позвал на помощь, то есть Пауля Сорана и Владимира Энеску.

— Если их присутствие на берегу нельзя оспорить, — подчеркнул Тудор, — тогда эти три человека и по существу и по форме невиновны.

— Это я знал с самого начала, — проговорил Ион Роман, — но боюсь, что наш список невиновных этим не ограничится. Поскольку уточнение времени доказывает невиновность лиц не только бывших на берегу, но и находившихся в открытом море, а именно: господина Марино, который заплыл дальше всех, адвоката Жильберта Паскала, Елены, учительницы Сильвии Костин, адвоката Эмиля Санду и архитектора Дориана. В момент предсмертного крика Раду Стояна все они находились в нескольких сотнях метров от яхты.

На это Тудор так же решительно ответил:

— Если их присутствие в открытом море нельзя оспорить, тогда все эти шесть лиц по существу и формально являются невиновными.

Ион Роман несколько раз глубоко вздохнул и только после этого поделился своей ужасной мыслью:

— В таком случае остается один-единственный подозреваемый, поскольку и у дона Петрини железное алиби — его я оставил в портовом зале ожидания. Остается один-единственный подозреваемый — Дан Ионеску, бесследно исчезнувший в полшестого вечера… Но сицилиец высадил его в городе, и я не вижу, когда и как он мог без машины или мотоцикла добраться до Теплой бухты…

Тудор, казалось, находился на пороге какого-то решения. Наконец он произнес:

— Если мы приняли версию, что убийца относится к кругу постояльцев гостиницы и пансионата, — что представляется наиболее правдоподобным, судя по данным, которыми мы к настоящему времени располагаем, — тогда главным подозреваемым остается действительно Дан Ионеску. Я не говорю — единственный подозреваемый, потому что мы пока не можем игнорировать и другую версию и, главное, потому что могут появиться доводы против невиновности ex principio [19] других лиц… Но для того, чтобы выдвинуть Дана Ионеску на роль главного подозреваемого, мы должны быть в курсе его действий, а главное, должны узнать, где он вращался в момент преступления… Это надо выяснить как можно быстрее, буквально за час, если позволят обстоятельства…

Капитан Винтила вскочил на ноги:

— Только если его кто-то видел в городе… — с сомнением сказал он.

— Нет! — остановил его Тудор. — В городе тяжело напасть на след. Вот что нас интересует в первую очередь: надо точно узнать, добрался ли Дан Ионеску до города. И это может сказать только шофер такси. Дальше сам разберешься. Все зависит от того, что скажет шофер… А перед этим тебе, возможно, не мешало бы заскочить и в пансионат.

— Слушаюсь! — вытянулся по стойке «смирно» капитан Винтила, а затем добавил: — Может быть, стоит взять помощника, очень смышленого парнишку из нашего отдела…

— Ради бога! — благословил его Тудор.

01.05

Владимир Энеску обнаружил Сильвию в своем номере. Она его ждала. Испуганный взгляд, похолодевшие руки, тревожное дыхание, это была именно она, а не видение, как показалось в первый момент.

— Я стояла у окна, — прошептала она, — и видела, как ты выходил из пансионата. Не было сил больше терпеть.

Он протянул к ней руки, но она отступила:

— Нет. Я и так умираю от волнения. Расскажи мне, что происходит. Все шепчутся, ищут друг друга, что-то выспрашивают.

Он не помнил, что ответил. Но увидел, что она скользит к двери, протянутыми руками словно пытаясь отвести какую-то невидимую опасность. Когда она открыла дверь, он снова позвал ее шепотом:

— Иди-и же ко мне…

Она пролепетала «спокойной ночи» и, как когда-то, коснулась щекой его щеки.

Давно ли она ушла, спрашивал Энеску сам себя спустя какое-то время. Щека все еще горела. Он вспомнил, что окно раскрыто настежь. Хотелось холодного воздуха, хотелось все забыть, хотелось физической боли. Он облокотился на подоконник и выглянул в ночь. Силы природы готовили новую бурю. Пучки молний пронзали небосвод, угрожающе нарастала канонада грома. Воздух стал неприятным, холодным, почти жидким.

Темнота поглотила все. Здание пансионата словно растворилось в темноте. Виднелось лишь бледное пятно, желтый овал, как на полотнах Ван Гога. Вероятно, это было окно комнаты Пауля. Незаметно и оно исчезло во мраке. Ночи удалось погасить все чуждые ей огни. Она признавала только молнии. Темнота была скорбной и обволакивающей. Белые пики вспышек уничтожали воспоминания о других, иных ночах, рождали тревожные, непонятные образы, навевавшие тоску и безумие. Одна из молний на мгновение вернула из небытия здание пансионата — громадную полураскрытую книгу. Другая высветила белую фигуру, что-то вроде привидения, пытающегося выбраться из-под земли. Журналист подождал еще, и другие молнии позволили увидеть отчаянную борьбу призрака. У Владимира Энеску побежали мурашки по телу. Возле пансионата был не призрак, а действительно двигалось что-то белое. Молнии переместились на край неба, потускнели так, что невозможно было определить, что именно двигалось. Внезапно разлилось странное свечение, исходившее непонятно откуда. Белый силуэт превратился в ржавую смесь света и тени, направлявшуюся отчетливо к правому углу здания гостиницы. В грохоте грозы можно было отчетливо различить звуки шагов. Через несколько мгновений силуэт исчез за углом, продолжая двигаться к роще, рядом с гостиничной террасой.