Сказки и легенды - Дорошевич Влас Михайлович - Страница 65

И появление бога среди такого прекрасного мира казалось ей таким же естественным, как появление ребенка из утробы, переполненной жизнью.

И Серасвати на каждом шагу ждала встречи с молодым богом.

Однажды, гуляя и мечтая, она зашла слишком далеко, в лес, окружавший Джейпур.

Как вдруг раздался страшный рев, и Серасвати увидела в нескольких шагах перед собой выпрыгнувшую из чащи тигрицу.

В чаще были ее котята, и тигрица была разъярена. Она прижалась к земле, присевши на передние лапы, и медленно извивала хвост, глядя на Серасвати желтыми, раскрывавшимися все больше и больше посредине глазами, готовясь прыгнуть.

В тот же миг из куста диких роз появился юноша, натянул свой лук, стрела вонзилась в ухо тигрицы и пронзила мозг.

Все это случилось так быстро, что принцесса не успела даже испугаться.

Она много раз видела, как убивали тигров, - но все те удары перед этим показались ей работой ремесленника перед чудом артиста.

- Как мог, господин, попасть ты так метко? - спросила она, с восторгом глядя на стройного юношу.

А он, - прекрасный, как бог, - стоял перед ней, и глаза его, изумленные и очарованные, как у тигра, становились все шире и шире.

- Когда я метил в ухо тигру... - заговорил он. И ей показалось, что кругом в кустах запели птицы. - Когда я метил в ухо тигру, для меня во всем мире не было ничего, не было отчизны, не было меня самого, - ничего, кроме двух точек: конца моей стрелы и уха тигра. Так и сейчас, для меня нет ничего на свете, ни близкого, ни далекого, ничего, кроме тебя. Кто ты, госпожа?

- Я Серасвати.

- Ты богиня?

Серасвати радостно улыбнулась.

- Нет. Это мое имя. Я дочь раджи Джейпура. А как мне называть тебя?

- Те, кто любят меня, называют меня: Рама.

- Рама, ты бог?

И они улыбаясь, смотрели друг на друга. Так цветок, наклонившись к ручью, улыбается ручью, а ручей улыбается цветку.

- Нет. Я простой бедный кшатриа, ищущий работы своему копью, мечу и стрелам.

- Идем тогда к моему отцу. Он охотно возьмет такого стрелка, как ты.

Юноша медленно покачал головой, так же пристально глядя на нее.

- Нет. Слуга твоего отца, я буду слугой и тебе. А тебе я хотел бы быть или господином, или никем. Серасвати взглянула на него с робостью. - Тогда пойдем просто к моему отцу, чтоб он мог поблагодарить тебя за спасение моей жизни, как отец и как раджа. Юноша улыбнулся.

- Тоже нет. Я не хочу, чтоб тебя оскорбили в моем присутствии, да еще твой отец!

- Что говоришь ты? Как может оскорбить меня отец?

- Что он даст мне в награду? Мешок золота или горсть алмазов? Я не хочу, чтоб при мне так дешево ценили твою жизнь!

"Он - кшатриа, и только! Но цветы скрывают простую землю, на которой они растут. Его благородство покрывает собой происхождение. Но, может быть, он бог, он Вишну, сошедший на землю и сам забывший о своем небесном происхождении среди земного сна. Так случается с богами. Да, да. Это, несомненно, бог!" - подумала Серасвати.

Она поставила ножку на голову убитой тигрицы. Маленькую ножку, пальцы которой были украшены драгоценными перстнями, а на щиколотке зазвенели тяжелые золотые браслеты.

- Мне жаль бедного зверя! - сказала она, играя пальцами в тигровой шерсти.

- Благодаря ему, я в первый и последний раз в жизни увидела человека, которому поверила бы, что он бог, если бы он мне это сказал.

Рама побледнел.

- Почему же в последний раз, принцесса? - Я принцесса для всех. Но кто любит меня, тот зовет Серасвати.

- Почему же в последний раз, Серасвати?

- Теперь я буду бояться выходить без стражи.

- Разве нет на свете Рамы? Со мной ты можешь гулять в чаще леса так же спокойно, как по дорожкам своего сада. Мой взгляд будет обшаривать каждый куст, и мои стрелы...

- Ты можешь пускать свои стрелы куда угодно, - но взгляды я хотела бы, чтоб направлялись на меня.

Серасвати рассмеялась.

- Ужасно весело разговаривать с человеком, который думает о тигрице и смотрит по сторонам! Я, юноша, всего в пятнадцатый раз в своей жизни вижу, как расцветают цветы. Но женщина пятнадцати весен в некоторых вещах старше мужчины тридцати. Женщина, юноша, боится невнимания не меньше, чем тигра.

Юноша был смущен.

- Что ж делать? Что делать? - повторял он.

Принцесса смотрела на него, сверкая смеющимися глазами и смеющимися белыми-белыми зубами.

- Надо гулять там, где нет тигров. Пойдем, я покажу тебе потайной ход, который ведет в храм, в средине нашего сада. Она провела его в глубь леса, к груде наваленных камней. - Вот. Отвали эти камни. Перед тобой будет длинный подземный ход. Он приведет тебя в маленький храм бога Вишну, который стоит среди зелени, в глубине дворцовых садов. Итак, завтра, как только горы станут черными на золотом небе, принимайся за работу. И лишь только по небу раскинут звездный ковер для пляски бога Сива, спускайся в потайной ход и иди. В этот час я молюсь в храме бога Вишну одна и совершаю жертвоприношение. Смотри, не опоздай, чтобы я не успела возложить всех цветов лотоса на алтарь бога, - тогда не останется ни одного, чтоб украсить твою голову. До завтра! Или? Она стыдливо посмотрела на него.

- Зачем завтра, которое принадлежит богам, когда у нас сегодня принадлежит нам? Я жду тебя сегодня вечером. Звезд и тебя.

Она убежала.

Звезды загорелись, повисли и задрожали над землей. В темном храме бога Вишну, среди цветов и густых деревьев, в глубине дворцовых садов, раздался голос:

- Серасвати!

И из подземелья выросла темная фигура, стройная и среди мрака.

От алтаря отделилась другая темная и стройная тень.

- Мой Рама!

- Не слишком ли я много нарвала цветов, что ими еще полны мои руки? - сказала Серасвати.

- Я слишком торопился, милая, потому ты и не успела возложить их на алтарь бога! - сказал Рама.

- Пусть не будет на нашем языке слова "слишком". Любовь не знает этого слова. Вот этот венок из жасминов я надену на твою прекрасную голову, как надевают венки на головы богов. А цветы лотоса мы будем возлагать вместе.

- Как делают новобрачные.

- Ты слишком торопишься! - вздохнула Серасвати.

- Так боги быстро мчатся в непрестанной пляске своей.

Рама упал на колени и обнял ее стройные колени.

- Слушай, Серасвати! Я не бог, как, кажется, ты меня считаешь, но я и не простой кшатриа. Я принц, законный наследник Непала. Мой дядя, после смерти моего отца, захватил мой престол и приказал меня умертвить. Но я бежал - и вот с тех пор, под именем простого кшатриа Рамы, я скитаюсь по свету, возмужал и служу в войсках у различных раджей, учась отваге и военному делу. Весь Непал ропщет под игом злодея-дяди, но близок час возмездия. Ты слышала, быть может, что раджа Непала тяжко болен. Пусть боги свершат за меня мое дело. Но если бы он выздоровел, я явлюсь и помогу времени. Я не хотел марать в его крови руки, которая имеет право убивать, потому что я кшатриа. Но теперь он заслоняет от меня не только престол, но и тебя. Я овладею моим Непалом. Вельможи, которые помогут мне взойти на престол моего отца, - я обопрусь об их руку. Те, кто будет мне препятствовать, - их трупы послужат мне ступенями к трону. Пусть боятся теперь не ненависти моей, а любви. Нет безжалостнее ко всему миру человека, который любит. Раджей Непала я явлюсь к радже Джейпура и попрошу у него дочери. Я знаю, что твой отец горд, Серасвати. Что он требует от будущего зятя завоевания чуть не целого мира. Но это завоевание возвратило бы ему дочь? Я сделал для него больше, чем сделал бы покоритель всего мира. Пусть он отдаст мне то, что я вырвал у смерти!

- Бог, раджа или кшатриа, но ты мой бог, мой Рама, мой Кришна, мой Вишну! - ответила Серасвати.

И не один еще вечер они гуляли рука об руку в темных аллеях садов раджи Джейпура, беседуя при звездах, невидимые никем.

Но, вот, пронесся слух, что старый раджа Непала умер, и Рама исчез.