Можно ли купить счастье? - Челноков В. В. - Страница 5

— Линдси? — выдавил он. Он обежал ее взглядом — от растрепанных кудрей, по изящной фигурке в пляжном халате и до ступней ног в босоножках.

— Да. А ты решил, это не я? — усмехнулась она.

Он вошел. Но Линдси, посторонившись и пропустив его, не пошла следом, а ухватилась за ручку двери, как за свое спасение. Люк казался еще более импозантным, чем помнился ей. Обведя черными глазами аккуратную гостиную, он подошел к дивану и сел, как будто его приглашали. Оглядел фотографии на стенах и на столе — в основном Элли, от новорожденной, спящей в кроватке в роддоме, до сегодняшней малышки в коляске. Линдси взглянула на свою любимую фотографию Вила. Может, Люк рассердится, что она выставила портрет первого мужа? Она хотела, чтобы Элли его видела, пусть даже крошка не знала отца.

Линдси медленно закрыла дверь. У Люка нет оснований сердиться. Она выполнила свою часть соглашения, выйдя за него замуж. Он получил себе фиктивную жену. Условия же он составлял сам. Он не предлагал ей переехать в его дом, не предлагал какие-либо отношения между ними.

— Хочешь чаю? — запоздало предложила она.

— Если не трудно.

— Нет. — Она обрадовалась передышке, нужно было немного успокоиться. — Сейчас вернусь.

— Прекрасно. — Он сидел на диване, ослабив узел галстука, и смотрел ей вслед, когда она выходила на кухню.

Готовя чай, Линдси сделала несколько глубоких вздохов и постаралась придать лицу выражение спокойного безразличия — того самого, что с блеском удается Люку Винтерсу. Если их браку конец, так тому и быть. Она понимала, что живет в волшебной сказке. Никто не платит женщине только за то, что она называется женой. Она ничего не сделала, только обменялась с ним клятвами перед судьей. Бессмысленными клятвами. Что означали пункты их соглашения? Когда он уехал, она все внимательно перечитала, чтобы разобраться в своем положении.

Ничего, по крайней мере ей удалось кое-что скопить из тех денег, которые он ей давал каждый месяц. Они помогут продержаться, пока она не найдет работу. Эти несколько месяцев она наслаждалась, проводя все время с дочкой и глядя, как она растет. Мысль о том, чтобы отдавать ее на день в другие руки, была ненавистна, но Линдси ухватилась за идею, что найдется такая работа, где можно и на жизнь зарабатывать, и проводить время с Элли.

Она поставила на поднос чайник, чашки с блюдцами и понесла в комнату. Придется взглянуть в лицо своему будущему. Бесполезно прятаться на кухне.

— Давненько я не таскала подносы, — весело сказала она, входя в комнату. Она справится. Может, ее возьмут обратно в кафе. Джек говорил, новая официантка не так проворна, как Линдси.

Люк сидел на диване откинувшись, длинные ноги он вытянул и скрестил, руки засунул в карманы брюк, пиджак был переброшен через ручку дивана, развязанный галстук косо перечеркивал широкую грудь. Люк Винтерс крепко спал.

Линдси вытаращила глаза. Затем осторожно поставила поднос на столик возле дивана.

— Люк? — тихо позвала она.

Ответа не было. Она чуть не прыснула, но вовремя прикусила губу. Надо же! Линдси решила, что он пришел заявить, что желает аннулировать брак [1], объявить ей, что беспечная жизнь подходит к концу. А он искал где поспать.

Тихо сидя в уютном кресле возле дивана, она разглядывала своего мужа. Он казался старше, чем ей помнился. Она не видела его всего лишь четыре месяца, а он явно постарел. Вокруг глаз и возле рта появились новые морщинки. Но темные волосы были такие же густые и блестящие. Он казался осунувшимся и похудевшим.

Она не будет его будить, она подождет. Линдси налила себе чаю и откинулась в кресле. В голове закружились воспоминания о том, как она впервые встретилась с ним на пляже. Каким он казался тогда надменным и властным! Линдси считала его воображалой. Она улыбнулась, вспомнив, как пробила его высокомерие своими насмешками. Он так разозлился, что погнался за ней вдоль кромки воды. Давно это было. А вот недавние события не оставили воспоминаний. Свадьба прошла как в тумане. Его мать и дед не принимали в ней участия, с ее стороны был только Джек.

И все-таки она очень благодарна Люку, что первые месяцы после родов могла оставаться дома с Элли. Ей хотелось что-нибудь сделать для Люка, чтобы его отблагодарить.

Как же это он заснул? Правда, он прилетел из Англии всего несколько часов назад, не спал всю ночь и здесь уже провел совет директоров, срочно созванный с утра пораньше. Ему и прежде приходилось проделывать такое, но не засыпал же он в чужой гостиной!

Глядя на женщину, сидевшую перед ним, он опять удивился: что за чудеса, она совсем не похожа на ту, на которой он второпях женился несколько месяцев назад. Он помнил, что его жена толстая, у нее длинные блеклые волосы. Эта на нее совершенно не похожа! Пышные светлые локоны, казалось, излучали сияние, они были яркие и шелковистые, их хотелось потрогать, убедиться, что и на ощупь они такие же мягкие, как на взгляд.

Какие у нее тонкие черты лица! Высокие скулы и чуть раскосые глаза. Кожа гладкая, как слоновая кость. Ему ясно вспомнилась девчушка, которая гонялась за ним, дразнила его, смеялась весело и непринужденно. Сквозь ресницы он разглядел крепкие груди, тонкую талию, плавный изгиб бедер. Она сидела в кресле поджав ноги.

Скосив глаза, Люк увидел чайник и одну использованную чашку.

— Кажется, я проспал чай, — протянул он.

Она подняла голову, в серых глазах промелькнуло веселое удивление.

— Кажется, да. Устал?

Он потер лицо и сел.

— Чай еще горячий?

— Нет, конечно. Ты проспал полчаса. Если опять не заснешь, я пойду сделаю новый.

— Я с тобой. — Он встал и пошел за ней на кухню. Задержавшись на секунду, осмотрелся. Мебели очень мало. Из украшений — только фотографии девочки да редкие безделушки на столе и на полке. В углу лежала стопка книг, напротив у стены стоял книжный шкаф. Телевизор маленький. Никакой стереосистемы нет и в помине.

Кухня показалась такой же безупречной, что и гостиная. Он подошел к Линдси, и она попятилась. Боится? Он опять нахмурился.

— Тебе с молоком? — спросила Линдси.

— Нет, я люблю черный. Как тебе живется?

— Прекрасно.

— Линдси, я говорю не для того, чтобы поболтать. Я хочу знать, как ты справлялась это время. Я не собирался надолго задерживаться, думал вернуться через две недели. С удивлением узнал, что ты живешь здесь. Я договаривался с матерью, что в мое отсутствие она зайдет к тебе и окажет необходимую помощь.

Она смотрела на него, слегка запрокинув голову, как будто решала какую-то проблему. Он чуть не улыбнулся. Эта женщина, которую он сделал женой и сразу после свадьбы оставил жить одну, вызывала теперь в нем жгучее любопытство.

— Спасибо за все, что ты сделал, Люк. Я и правда признательна тебе. Мы очень хорошо жили на твое щедрое содержание. И мама твоя приходила. Но, как я понимаю, ей было неприятно узнать, что ты женился на мне. Она помнит меня девчонкой, больше похожей на мальчишку. Но мы с тобой договаривались о фиктивном браке, так что я не ждала помощи от твоей семьи. Я же понимаю, их не очень радует твой выбор.

— Тактичность не относится к сильным сторонам моей матушки. Извини, если разговор вышел тяжелый, — пробурчал он. Теперь он даже жалел, что посылал к ней мать. Хотел всех приучить к мысли, что он женат. Но мать была в ярости; следовало догадаться, что она выльет ее на голову Линдси.

Он оглядел скудную меблировку, отметил отсутствие кухонных принадлежностей, один только тостер. Где ряды коробок с продуктами, где кухонные приборы?

— Тебе хватает содержания?

— Вполне.

— У тебя маловато мебели, — осторожно проговорил он.

Она засмеялась и пожала плечами.

— Нам хватает. Нас здесь всего двое, и одна совсем кроха.

— Твой ребенок?

— Элли.

Он кивнул. Когда ему позвонили, он думал прилететь и навестить ее в больнице, но в то время не мог покинуть Англию. Он должен был первым делом спросить о ребенке, молодые мамы обычно бывают без ума от своих первенцев.